15. Непробиваемая ложь

Утренний свет, пробивавшийся сквозь высокие витражные окна дворцовой библиотеки, играл на переплётах древних фолиантов. Аврора сидела за массивным столом, уставленным раскрытыми книгами законов и свитками финансовых отчётов. Напротив неё Нефрит изучал очередной документ, его обычно насмешливое лицо было сосредоточенным и усталым.Три дня прошло с тех пор, как Зойсайт стал регентом. Три дня подозрительной тишины.— Это не покой, — наконец сказала Аврора, откладывая перо. — Это затишье перед бурей. Берилл слишком тих. Он что-то готовит, а мы не знаем что.Нефрит поднял глаза от документа.— Он никогда не ударяет прямо. Берилл будет шептать, сеять сомнения, подкупать тех, кто любит золото больше чести. А когда Совет соберётся, у каждого в руках окажется по поддельному «доказательству», но правдоподобному.

— Тогда нам нужно найти настоящие доказательства его вины раньше, чем он нанесёт удар, — Аврора сжала кулаки. — Что-то неопровержимое.Она посмотрела на Нефрита. В золотом утреннем свете его профиль казался высеченным из мрамора. В эти страшные дни он перестал быть насмешливым циником — перед ней был союзник, готовый разделить и их бремя.Нефрит встал и подошёл к окну, глядя на внутренний двор дворца.— Я направил запросы в портовые архивы, в торговые гильдии, к таможенникам. Если Берилл переводил деньги наёмникам или убийцам, должны остаться следы. Деньги всегда оставляют следы.— А я проверяю все финансовые книги Зойсайта за последний год, — добавила Аврора. — Каждый перевод, каждый расход. Если Берилл попытается подделать записи, я должна знать правду наизусть.Она подняла глаза от документов, её взгляд стал серьёзнее.— А где генерал Кунсайт? Прошло уже три дня, он должен был вернуться. Зойсайт ничего не говорит, но я вижу, как он каждый раз вздрагивает, когда открывается дверь, словно ждёт...Нефрит повернулся к ней, его лицо стало жёстче.— Сегодня утром пришла депеша. Он задерживается. — Он сделал паузу, выбирая слова. — Объединение фортов оказалось сложнее, чем предполагалось. Один из командующих колеблется, требует личной встречи с Саито. Кунсайт пытается уладить ситуацию, чтобы не сорвать весь план.Аврора нахмурилась, её пальцы нервно теребили край пергамента.— Сколько ещё ему нужно?— По его словам, ещё два-три дня. Может, больше. — Нефрит вернулся к документам, но Аврора заметила напряжение в его плечах. — Он просил передать Зойсайту, чтобы тот держался. Что всё будет сделано, просто нужно чуть больше времени.— Зой знает?— Да. Я показал ему депешу утром. — Нефрит поднял глаза, и в них промелькнула тревога. — Он не сказал ни слова. Просто кивнул и ушёл в кабинет отца. Закрылся там на несколько часов.Аврора прикусила губу. Она знала своего кузена слишком хорошо. Это молчание было хуже любого крика.— Берилл может ударить раньше, чем вернётся генерал, — тихо сказала она.— Я знаю, — так же тихо ответил Нефрит. — И Зойсайт знает. Но выбора нет. Без военной поддержки пограничных фортов мы слишком уязвимы.Он посмотрел на неё, и в его взгляде промелькнуло что-то тёплое, пробивающееся сквозь тревогу.— Ты невероятная, знаешь об этом?Их взгляды встретились. Между ними повисло что-то новое, пугающе-прекрасное. Аврора почувствовала, как учащённо сердце забилось, а щёки загорелись.— Нефрит, я…, — начала она.— Не нужно слов, — прервал он тихо. Его рука легла на её ладонь — почти невесомо, но достаточно, чтобы это прикосновение стало обещанием. — Когда всё закончится…, мы найдём время.Но момент был прерван тяжёлыми шагами в коридоре. В библиотеку вошёл слуга, его лицо было бледным.— Ваше высочество. Лорд Датэ. Экстренное заседание Совета. Его высочество регент требует вашего присутствия. Немедленно.Аврора и Нефрит обменялись встревоженными взглядами. Это было слишком внезапно.— О чём заседание? — резко спросил Нефрит.— Мне не сказали, милорд. Но..., — слуга замялся, — лорд Берилл уже там. С большой папкой документов.Когда слуга удалился, Нефрит схватил Аврору за руку.— Он ударил. Раньше, чем мы ожидали.— Что нам делать?— Идти. И молиться, чтобы его “доказательства” оказались недостаточно убедительными.

