Под золотыми листьями

Осень — невероятно завораживающая и красивая пора. Особенно в достаточно тёплую погоду: вокруг царят непонятные умиротворение и уют, которые проникают глубоко в душу и остаются там на долгое время. Ветер мягко окутывает, даря свежесть и не причиняя дискомфорта. Солнце спокойно светит, периодически скрываясь за облаками. Очередной раскрашенный временем листик плавно спускается вниз, кружась в загадочном танце, ведомом только ему самому. Брюнет с широкой улыбкой на лице подпрыгивает, подхватывая этот листик рукой, а после поворачивается к своему спутнику.- Смотри! Может, живописный парк и листочек в частности подтолкнут тебя и твоё вдохновение, что думаешь?- Подросток наклоняет чуть голову набок, внимательно наблюдая тёмным глазом за реакцией. Несколько отстранённый взгляд проходится по листочку, а после Оде впихивают этот предмет в ладонь, не давая иного выхода, как принять сей своеобразный дар. Глаза осматривают листок, уголки губ чуть приподнимаются вверх — едва заметно, но внимательный подросток замечает и это проявление эмоций. - Хороший лист,- несмотря на немногословность друга, Дазай улыбается также широко, а после с хитринкой в одном из видимых глаз разбегается и прыгает спиной прямо в кучу разноцветия. Глаза Оды не секунду широко распахиваются в удивлении, после чего тот спокойно убирает подаренный листик в карман и подходит к своему другу, веселящемуся на полную катушку. - Простынешь, тебе следует встать с земли,- медноволосый мужчина протягивает руку. Дазай, посмотревший на эту руку, снова широко усмехается, хватается за руку и утягивает его за собой, очень заразительно и весело смеясь. Сакуноске стряхивает у себя с головы несколько листков, явно не злясь на друга за такую детскую шалость. Наоборот — на лице у того появляется добрая улыбка, а глаза наблюдают за другом в этом моменте. ***Веки, тяжёлые после приятного ностальгического сна, открываются, дабы дать увидеть сверху ветки дерева, на которых практически не осталось листьев. Кроме того, большая часть из них уже не золотистая, а серо-коричневая, унылая. То был вид, навевающий тоску и многие мысли. Камень, на который опирается спина, холодит даже сквозь несколько слоёв одежды. Дазай приподнимается с места, напоследок сложным взглядом окидывая могилу старого друга, а после уходит медленными шагами, обдумывая свой сон.