27 глава

На следующий день в школу я пошла одна, у Миши сборы были важные утром. Ну ладно.

Быстро подбегая к школе, я поправляла шарф на шее. Все таки сегодня холоднее, а я в юбке выперлась. Мерзну.

Как на зло, в этом время вся школа решила подойти, толкучка, из-за чего приходится стоять и ждать на улице. Это было крайне удивительно, ведь шла я ко третьему уроку, как и всей нашей параллели, историчка уехала.

Я пыталась прорваться вперед, но за глыбами-пацанами это было крайне трудно. Все время меня будто пихали и не давали пройти вперед. Как будто нарочно толкали и пинали. Ни раз «случайно» наступали на ноги или задевали плечом, причем никто не извинялся. Я ничего не понимала. Всю параллель я знаю, а они меня, мы в принципе в более-менее нормальных отношениях со всеми, но чтобы вот так, будто я незнакомка или еще что-то...

Все таки с горем по полом я зашла в раздевалку, и первым дело села на лавочку отогреться. До звонка было еще пять минут поэтому время было привести себя в порядок.

Пока я сидела проходили мои одноклассники, но почему-то никто не подходил здороваться, хотя каждый день в раздевалке все обнимались или жали друг другу руки. На мое привет подружкам я получила сухое «привет» и косой взгляд.

Так. Что-то случилось. Неужто Свиридов от обиды еще и всем сказал какая я плохая? Грустная ухмылка появилась на лице.

Я все таки встала и начала снимать уличную одежду и проводить себя в адекватный вид. Все это время я замечала косые взгляды.

Сначала я правда думала что показалось. Но сравнивая отношения всегда и сейчас - была огромная пропость между. И это мне не нравилось.

Взяв сумку я поспешила в класс. Там найдя Тимура я быстро подошла к его парте, где уже было куча пацанов, увидев меня они зашумели и отстранилась.

- Тебе че? Отошла от нас. - один из них плюнул мне под ноги. Обернулись все, а я впала в ступор.- Ты че животное? - я нахмурилась и скривилась. - Это ты? Из-за тебя? - я обернулась в шатену. Он лаконично выгнул бровь. - Что я? - он развалился на стул, показывая... превосходство над этой ситуацией? - Что происходит. - пояснила я. -Еще вчера со мной все нормально общались, а сейчас шугаются будто... будто... - я замялась подбирая слова. В голове всплыло одно. Вафлерша. Если бы я такой была, такое было бы отношение. Точно такое же. Неужели...?

- Я? Я только рассказал всем правду, кто ты такая! Пусть все знают, кто бегает в кругах Универсама. - он рассмеялся, а я его дружки в ответ.- Вот именно блять. Какое отношение к вафлершам должно быть, а? - один из них обратился ко мне. Он сказал это достаточно громко.

Я обернулась: все смотрели на нас и затихали, вокруг меня не было никого, даже рядом с партой моей, расселись по другим местам. Внутри неприятно закололо, а по тела пробила дрожь. Если сейчас я не докажу свою правоту и чистоту - это будет конец.

Голова начала болеть от нервов, звенит звонок, учителя нет, только взгляды, шепот, кивки в мою сторону.

- Ты... Ты чего несешь? Какая вафлерша? У тебя хоть есть доказательства на это? - голос дрожал, что выдавало панику, но я старалась держаться увереннее, тверже. Но выходило слабо. Мой голос эхом раздавался в тишине кабинета.- Как минимум наши пацана все подтвердили, слово пацана дали. Колик вернее дал, что ты согласилась сама. Слово пацана дал. - ухмыляясь проговорил Тимур. Его слова звучали как приговор. Слово пацана...Это значит поверят ему, а не мне.

Я стояла в центре круга унижения и насмешек, на глазах стало появляться слезы от всей ситуации. Нет-нет! Возьми себя в руки!

Я начала мять края юбки рукой, кусать губы и щеки, которые уже покраснели. Дыхание стало частым, как и сердцебиение. В ушах отдавался звон, как колокол: «Вафлерша!Вафлерша!».

Мне казалось было демоны сидели в моих ушах и шептали это грязное и вязкое слово, которое порочило мою честь, но не только мою. Универсам.