***Зал Совета встретил их гнетущей тишиной. Тяжёлый воздух пах воском свечей и едким страхом. Во главе стола стоял Зойсайт, бледный, но с прямой спиной. Его изумрудные глаза были холодными, как лёд.Напротив него восседал Берилл. Перед ним на столе лежала аккуратная стопка пергаментов, перевязанных красной лентой. Его лицо выражало торжество человека, который уже знает исход игры.Члены Совета пяти семей заняли свои места: лорд Накамура сидел с виноватым выражением лица, не смея поднять глаза на принца; леди Андо беспокойно обмахивалась веером, её обычная холодная элегантность сменилась нервозностью; массивный лорд Кавахара молчал, как всегда, но его тяжёлый взгляд не отрывался от Берилла, полный плохо скрываемого презрения.Нефрит остался возле Авроры.— Прекрасно, все в сборе, — произнёс Берилл, и его голос скрипел, как тупой нож по кости. — Думаю, пора перейти к делу. К делу государственной важности.— Излагай, — холодно бросил Зойсайт. — И постарайся быть кратким. У регента есть более важные дела, чем слушать твои интриги.Берилл усмехнулся и поднял первый пергамент.— Интриги? О нет, ваше высочество. Это — факты. Неопровержимые факты. — Он развернул документ так, чтобы все видели печати и подписи. — Финансовые отчёты из королевского казначейства. Три крупных перевода из личной казны принца Зойсайта. Получатель, торговый дом “Серебряный якорь” в Караторе.По залу пробежал шёпот.— И что в этом подозрительного? — спросил Нефрит. — Принц имеет право распоряжаться своими средствами.— Действительно, — кивнул Берилл с притворным сочувствием. — Но вот что любопытно: этот торговый дом — фиктивный. Он существует только на бумаге. А его владелец, некто Маркус Грей, оказался посредником в найме наёмников и убийц.Зойсайт побледнел, но голос его остался твёрдым:— Ложь! Эти деньги были переведены на восстановление северной крепости!— О, конечно, — Берилл положил следующий документ. — Именно это вы и скажете. Но, к сожалению, мастер-строитель, который мог бы подтвердить ваши слова, бесследно исчез по дороге в столицу. Как печально.Аврора вскочила со своего места:— Потому что вы его убрали! У меня есть его отчёты, есть квитанции о закупке материалов!— Документы легко подделать, леди Аврора, — мягко возразил Берилл. — Особенно когда так хочется защитить любимого кузена. — Он сделал паузу. — А вот показания свидетелей подделать сложнее.Он щёлкнул пальцами, и в зал ввели невысокого человека в потёртом камзоле, писаря из порта Каратора.— Скажите Совету, что вы видели, — приказал Берилл.Писарь не поднимал глаз, его голос дрожал:— Я... я вносил записи в журнал о переводе средств. Приказ был подписан личной печатью его высочества принца Зойсайта. Деньги получил представитель дома “Серебряный якорь”.— А вы знали, что этот дом связан с криминалом? — спросил Нефрит.— Нет, милорд. Я лишь записывал то, что было.Зойсайт сжал подлокотники кресла.— Мою печать могли подделать.— Могли, — согласился Берилл. — Но зачем? — Он достал новый пергамент, и в его движении была театральная медлительность хищника, играющего с добычей. — А вот это уже совсем другое дело. Письма. Личная переписка между принцем Зойсайтом и генералом Кунсайтом.Воздух в зале сгустился. По рядам Совета пробежал шорох — кто-то выдохнул, кто-то подался вперёд.Зойсайт похолодел. Письма. Какие письма? Они с Кунсайтом никогда не переписывались — слишком опасно, слишком рискованно оставлять следы.Берилл начал читать, его голос был полон ядовитой сладости:— "Я готов сделать всё ради тебя. Даже то, что противоречит долгу. Даже если это будет стоить мне жизни. Ты — единственное, ради чего я готов предать себя." — Он поднял глаза на Зойсайта, смакуя каждое мгновение. — Это строки из письма генерала Кунсайта. Трогательно, не правда ли? Только вот вопрос: что именно противоречит долгу? Может быть, убийство Верховного Главнокомандующего?Зойсайт застыл, глядя на пергамент в руках Берилла. Он никогда не читал этих слов. Никогда не получал такого письма. Но что-то в этих строках... что-то пронзительно знакомое, что-то, что Кунсайт мог бы сказать в минуту слабости...И тогда его озарило. Та ночь в саду. Последняя их ночь. Кунсайт признался ему сквозь боль и усталость:"Я написал тебе столько писем... Десятки. Сотни, может быть. Каждую ночь, когда не мог уснуть, когда думал о тебе. Писал всё, что не мог сказать вслух. Всю боль. Всю любовь. Все безумные мысли, что приходили в голову. Но я никогда их не отправлял. Сжигал. Каждое. Потому что, если бы хоть одно попало не в те руки..."

