Глава 31. Осиное гнездо

Гений тот, кто придумал зелье лечения.

Горик уже чувствовал себя прекрасно, только на лице ещё сохранилась пара особенно глубоких царапин и синих гематом, а всю спину наискось перечёркивал шрам.

Горик ждал, что Хиробрин придёт к нему с разговором, но этого не случилось. Горика просто обрядили в бордовый, отороченный чёрными алмазами камзол, чёрные брюки, сапоги до колен со шнуровкой и заперли в комнате. Два зомби принесли завтрак — омлет, бекон, фрукты, помидоры, круассаны с начинкой из миндальных орехов, жареные сырные палочки и блинчики с заварным кремом — и не ушли, пока Горик его не съел. Потом пришла ведьма и целый час объясняла простейшие заклинания. К слову, Горик испытал стойкое желание удавиться. Следом подошёл скелет-визер, долго и нудно рассказывающий о тактике ведения боя, о том, какие чары и на что целесообразно накладывать. Тема интересная, но вот учитель не в состоянии нормально её объяснить.

Снова пришли те два зомби с обедом. Горик пытался с ними поговорить, но они стояли у дверей со стеклянными взглядами и словно воды в рот набрали. Когда Горик всё съел, зомби, поклонившись, удалились, и в комнату зашёл эндермен во фрачном костюме дворецкого.

— Не говори, что будешь учить меня танцевать вальс! — Горик в отчаянии уронил голову на хрустальный граненный стол. Чернильница с пером подпрыгнула и перевернулась.

— Нет, Ваше Императорское Высочество, сейчас у вас урок картографии, — ровно отчеканил эндермен, не поднимая глаз.

— Я хочу увидеть Хиробрина, — подскочил парень и пошёл к дверям. — Где он?

— Вас запрещено выпускать из комнаты. Это приказ Его Императорского Величества.

— А чё, в смысле?

Эндермен тэпэхнулся к дверям, преграждая Горику путь.

— Уйди с дороги, — процедил Горик.

— Прошу прощения, но таков приказ...

— УЙДИ С МОЕЙ ДОРОГИ! — прокричал Горик, сжимая левый кулак, чувствуя, как заплясали на пальцах разряды тока. Если сейчас он разожмёт кулак, будет плохо.

— Вас выпускать не велено.

— Хорошо, тогда я выйду в окно! — радостно-беззаботным тоном объявил Горик, развернулся на пятках и вразвалочку пошёл к двери на балкон.

— Да что вы в самом деле! — засуетился эндермен. — Это шестой этаж!

— Ну и что? Меня же не выпускают через дверь.

— Хорошо, я уйду. Но Императору не понравится ваше своеволие, поэтому...

— Да вали ты уже!

Эндермен, пробурчав что-то, исчез.

Горик выскользнул из комнаты и пошёл по коридору, надеясь найти тронный зал. Он не мог толком сказать, нравится ему новое родство или нет. Как-то всё чересчур пафосно и это бесит.

Проходящие мимо зомби поклонились.

Вообще Горик думал, что Хиробрин будет учить его всему, а не какие-то ведьмы и мобы. Более того, Император даже не удосужился выделить хотя бы полчаса времени, чтобы поговорить с сыном. В принципе, Хиробрину пятнадцать лет не было до Горика никакого дела. Горик вдруг представил, что было бы, если бы он рос в Майнкрафте, в этом дворце. Интересно, каким бы он тогда был сейчас?

С такими мыслями Горик нашёл лестницу и спустился в сад. На лавочке он увидел Некроманта с книгой на коленках. Догадываясь, что маг отправит беглеца обратно в комнату, Горик предусмотрительно пошёл в другую сторону и вышел к полигону. Среди воинов, отрабатывающих боевые приёмы, он узнал Дину с одной густой косой, в форме Империи и с железным мечом. Хотел окликнуть её, но вовремя заметил Налла, объясняющего что-то скелету.

