Глава 5.

— Да, понимаю, что это всё звучит довольно странно и глупо, и, что волшебства как такового не существует, — продолжила Чарли. — Ты можешь это называть, как твоей душе угодно, но, Кив, есть что-то, что побуждает людей делать добрые поступки и бережно относиться ко всему вокруг. Это большая редкость в нашем веке. — Это да, — начала было я. — Может, это детский огонёк? — Может быть и он. Но мне предпочтительней называть его волшебством, так как нашему миру так его не хватает. — Как тебе угодно. Но многие потеряли этот луч надежды, может, поэтому так много угрюмых людей. Просто они потеряли его в связи с какими-то событиями, произошедшими в их жизнях. — Но у некоторых он же остался. — Да, но не у всех. И, скорее всего, осталась малая доля того, что было. Но даже самой малой частицы хватит, чтобы посеять надежду и порыв сделать что-то хорошее в сердце, что вскоре превратится в пылающий огонь, к которому будут тянуться люди, чтобы тот согрел их своим теплом и светом. Ты же видела детей? Искры в их глазах пылают, мы все когда-то были такими, но что с нами стало? Мы жалуемся на каждый пустяк, но разве это интересно? В детстве могли упасть сильно с качелей, немного поплакать и дальше побежать веселиться. Наш мир нуждается в беззаботности. — Согласна. В любом случае у каждого в сердце должно быть волшебство или, как ты называешь, детский огонёк, пускай даже и маленький. Какое-то время мы молчали, просто любуясь звёздным тёмным покрывалом, которое застелило всё небо. Тишина не напрягала, она давала подумать о великом. О себе.