Думать об это не хотелось, что будет если слухи разлетятся полностью.

- Заткнись. - прошептала я зло. Как можно злее. - Это все ложь. Вы - ДомБытовские, никогда по понятиям не идете, а на нашей территории видите себя будто у себя дома, забыли сколько девушек невинных погубло и помучило вами? - голос становился тверже, немного увереннее. Я старалась изо всех сил. Но стресс мешал, он забирал сил больше. - А сейчас за вчерашнюю пощечину, ты повесил мне лживое клеймо! - я прикрикнула и топнула ногой.

- Если слова пацана дали, то значит правда. В этом никто не врет, а если бы врали - отшили бы давно. - сказал кто-то в классе. Мы обернулись на него. Все начали медленно кивать, соглашаясь.

- Не оправдывайся, Туркина. - сказала мне Алина, щурясь. - Клеймо знать клеймо. Нехер скрывать. - она словно выплюнула это.- Вы... Вы че с ума посходили все...? - я неверия прошептала, оглядывая класс, в поисках поддержки. Но ее не было. Что-то это мне напоминало...

- Туркина! Катенька никогда не врет, она такая хорошая девочка, чего не скажешь о тебе! - она поверила ей. Поверила. Нет смысла дальше рассказывать что мне говорили, но факт того, что от меня отвернулись все. Дома мне влетело, и никто мне не верил ...... Это был самый тяжелый период в моей школьной жизни, в один день я плакала в туалете, там я пряталась от мальчиков, которые стали меня задирать после того случая...... Я притихла, я боялась что он тоже сейчас будет надо мною издеваться. Или хуже, всем расскажет и все будут смеяться.

В этот момент зашел учитель и мне не оставалось ничего, кроме как сесть за парту.

Я не слышала учителя, не писала, не понимала ничего. Голова была забита другим.

Ни с переди, ни по бокам никто не сидел. Даже старались не смотреть. Глаза краснели, хотелось выйти поплакать. Выплакать всю боль. Как в школу ходить? Как доказать правоту? Что делать? А если брат не поверит? А если и Миша...?

Я решила ему написать, может он в курсе.

Миша, приветик. -в вообщем, тут проблема.Свиридов пустил слух, что я тогдав декабре, переспала по своей воле с домбытовским. он слово пацана дал,и ему все верят, но ведь это не так!ты же мне веришь?

в вообщем, хотела узнать как у вас там,пустили уже в наш круг слух или нет.но я тебя предупредила. надеюсь ты поверишь мне. плюсом же домбыт за свои слова не отвечает, так старшиеговорили...

не знаю что будет дальше, но делоплохо, вчера еще все было идиально,до нашего с ним разговора, где явлепила ему пощечину. обиделся.

отпишись пожалуйста, я говорю правду. люблю

Написав Тилькину, я убрала телефон. В груди сеялся страх - вдруг не поверит мне?

Пару раз прилетали комки бумаги, свист, шепот. По классу шла бумажка где было написано: «Туркина вафлерша!».

Я увидела как парни открыли ее, посмеялись и глянули на меня, а я увидела раскрытую бумажку в его руках. Сил больше не было. Я собрала вещи и без слов вышла.

Учитель кричала мне в след, но я слышала лишь свист и гопот. Мне все равно.

Я убежала в туалет и закрылась в кабинке, дав волю слезам. Мне повезло что был урок и никого тут не было, но скоро перемена, а значит пора уходить.

Но из-за моей истерики, которую я так пыталась скрыть, я не услышала звонок. В туалет мигом налетела куча девчонок.

Пока я пыталась успокоиться и вытереть туалетной бумагой с лица потекшую тушь, я услышала как какая-то кучка зашла и начали кричать в уборной, прогоняя всех.

- Ау! Туркина ты здесь? - противный и насмешливый голос. Блять. Кожевникова Роксана и ее ебучие приспешницы, 10 А.

Коротко: мрази, которые редко, но метко находят цель для тайного буллинга. Те самые старшеклассницы, которые обсуждают всех и вся даже смотря в глаза, ходят в коротенькой юбке с ядерными духами, но травят своей гадкой улыбкой, сплетнями и колкими словечками.