От нечего делать, Горик зашёл в пыльное и затхлое помещение, прилегающее к кухне. В чулане, оказавшимся тёмной подсобкой лежали горы грязной посуды и покрытых ржавчиной кастрюль. Некоторые вещи настолько покрылись копотью, что казались чёрными. За завалами тихонько напевали строчки из песни Skillet — Монстр. Горик невольно улыбнулся, узнав этот голос.

— Не покажу тебе всё то, что есть во мне. Но жаль в душе всё не под контролем. Ты от меня беги...

— Ведь стану зомби, — с лёгкой хрипотцой подхватил Горик. — А теперь скажи, какого чёрта ты не у Багровой крепости?! Кто мне говорил, что не служит Империи?

Зазвенели кастрюли, и к нему вышла Наташа с подбитым глазом.

— Меня нашёл Налл. Даже не знаю, как.

— А Поля и Лис? Где они?!

— Они не пришли. — Наташа шмыгнула носом и чуть закинула голову. — Поля не ответила на смски.

— Мобилу потеряла, — махнул рукой Горик. — Я её видел в той деревне живую и здоровую.

— Чтобы Полина потеряла телефон? Вот ты сейчас себя слышишь?

— У всех бывает, тем более в этом мире.

— А Лис должен быть с ней. Когда Поля потерялась в Тэрре, Лис поплыл искать её.

— Мимозырю я не видел. Полина сказала, что он с тобой. Но если он не с тобой...

Наташа и Горик встретились одинаково испуганными взглядами.

— Что ты тут делаешь, кстати? — очнулась Наташа. — Почему ты так странно одет?

— Э, — смущённо улыбнулся Горик. — Ну я типа это... Как бы да.

— Увидел меня и дар речи потерял? — с насмешкой переспросила Наташа.

Горик втянул воздух сквозь стиснутые зубы. Он боялся, как Наташа отреагирует на заявление, что он сын Хиробрина. К тому же, он надеялся, что произошла ошибка. Родниться с белоглазым монстром ему не особо хотелось.

— Типа я в родстве с Нотчем, — как можно небрежнее бросил Гор.

— Каким образом? — лицо Наташи вытянулось.

— Дальнее родство, седьмая вода на киселе, не знаю! — протараторил парень, окончательно растерявшись. Она испугается, узнав правду. Посчитает его чудовищем.

— А меня вот поймали у Крепости, — перевела тему разговора Наташа. — В наказание теперь должна вычистить всю эту посуду.

— Интересно, как Налл нашёл тебя, — вслух подумал Горик, садясь на скамейку и беря в руки кастрюлю и губку.

— Что ты делаешь?

— Вроде кастрюлю чищу, — пожал плечами Горик. — А то батя меня в комнате запер и водит ко мне училок.

— Батя?! — брови Наташи взлетели.

— Ой. — Горик втянул голову в плечи. — А я сказал «батя»? Сорян, я хотел сказать... — как назло, все слова на букву Б улетучились из головы. Кроме слова «бассейн», но в контекст это не подойдёт. — Я хотел сказать...

— А теперь скажи мне правду, — взгляд Наташи потемнел. Она села рядом и в упор уставилась на друга.

— Вдруг тебя Дина сдала Наллу, она может.

— Не уходи от темы!

— Почему я обязан отчитываться перед тобой?!

— А что, если у тебя теперь больше никого кроме меня нет?! Где Елисей? Где Полина?

— Ну да, Хероб считает меня своим сыном и внуком Нотча, довольна?! Услышала?! А теперь отвали!

Наташа взяла сквородку и стала чистить её, переваривая услышанное. Горик демонстративно отвернулся от неё, продолжая драить кастрюлю.

— Так значит, ты у нас теперь принц Тёмной Империи? Великий князь? — голос Наташи прозвучал немного раздражённо и иронично.

— Будешь меня подкалывать, я уйду! И чисти сама эти кастрюли!

— Ты меня всё нубиком дразнил, а теперь я буду шутить, что кто-то приёмный.

Следующие несколько минут Горик носился за убегающей Наташей, раскидывая в стороны кастрюли. В конце концов ему удалось поймать её и отвесить несильный, но всё же подзатыльник.

— Эй!