Зойсайт тогда не нашёл слов. Он лишь крепче прижался к Кунсайту, пряча лицо у него на груди, чувствуя, как слёзы текут сами собой, от облегчения, от нежности, от осознания того, как глубоко они оба увязли в этом. А Кунсайт обнял его в ответ и поклялся, что сжёг всё. Каждое письмо. До последнего.Но что, если он не успел? Что, если предатель в форте нашёл их раньше?— Вы вырвали эту фразу из контекста! — выкрикнул Зойсайт, и в его голосе впервые прорвалась паника. — Кунсайт писал о... о другом!— О чём именно? — Берилл медленно наклонился вперёд, его глаза сверкали триумфом. — Расскажите Совету, ваше высочество. О чём именно писал ваш верный генерал?Зойсайт открыл рот... и закрыл. Что он мог сказать? Что Кунсайт писал о готовности бросить службу ради их запретной любви? Что эти письма были криком отчаяния человека, разрывающегося между долгом и чувствами?Это было бы признанием. Признанием, которое уничтожило бы их обоих.Берилл выждал долгую, мучительную паузу, наслаждаясь его молчанием.— Молчание красноречивее слов. — Он положил ещё один документ. — А вот донесение капитана столичной стражи. В ночь перед отъездом принца в восточные земли один из патрулей видел, как его высочество встречался в саду с неизвестным мужчиной. Встреча была тайной, длилась около часа.— Это была встреча с лордом Нефритом! — выкрикнула Аврора. — Они обсуждали детали поездки!— О, конечно, — Берилл кивнул. — Лорд Нефрит — верный друг. Он подтвердит любую версию. Но, к сожалению, страж описал этого мужчину иначе: “высокий, широкоплечий, в военной форме”. — Он посмотрел на Нефрита. — Вы носили военную форму той ночью, милорд?Нефрит стиснул зубы. Он был одет в гражданское.— Этот страж лжёт, — сказал он холодно. — Или был подкуплен.— Может быть, — пожал плечами Берилл. — Но вот ещё один свидетель. Служанка из дворца. Она утверждает, что видела, как кто-то в военной форме передавал принцу небольшой запечатанный свёрток. Что было внутри, она не знает. Но передача произошла тайно, в саду, после полуночи.Зойсайт застыл. Холод пробежал по его спине.Он действительно выходил в сад той ночью, не мог уснуть перед отъездом, душные покои давили на него. Гулял один, вдоль старых розовых кустов. И действительно встретил кого-то, высокую фигуру в тёмном плаще и военной форме. Незнакомец молча протянул ему свёрток, сказал что-то невнятное о “важном послании” и исчез в темноте, прежде чем Зойсайт успел разглядеть его лицо.Зойсайт развернул свёрток тогда же, в саду. Внутри был пустой лист бумаги. Он решил, что это чья-то глупая шутка или ошибка, скомкал бумагу и выбросил.Теперь всё становилось на свои места. Это была ловушка. Тщательно спланированная ловушка. Берилл подослал своего человека, чтобы создать “свидетелей”, чтобы потом использовать эту встречу как доказательство тайного сговора.— Где этот свёрток? — холодно спросил Берилл, прерывая его мысли. — Что в нём было, ваше высочество?Зойсайт медленно поднял глаза. Сказать правду? Что он выбросил пустой лист, не придав значения? Это прозвучит как отчаянная ложь.Промолчать? Это лишь усилит подозрения.Он оказался в идеальной западне.— Где эта служанка? — резко спросил Нефрит. — Пусть она повторит свои слова здесь, перед Советом!