***

Самые важные поступки мы всегда совершаем не обдумывая, самые большие ошибки мы делаем случайно. Это стало слишком привычным для нас. Мы умеем причинять боль, не имея шипов, потому что у нас есть слова.

Три случайно брошенных слова могут пошатнуть чей-то мир, сломать кого-то. Пара предложений может разбить человека. Одно слово спалить дотла.

Тот концерт задел всех. Он не справился, оступился, Игни зажёг огонь. Но я не спешил тушить его, не хотел, не  д у м а л  об этом. Я сказал пару слов и сломал его, подлил бензина в огонь.

Всё испортил

Ничто не могло спасти его и вытащить из пожара. Никто и не собирался.

Когда я узнал о его смерти, то первое, что пронеслось у меня в голове, были эти слова, но я не вспоминал, что адресовал их ему. Они были обращены к самому себе.

Я портил многое, прости, Игни.

Нам легко было бросать людей, кидать им в лица стекло, задевать их сердца, но нам тяжело осознавать это.

***

Нам было семнадцать лет.

— Эй, огонёк*! — громко выкрикнул фразу, на которую ко мне повернулся рыжий парень. Издав разочарованный стон, он медленно направился в мою сторону.

— Удиви меня, что на этот раз? — специально раздражённо произнёс он.

— Дуэт, — буквально пропев по слогам это слово, я стал смотреть на него, а услышав: "О, какое счастье", я лишь улыбнулся.

— Это был сарказм, идиот. — А губы растянулись в ухмылке, ведь, несмотря на тон его слов, я видел искры, что заблестели в глазах. Скорее всего, в его голове уже проносился план действий или композиция, которую мы сыграем.

— Надеюсь, ты готов сделать это великолепно, чтобы это перевернуло нашу жизнь. И если ты всё испортишь, я... подумаю, что сделаю, позже, — грозно проговорив, Игни развернулся на пятках и зашёл в кабинет.

Грустно вздохнув, я последовал за ним.

***

Мы готовились. Усердно, натирая мозоли на пальцах от долгой игры. После уроков спешили в свободный класс. И репетировали-репетировали.

Нас поглощала музыка, не было предела, мы не искали его. Звуки вылетали из-под пальцем и обрушивались волной.

— Игни! Ну начни делать это правильно, нота выше, потом громче, неужели ты не слышишь?

Но мы много ссорились, ругали друг друга: за ошибки, за настроение, за всё. Мы просто обрушивали своё волнение в виде гнева. Всего было слишком. Этот октябрь принёс нам много ссор и дождя. Он барабаном бил по стёклам окон, в то время, как мы играли, иногда мешая нам, в эти моменты Игни был максимально раздражён. Иногда были моменты, когда всё складывалось наилучшим образом, казалось, что дождь подыгрывает в такт.

Это были мои любимые дни.

***

Резкие скачки смычка по струнам скрипки оборвались, и повисла тишина.

— Вот, когда хочешь — играешь! — похлопав меня по плечу, Игни встряхнул головой. А я чувствовал, как его руки тряслись от волнения, от возбуждения. Сегодня мы играли максимально быстро, сильно и мощно. Это было волшебно.

Оглянувшись в окно, вижу, что дождь начался снова. Тучи заволокли небо, не давая проход ни одному лучу света. Поэтому кажется, что рано потемнело.

— Так ты идёшь или тут жить остаёшься? — кинув мне в руки чёрный зонт, он развернулся к двери.

Пробормотав что-то, поспешил за парнем.

Вы бывали в школе, когда там почти никого нет? Полумрак и скрип полов, лишь некоторые части освещены. Где-то на нижних этажах, в спортзале, слышен скрип мячей.

И тишина.

Как только мы вышли на порог, нас сразу обдула волна дождя. Не успев раскрыть зонта, забежал обратно, громко смеясь. А за мной Игни.

— Ух, я, конечно, понимаю, что ты огонь*, но дождь-то может и потушить его? Или ты думаешь, что дождь будет меньше до тебя доходить, раз ты ниже? Где твой зонт? Идти-то неблизко.

Фыркнув, он натянул капюшон ещё больше.

Я раскрыл зонт, и мы вышли вместе, расположив его над нами обоими. Пробормотав "спасибо", он шёл, рассматривая приезжавшие машины.