— Теперь ты снова будешь Нубиком, — полушутливо пригрозил Горик.

— Давай всё-таки доубираем тут. — Наташа подцепила ковш и пошла к лавочке.

— Зачем?

— Горик, ты путаться под ногами пришёл или помогать?!

— Я как сын Императора отменяю твоё наказание. — Горик картинно помахал руками. — Я выше по рангу, чем какой-то Налл.

— Ох, влетит тебе...

Они выбежали в сад и пошли вдоль дворцовой стены. Горик поймал маленького зомби-пажа за шкирку и прошептал:

— Дружище, будь добр, отведи меня в мою комнату, я не знаю, где она.

Зомби поклонился:

— Как прикажете, Ваше Императорское Высочество.

Наташа прыснула, прикрывшись ладонью.

— Спасибо, — пробурчал Горик.

До комнаты они добрались быстро, но дорогу Горик запомнить так и не смог. Все коридоры были тёмными и мрачными. Проигнорировав скелета-стражника в алмазной броне, Горик втолкнул Наташу в комнату и захлопнул алмазные двери, прислонившись к ним спиной.

Наташа ахнула, рассматривая гигантское прямоугольное помещение с алмазным, будто зеркальным полом, стенами и потолком. Слева находились две ступени на подиум, где был чёрный диван, ворсистый чёрный ковёр и хрустальный книжный шкаф напротив дивана. На стене подиума висели зеркала, по краю ступеней стояли алмазные колонны. Хрустальный стол в противоположном конце комнаты Наташа заметила только благодаря разлитым чернилам и стулу с чёрной обивкой. В углу стояла большая кровать с мягким, опять же чёрным изголовьем, расшитым алмазами. Светокамни с потолка отбрасывали блики.

— Я люблю алмазы, но вот это, по-моему, явный перебор. — Горик показал вокруг распростёртым жестом.

— Глаза режет, — согласилась Наташа и указала на алмазную дверь, обитую чёрным деревом. — А там что?

— Балкон. Кстати я на него не выходил. Пошли глянем.

Они вышли на балкон, и дверь чуть не оторвало ветром.

— Уху-ху! — Наташа вцепилась в перила.

Горик с трудом смог захлопнуть дверь, и его отнесло к перилам. И почему во дворце Хиробрина всегда такие ветра? Он глянул вниз и порадовался, что его балкон хотя бы не выходит во внутренний двор, если таковой в этом дворце имеется.

— Смотри! Это столица! Город Мрака! — Горик попытался перекричать ветер.

Наташа осторожно перегнулась через перила. Ей удалось слегка разглядеть город. Ветер мешал, волосы лезли в глаза.

— А ты можешь выключить ветер?!

— Не знаю!

Наташа с ужасом наблюдала за дремлющими на ветках тропических деревьев фантомами.

— Ты прости, что я всегда плохо относился к тебе. Я был не прав.

— Я не злюсь, — честно ответила Наташа, удивлённая извинением. — Все майнеры не терпят нубов. Да ещё и ботанов!

— Ты умная, но это не значит, что ты ботан, — горько хмыкнул Горик. — Я считаю, круто, когда много знаешь. Да и все когда-то были нубами. И Поля, и Лис... и я.

— Почему же ты ненавидел меня?

— Я хорошо общаюсь только с теми, к кому привык. У меня нет доверия к новым людям. Я постоянно ищу в их намерениях подвох и — как правило — нахожу.

— Но так сложно жить! — возразила Наташа.

— Я не могу по-другому.

— Почему?

Горик помолчал, покривил губы, задумчиво пожевал ими и вздохнул:

— Помнишь, в пятом классе к нам пришёл новенький?

— Дима?

— Он самый. У него ещё проблемы были с бывшими одноклассниками.

— Однажды они завалились к нам в кабинет, — подтвердила Наташа.

— В пятом классе, один раз я вечером возвращался из школы, увидел как Диму бьют пацанов шесть из его бывшего класса. Ну ты ж знаешь, что я вечно геройствую непонятно зачем? Короче, заступился я за него.

— Вроде Дима с тобой сейчас не общается.