— Увы, она исчезла, — с сожалением сказал Берилл. — Испугалась, видимо. Но её показания записаны и заверены комендантом гвардии.— Который тоже, наверняка, ваш человек, — прошипела Аврора.— Доказательства, леди Аврора, — мягко напомнил Берилл. — Вам нужны доказательства моей вины. А я предоставляю доказательства вины принца.Он встал, обводя зал тяжёлым взглядом.— Члены Совета. Перед вами факты. Подозрительные переводы денег. Переписка, намекающая на заговор. Свидетели тайных встреч. — Его голос стал жёстче. — А ещё — факт отравления Верховного Главнокомандующего, который произошёл в те дни когда принц Зойсайт покинул столицу без официального уведомления. Совпадение?— Совпадение! — закричал Зойсайт, вскакивая. — Всё это — чудовищная ложь! Подделка! Вы сами отравили моего отца!— Докажите, — холодно сказал Берилл. — У вас есть хоть одно доказательство?Зойсайт открыл рот... и закрыл. Доказательств не было. Слуга, подавший отравленный чай, исчез. Свидетелей не осталось. Всё было чисто.Берилл медленно сел обратно.— Я не требую немедленного суда, — сказал он примирительно. — Я лишь прошу Совет принять меры предосторожности. Временно отстранить принца Зойсайта от регентства. До полного расследования.Повисла тишина.Лорд Накамура первым поднял глаза. В них читалась боль.— Я... я должен думать о безопасности государства, — произнёс он с трудом. — Пока обвинения не опровергнуты...— Вы не можете! — Аврора шагнула вперёд. — Это именно то, чего он добивается! Он убирает законного регента и захватывает власть!— Я не захватываю власть, — мягко возразил Берилл. — Я лишь предлагаю Совету взять управление на себя. Коллегиально. До выздоровления Верховного Главнокомандующего.Леди Андо кивнула за веером. Её голос был почти извиняющимся:— Думаю, это... разумно. Временная мера.Один за другим члены Совета поднимали руки. У каждого была своя причина. Лорд Накамура боялся за сына, служившего под началом Берилла. Леди Андо нуждалась в защите для своих торговых караванов. Лорд Кавахара был слишком стар, чтобы рисковать.Только Нефрит сидел неподвижно, сжав кулаки.— Вы совершаете ошибку, — сказал он тихо, но так, что каждый услышал. — Сегодня вы поверили лжи из страха. Завтра эта ложь может обернуться против любого из вас.Но решение было принято.— Его высочество принц Зойсайт временно отстраняется от обязанностей регента и помещается под домашний арест, — объявил Накамура. — До завершения расследования.Двери распахнулись. Вошли стражники.Зойсайт не пытался сопротивляться. Он молча протянул руки, позволяя надеть на запястья тяжёлые кандалы.Проходя мимо Берилла, он остановился и произнёс негромко, так, что слышал только он:— Твой триумф хрупок, Берилл. Он построен на лжи, а ложь она как карточный домик. Один порыв ветра и всё рухнет. И я стану этим ветром.Берилл сохранил маску безразличия, но в глазах мелькнула тень.Зойсайта вывели из зала под конвоем. Аврора смотрела ему вслед, слёзы текли по щекам, но она не издала ни звука.Нефрит положил руку ей на плечо.— Мы ещё не проиграли, — прошептал он. — У нас есть время. Неделя до следующего заседания. Мы найдём доказательства.— А если не найдём?— Найдём. Должны найти.