А над головой дождь разбивался о ткань зонта. Случайно подвинув зонт к себе, получилось, что вода стекала с него прямо на голову Игни. Я не заметил сразу, лишь услышав его громкие обзывательства, моментально исправил ситуацию.

— Упс, я случайно, — неуверенно извинился я. Не удосужившись даже взглянуть на меня, он продолжил идти дальше.

А в душе разрасталось что-то скользкое и буквально съедало мои лёгкие. Вздрогнул и пошёл, пытаясь игнорировать это ощущение. Волнение.

***

Мы строили карточный домик очень долго, боясь уронить или задеть хоть один элемент. Но я строил его из неровных обрезков бумаги. Ставил их небрежно и резко, не волновался о падении. Мне было всё равно. Наше равнодушие когда-нибудь убьёт нас.

Этот концерт всё равно настал. Мы ждали его с таким трепетом, каждый раз волнение отзывалось приятной волной и накрывало нас. Мы долго строили наш мир, на верхушке которого стояли ожидания и мечты. Они упали первыми. И бились громко и вдребезги. Не собрать их после этого события.

***

В лёгких летали бабочки и приятно щекотали их. Смотрел на Игни всё чаще, пытаясь прочитать по его лицу, что он чувствовал, но кроме напряжения не видел ничего.

— Эй, огонёк, не волнуйся, мы лучшие! — пытаясь подбодрить, положил на плечо ладонь. Он отбросил прядь волос и почесал руки. Он раздражён. — Если ты не успокоишься, мы не сможем сыграть, давай, надо расслабиться. Даже если проиграем, ничего не потеряем, насладимся выступлением. Иначе нет смысла в этом фестивале.

— Знаю, знаю, но всё так страшно, и, кажется, я всё забыл, — Игни волновался. Говорил много и не по делу, забывая всё. Как всегда.

— Удачи.

Он кивнул в ответ.

Наша любимая фраза. Мы верили в неё.

***

Всё, что могло провалиться, провалилось.

Ничто не могло помочь нам.

Это выступление было нашим самым большим провалом. Мы не просто сбились и перестали играть. Мы упали в яму и не выбирались, а только бились дальше. Зарывали сами себя, а все смеялись, но я пытался. Ради Игни, ради себя, это ведь было нашей мечтой. Но, кажется, закапывал только ниже.

***

Я ушёл. Так хотел помочь Игни, что в конце просто отвернулся от него. Мы потерялись, я не видел его в школе, на выпускном.

Я держался за него, как за гелиевый шарик, но случайно подрезал нить, и он улетел. Остаётся надеяться, что я встречу его потом, что он не лопнет.

Но это невообразимо.

В надежде найти Игни, спустя несколько лет, я вернулся на то место, где бросил его. Устроился учителем в свою школу.

И знаете, все возвращаются. Вернулся и Игни.

Но иногда на безнадёжно сломанном порой не видно трещин.

***

Я видел эти перчатки, лишь первое время пытаясь узнать, почему он ходит только в них. Ведь раньше он предпочитал чувствовать смычок, управлять им в полной мере. А сейчас их разделил слой ткани. Но я не привык лезть в чужую жизнь (хотя делал, не замечая этого).

Я видел эти шрамы на сердце. Смотрел на них, не скрывая. Любовался в какой-то мере.

Старался вернуть всё обратно.

Шутил, говорил, как раньше, да я даже вёл себя как в наши семнадцать. Но Игни уже не был таким и не собирался возвращаться. Лишь пытался делать вид, но я-то видел. То, что сломила его однажды, во второй раз разрушило полностью.

Этот проклятый концерт разжег безумный пожар, и он пылал всю ночь в наших сердцах.

Но кажется он никогда не потухнет в моих глазах.

***

Его смерть стала последним кусочком бумаги в моём картонном домике. А точнее, это был камень, который положили, и — бам! Нет больше домика, всё рухнуло.

И этот камень с названием "вина" так и остался единственным, что у меня было.

И именно он утянул меня на дно.

А вода уже заполнила мои лёгкие, я не чувствовал ничего. А в голове лишь мысли о тебе, Игни.

Я всё испортил.

Я испортил твою жизнь.

И твою музыку.

****

(игни с лат. — огонь)

спасибо за проверку @georgeboleyn