Горик криво улыбнулся.

— Меня побили, а он просто убежал. Я неделю провалялся дома, а Лис тогда с ангиной сидел в соседней квартире, мы ещё на серваке рубились. Придя в школу, я не получил от Димы ни «спасибо», ни «привет», да ничего. Ладно, он же отличник, я не его уровня. Когда я попросил у него помощи на ВПР, он кратко и ясно изложил: «Калинин, иди к чёрту». Тут я уже взбесился, а он такой: «я их и без тебя бы раскидал». Лис позвал его на стрелку. Договорились. Мы с Лисом, как дебилы, простояли до девяти вечера на старом стадионе, а этот гад не пришёл.

Горик перевёл дыхание и заново заговорил:

— К тебе я относился предвзято, потому что ты тоже отличница. Думал, ты такая же трусишка и предательница, готовая кинуть нас в удобный момент. Хоть мародёрам, хоть сущностям или мобам диким. Думал, что у тебя завышенное ЧСВ, из-за которого ты не общаешься ни с кем из класса. Дину я подозревал как шпионку Империи или наёмную убийцу. Те, кого я считал плохими, стали одними из моих лучших друзей! Я идиот!

— Ты совсем не идиот, — возразила Наташа. — Это Дима — идиот, а ты... загоняешься. Забудь свой стереотип!

— Я попытался. Вот, поверил Лику. А он меня почти убил! — Гор осёкся, увидев, как вытянулось лицо подруги и быстро добавил: — Наташ, ну я же утрирую. Так, пара царапинок и синяк. Ещё я поверил Ранкору, а он мне соврал. Не умею я разбираться в людях!

Наступила тишина. Наташа вдруг поняла, как они с Гориком похожи. Он такой же замкнутый подросток, только выражает это по-другому. И он не такой, как Хиробрин.

Никогда таким не будет.

— Мы не ясновидящие, людям свойственно ошибаться, — сказала Наташа, чтобы не молчать.

Горик невольно улыбнулся.

— А не стать ли тебе психологом?

— Кто — я?! Да ты что! — замахала руками Наташа. — Я хотела быть архитектором, но теперь... я не уверена, что хочу домой. Вернее, я больше не знаю, где мой дом. Неплохая перспектива служить Империи.

— Ты не боишься, что тебя съедят? — Горик поиграл бровями вверх-вниз.

— О таком исходе я не думала...

— А я не мог определиться с будущей профессией, а теперь я сын правителя Тёмной Империи, — глупо засмеялся Горик. — Мне придётся целыми днями зубрить заклинания, драться на кирках, брать монстров под контроль и насылать туман. Честно говоря, всё это так неожиданно и как-то странно...

Наташа развернулась к нему всем телом. Ветер отшвырнул её волосы назад.

— А ты чувствуешь, что ты... другой?

Горик тоже повернулся. Глаза их встретились.

Сердце Наташи забилось сильнее. Всё происходящее вокруг отошло на задний план, стало неважным. Остались только глаза, два тёмных уголька.

Наташу накрыла странная робость и лёгкий страх, когда Горик, приблизившись, наклонился к ней, взяв её холодные ладони в свои. Наташа, привстав на носочки, интуитивно наклонила голову чуть вправо, прикрыв глаза. Горик осторожно поцеловал её, и Наташа почувствовала, как дрожат ресницы на его полуприкрытых глазах. Горик переключился на верхнюю губу, посасывая и облизывая её; Наташа в ответ куснула его нижнюю. Ладони парня переползли на её локти и нежно сжали их.

Предупреждающе скрипнув, дверь резко открылась, и на балкон стремительным шагом вышел Хиробрин.

— Как мило, — холодно резюмировал он, явно успев увидеть, что Наташа и Горик отскочили друг от друга как ужаленные. Кивком головы Хиробрин указал Наташе на дверь.

Поклонившись, девушка спешно вышла. Щёки пылали. Страшно стрёмно, страшно стыдно, страшно глупо. В коридоре Наташа сорвалась на бег и чуть не сбила Энтити, но даже не оглянулась на его пошлую шутку.