***Семь дней Зойсайт провёл в своих покоях под усиленной охраной. Шесть стражников у дверей. Окна заперты. Любой посетитель, только с разрешения Берилла.Аврору и Нефрита пускали раз в день, на час, и всегда в присутствии стражи.Эти семь дней стали адом для всех троих.Аврора не спала ночами, перечитывая финансовые книги. Она нашла то, что искала: переводы, которые Берилл приписывал “Серебряному якорю”, на самом деле совпадали по датам и суммам с расходами на восстановление северной крепости. У неё были квитанции мастера-строителя, счета на камень и известь, журналы выплаты жалованья рабочим.Но когда она попыталась предъявить это Совету, Берилл парировал:— Бумаги легко подделать, леди Аврора. Где сам мастер? Где рабочие, которые могли бы подтвердить? Где свидетели?Мастер исчез. Рабочих разогнали, и никто не знал, куда они разбрелись. Свидетелей не осталось.Нефрит обнаружил, что писарь из порта, давший показания против Зойсайта, получил крупную сумму за день до заседания Совета. Деньги пришли со счёта, связанного с торговым домом, которым владел родственник Берилла.Но когда Нефрит попытался допросить писаря повторно, тот исчез. Как и все остальные свидетели.— Он убирает концы, — мрачно сказал Нефрит во время одного из редких визитов к Зойсайту. — Всех, кто мог бы проговориться.— Тогда мы обречены, — тихо ответил Зойсайт.— Нет, — Аврора сжала его руку. — Ещё не всё потеряно. Я отправила гонца в Каратор. Если удастся найти настоящего владельца “Серебряного якоря”, если он даст показания...— На это уйдут недели, — перебил Зойсайт. — А у меня их нет.В его голосе прозвучало такое отчаяние, что Аврора почувствовала, как сердце сжимается.— Мы что-нибудь придумаем, — прошептала она. — Обещаю.Но обещание прозвучало пусто.

***Восьмой день начался с вызова на новое заседание Совета.На этот раз Зойсайта вели под конвоем. Кандалы не сняли даже в зале.Берилл восседал на месте главы Совета. Он больше не скрывал своих амбиций.— Расследование завершено, — объявил он. — Совет готов вынести вердикт.— Какое расследование? — холодно спросил Нефрит. — Вы даже не допросили свидетелей защиты!— Потому что их нет, — парировал Берилл. — Все, кого называла леди Аврора, либо исчезли, либо отказываются давать показания. Что само по себе подозрительно, не находите?— Они отказываются, потому что боятся вас! — крикнула Аврора.— Доказательства, леди Аврора, — устало повторил Берилл. — Мне нужны доказательства, а не эмоции.Голосование было быстрым. Почти единогласным. Только Нефрит воздержался.— Совет постановил, — произнёс лорд Накамура, не глядя на Зойсайта, — признать принца Зойсайта виновным в государственной измене и покушении на жизнь Верховного Главнокомандующего. До окончательного приговора он помещается под стражу в башню Королевского форта.Зойсайт не вздрогнул. Он ожидал этого.Аврора всхлипнула, пряча лицо в ладонях. Нефрит обнял её за плечи, его лицо было бледным от ярости.Стража шагнула вперёд.— Постойте, — вдруг произнёс Берилл.Все обернулись.— Перед тем как его уведут, я хотел бы сказать несколько слов. Наедине. — Он посмотрел на Зойсайта. — Если его высочество не возражает.Зойсайт молча кивнул.Совет медленно покинул зал. Стражники отступили к дверям, оставив Берилла и Зойсайта один на один.Берилл медленно обошёл стол, приближаясь к скованному принцу. На его губах играла улыбка триумфатора.— Ты всё ещё веришь, что можешь меня перехитрить? — прошипел он. — Ты всё ещё ребёнок, Зойсайт. Наивный мальчик, играющий в политику.— Что тебе нужно, Берилл? — холодно спросил Зойсайт. — Если ты пришёл насладиться своей победой, то можешь идти. Я не дам тебе этого удовольствия.— О нет, — Берилл наклонился ближе. — Я пришёл предложить тебе сделку.— Сделку?— Публично откажись от всех прав на трон. Признай свою вину. Назови меня регентом до выздоровления отца. — Берилл сделал паузу. — И взамен я оставлю в живых одного излишне преданного генерала.Кровь застыла в жилах Зойсайта.— Кунсайта?