— Соизволил явиться, — упрекнул Горик, глядя на Хиробрина исподлобья.

— Не смей грубить мне, — твёрдым тоном предупредил Хиробрин.

— Папочка-император-эгоист, дядя-псих-утопленник и братец-король-маньяк, отличная семейка!

— Учитывай, что я император и свободного времени у меня немного. Я зашёл узнать, как прошёл твой день во дворце.

— Отвратительно.

— А что не так?

— Всё не так, — пробурчал Горик, откидывая чёлку с лица. Ветер услужливо вернул её обратно.

— Знания тебе пригодятся, — вздохнул Хиробрин. — Разве ты не хочешь тэпэхаться, летать, становиться невидимым, управлять игрой? Как твой брат. Вспомни жителей из его королевства. Да эти смертные всё бы отдали, лишь бы стать сущностью. Лишь бы не жить в вечном страхе. Страхе перед мобами, перед мародёрами, перед существами с нечеловеческими силами и способностями. Лишь бы занять твоё место. Ведьмы рассказали тебе о вчерашнем? Тебя растоптали, унизили, пренебрегли твоим доверием, и ты не жаждешь мести?!

Горика было не просто сбить с толку.

— Хочешь, чтобы история повторилась? Когда один брат убил второго брата.

Хиробрин отпрянул, побледнел, но не сказал не слова. Горик продолжал в упор смотреть в светящиеся белые глаза.

— Сейчас будет ужин, — неловко перевёл тему Хиробрин. — Мы садимся всей семьёй. Ты обязан прийти.

— Всей семьёй?! — при напоминании о Карателе у Горика раздвоился голос.

Хиробрин понял ход его мыслей.

— Я имею в виду себя, Некроманта, Налла, Энтити и Изергиль. С Карателем я в состоянии войны. Скоро новое сражение. Если научишься хорошо управлять своим даром, тоже пойдёшь.

— А если я не хочу воевать с братом?!

— Тогда останешься во дворце под присмотром слуг. Ты, видимо, ещё слишком мал, — сказал, как отрезал, Хиробрин, развернулся и собрался уходить.

— У меня к тебе просьба.

— Валяй. — Хиробрин обернулся.

— Пожалуйста, найди Полину, мою подругу.

— Кстати об этом, — оживился Хиробрин. — Чтобы я больше не видел тебя с игроками. А с той блондинкой особенно.

— В смысле?!

— В прямом. Эта подруга общается с самым злейшим моим врагом. Она наш враг. Она мифоискательница. Она опасна.

— С каким врагом? — не понял Горик. — Она не общается с Карателем. Многого требуете! Вы же понимаете, что тёплых отношений между мной и вами никогда уже не будет?! Вы убили Нотча! Вы виноваты в том, что Елисей утонул! Вы отдали Карателю мой меч...

— Хватит! — взорвался Хиробрин. — Это его меч, его право!

— А что даёт ему такое право?!

— Первородство! ОН — старший сын! Нотча я не убивал! А Елисей твой живёхонький, в моей темнице!

— Как? — у Горика отлегло от сердца.

— Давай договоримся, сынок. Пока ты с ними не общаешься, они живы и в полной безопасности. В противном случае я поубиваю всех по очереди. И Полину из-под бедрока достану, и девку эту, которая везде болтается за тобой.

— Не смей. Оскорблять. Наташу, — процедил Горик.

— И Елисея, и Зимбера, и Кассандру.

— Кого?! — округлил глаза Горик. — Кассандру? Вэй?!

— И не рассчитывай на общение с ними через чат. Елисей писал тебе что-то, но ты не получил сообщение, потому что я контролирую твой чат. Так мы договорились?

Горик рассеянно покивал. Развернувшись, удовлетворённый Хиробрин тэпэхнулся.

— Весело... — пробормотал Горик, потирая переносицу. Ужинать перехотелось. Перехотелось вообще оставаться в этом осином гнезде.

А Наташа, уснув на твёрдой солдатской койке в одной из казарм, совсем забыла просмотреть иллюзию той вещи, которую забрала из Крепости.