— Именно. — Берилл выпрямился. — Мои люди уже выехали. Те самые, что однажды чуть не прикончили тебя в саду. Помнишь их, да? — Он усмехнулся. — Если завтра к полудню ты не подпишешь отречение, генерал умрёт. Медленно и болезненно.Зойсайта пронзила вспышка памяти, лунный сад, свист клинков, кольцо убийц, стягивающееся вокруг. Его собственный крик, прорезавший ночь. И Кунсайт, ворвавшийся как ураган, спасший его ценой собственных ран...Он моргнул, возвращаясь в настоящее.— Ты... ты не посмеешь, — выдохнул он.— Посмею. И сделаю. — Берилл развернулся к выходу. — У тебя есть время до завтрашнего полудня. Думай быстро, мальчик. Твоя корона или его жизнь. Что для тебя важнее?Дверь захлопнулась за ним, оставив Зойсайта наедине с кошмаром выбора.Зойсайта вернули в покои под усиленной охраной. Теперь стража сменялась каждые два часа, а все окна были заперты на замки.Он метался по комнате, словно загнанный зверь. Мысли рвали сознание на части.“Кунсайт. Они идут за Кунсайтом. Те самые убийцы. Он не знает. Он не ждёт нападения. Они убьют его”.Паника сжимала горло. Он должен был предупредить. Но как? Стража не пустит никого. Писем ему писать не позволят. А если он попытается передать весть через Аврору или Нефрита, Берилл узнает.“Что мне делать? Как спасти его?”Отречься? Отдать Бериллу власть? Но тогда всё, ради чего они боролись, рухнет. Берилл станет регентом, а потом — и правителем. Отец умрёт, так и не придя в сознание. Страна погрузится в хаос коррупции и тирании.Но если не отречься...“Кунсайт умрёт”.Эта мысль была невыносимой. Зойсайт опустился на пол, прижав руки к вискам.— Прости меня, — прошептал он в пустоту. — Прости, что втянул тебя во всё это. Прости, что не могу тебя спасти.Часы тянулись мучительно медленно. Зойсайт не спал. Не ел. Просто сидел у окна, глядя на звёзды, и молился богам, в которых давно перестал верить.“Пожалуйста. Пусть он будет жив. Пусть успеет спастись. Я отдам что угодно. Только пусть он будет жив”.Утро подкралось незаметно. Серый рассвет окрасил небо в цвет золы.Зойсайт всё ещё сидел у окна, когда услышал шаги в коридоре.Дверь тихо скрипнула. На пороге появился стражник с подносом, на котором дымился завтрак.Стражник молча поставил поднос на стол. Потом, обернувшись к двери, чтобы убедиться, что коллеги не видят, быстро развернулся обратно.— Ваше высочество, — прошептал он, и голос его был знакомым.Зойсайт вскинул голову.Стражник откинул забрало. Под ним было лицо Кунсайта.— Как?.. — выдохнул Зойсайт, не веря своим глазам.Кунсайт улыбнулся устало, но тепло.— У меня свои методы, — прошептал он, быстро оглядываясь на дверь. — Один из стражников мой человек ещё со времён службы в столице. Он дал мне свою форму и пропустил через потайной ход. Но у меня всего пять минут, пока смена не начнётся проверять посты.Зойсайт бросился к нему, обхватывая его лицо дрожащими руками.— Ты должен уйти! Немедленно! Берилл послал за тобой убийц!— Я знаю, — спокойно ответил Кунсайт. — Меня успели предупредить через гонца. Я избежал засады. Пятеро наёмников мертвы.— Но... но ты должен быть далеко! В безопасности!— Безопасность? — Кунсайт прижал его к груди. — Какая безопасность, когда ты здесь, в ловушке? Какая безопасность, когда Берилл готовится уничтожить всё, что мы защищаем?Зойсайт отстранился, глядя ему в глаза.— Ты должен был остаться в фортах. Объединять командующих. Это было важно...— Я объединил их, — перебил Кунсайт. — Все четыре пограничных форта дали клятву верности законной власти. У меня есть письменные присяги от каждого командующего. — Он достал из-за нагрудника свёрнутые пергаменты с печатями. — Пятнадцать тысяч солдат готовы выступить по моему приказу.— Пятнадцать..., — Зойсайт едва мог дышать от облегчения и страха одновременно. — Но Берилл контролирует столичную гвардию. Если начнётся война...— Не будет войны, — твёрдо сказал Кунсайт. — Потому что я не затем вернулся. — Он взял лицо Зойсайта в ладони. — Я вернулся, чтобы сказать тебе главное: твой отец очнулся.Время остановилось.— Что?— Верховный Главнокомандующий Саито пришёл в сознание вчера ночью. Аврора и твой дядя Кайден были с ним. Он ещё очень слаб, но разум ясен. Он помнит всё. — Кунсайт сжал его плечи. — Он помнит, кто подавал ему чай в то утро. Он помнит вкус яда. И он готов дать показания.Зойсайт почувствовал, как подкашиваются ноги. Кунсайт подхватил его, усаживая на край кровати.— Нефрит уже известил членов Совета, — продолжал генерал быстро. — Официально для "последнего прощания с умирающим". Берилл не может им отказать, это выглядело бы слишком подозрительно. Они едут в родовой замок семьи Саито прямо сейчас.— Но Берилл... он поймёт...— Пусть понимает, — холодно сказал Кунсайт. — Уже поздно что-то менять. Через час Совет услышит показания Верховного Главнокомандующего. Услышит из его собственных уст, кто истинный предатель. — Он потянул Зойсайта на ноги. — А ты должен быть там. Рядом с отцом. Как законный наследник.— Но я под стражей... я не могу просто...— Можешь. — Кунсайт указал на форму стражника, лежащую на стуле. — Переоденешься. Мы выйдем через потайной ход, тот же, которым я пришёл. Мой человек прикроет нас. А дальше прямо к конюшням. Там нас ждут мои люди с лошадьми.Зойсайт смотрел на него, всё ещё не веря.— Ты... ты всё спланировал?— Мы все спланировали, — поправил Кунсайт. — Аврора не спала три ночи, высчитывая время смены стражи. Нефрит подкупил ключевых людей. Кайден обеспечил безопасность твоего отца. А я..., — он улыбнулся, — я просто вовремя вернулся.Впервые за много дней Зойсайт почувствовал, как тяжесть отчаяния начинает отступать, уступая место надежде.— Сколько у нас времени?— Три минуты до смены стражи. Потом поднимут тревогу, но мы уже будем далеко. — Кунсайт протянул ему форму. — Одевайся. Быстро.Зойсайт схватил одежду, его руки дрожали от спешки и волнения. Кунсайт помогал ему, застёгивая ремни и поправляя плащ.— Забрало опусти низко, — велел он. — И не говори ни слова. Просто иди за мной.Когда Зойсайт был готов, Кунсайт на мгновение задержался, глядя на него.— Что бы ни случилось дальше, — прошептал он, — знай: я горжусь тобой. Ты прошёл через ад и не сломался. Ты стал тем правителем, которым должен быть.Зойсайт не нашёл слов. Он просто притянул Кунсайта к себе, их губы встретились в коротком, отчаянном поцелуе: обещание, клятва, мольба.— Потом, — выдохнул Кунсайт, отстраняясь. — Когда всё закончится. У нас будет время.Он распахнул дверь, кивнул стоящему снаружи стражнику, своему человеку и жестом приказал Зойсайту следовать.Они шли по коридору размеренным шагом конвоя. Прошли мимо двух патрулей те даже не взглянули на них. Спустились по узкой лестнице в подвалы дворца.У потайной двери стражник Кунсайта остановился.— Дальше сами, генерал. Я задержу погоню, как смогу.— Спасибо. Ты спас жизнь принцу. Это не забудется.Стражник низко поклонился и скрылся обратно в коридоре.Кунсайт отпер потайную дверь старым ключом. За ней зиял тёмный туннель, пахнущий сыростью и забвением.— Быстро, — бросил генерал, зажигая факел.Они побежали по туннелю. Зойсайт слышал, как стучит его собственное сердце, как эхом отдаются их шаги. Сколько они бежали минуту? Десять? Время утратило смысл.Наконец впереди забрезжил свет. Выход.Они выскочили в маленький внутренний двор, скрытый от основных построек высокой стеной, увитой старым плющом. Холодный утренний воздух ударил в лицо. У ворот, словно призраки в тумане, стояли две знакомые фигуры, сержант Марек и капитан Маркс, в дорожных плащах, держа под уздцы нервно переступающих лошадей.

— Слава богам! — Марек бросился к Зойсайту, помогая тому сесть на лошадь. — Мы боялись, что не успеете...— Успели, — коротко бросил Кунсайт, вскакивая в седло. — Но времени в обрез. Через пять минут обнаружат побег. Берилл поднимет весь дворец.Марек вскочил следом. Маркс уже был в седле.— К замку Саито, — скомандовал Кунсайт. — Галопом. И молитесь, чтобы Совет ещё не начал слушания без нас.Они сорвались с места, и копыта застучали по мостовой, разгоняя утренних торговцев и сонных горожан.Позади, во дворце, поднялся набат.Погоня началась.