Как-то я случайно нарвалась на их удочку, но тогда я была слишком взвинчена, из-за чего создала драку, где наглядно ей показала что будет если меня тронуть, волей не волей она отстала. Такие стервы всегда трусихи. Но сейчас была уязвима я, отличная приманка.

- Да тут она, кабинки проверяй! - крикнула другая, ее подружка, видимо Алсу.

Еще одни ноги стали дергать кабинки. Дошли до моей. Резкий рывок, слетевшая с ручки моя рука, и вид на ухмыляющуюся Беллу, за ней встали еще двое. Святая троица вместе: Белла, Роксана и Алсу. Три мрази, которым сейчас я бы с радостью перерезала бы горло.

Я сидела на крышке унитаза, с сумкой на коленях и опухшим от слез, смотря снизу вверх на них.

- А вот и наша шлюха! - громогласно объявила Роксана, а еще подружки похлопали. - Алсу, милая, подержи дверь пожалуйста. - она лаского обратилась к подружке, а та сразу сделала, что ее попросили.

Я не успела придумать что делать. Я в ловушке.

Меня сразу потянули за волосы чужие женские руки, заставляя встать и упасть сумке на плитку с громких шумом.

- Че пригрустила? На хуи сажаться было не грустно? - она со злость прошептала мне в глаза, сжав в кулак мои волосы. - Знаешь у нас в школе проституткам не место. Таких надо выгонять, чтобы не портить репутацию нашей школы. - она приблизилась ко мне и ухмыльнулась. Это был хищный оскал ее, блестящими от блеска губ.

Удар. Моя голова встречается в дверцей кабинки унитаза. Второй. И еще. Я обессилено падаю на колени. Голова адски болит, слезы текут с новой силой. Но сил нет.

Меня разворачивают и за спину заводят руки, держа их, а подбородок поднимают. Я встречаюсь глазами с этой брюнеткой.

- Что неприятно? А девственность терять было приятно?

Хлест. Щеку прожгло ударом. Голова качнулась в сторону. Вторая. Уже слабже, но в лицо сново дернулось. Третья, лицо бессильно упало. Четвертая. Для нее ей потребовалось поднять мое лицо.

Глубоко в душе я еще даже не могла подумать, что еще она придумает, я просто молилась оказаться дома, чтобы кто-нибудь сказал «верю» и пожалел. Но я знала, это еще не конец.

- Я...не... Он врет... Клянусь.. - тихо прошептала я. Во рту неприятный привкус и жидкость, мешающая говорить.- Заткнись! Не оправдывайся! Весь ДомБыт потвердил! - она резко сжала мой подбородок, заставляя смотреть на нее. - За такое клеймо надо платить, Туркина, тебе ли это не известно?

Известно. Куча слухов о том, как Свинцовая «проучивала» девчонок с таким клеймо. Никто ничего поделать не мог, доказательств не было, а спокойная жизнь дороже.

Меня за волосы потащили куда-то. Тело, словно кукла, тащилось по плитке комнаты, отдавая ужасной болью на затылке. Постав на корточки, я увидела унитаз, на котором я и просидела все время.

- Ты в говне, Туркина, и от этого говна не отмоешься никогда! - она надавила на мой затылок и приложила к холодной кирамике, встречаясь лицом. Я успела зажать губы, закрыть глаза и вдохнуть побольше воздуха, что было конечно труднее из-за бесконечного рыдания.

Лязг, и на голову потекла вода, видимо смыв. Из последних сил я пыталась вытащить голову, но быть намного выше от дыры - получилось. Я сплюнула в унитаз кровь, скопившееся во рту.

Не дав, отдышаться, меня снова куда-то потащили. Приложив к каменной стене, я больно ударилась затылком и взвыла. В глазах пелена, в голове боль, в ушах звон, а в сердце надежда.

На голову что то вылилось, жидкое. И кто-то начал интенсивно намыливать мне голову и лицо.

- Давай мы тебе поможем, Лерочка, умыться. - приторно-ядко лепетала Белла.- А ты вообще в курсе, Лер, что с такими делают? По кругу пускают. Как думаешь? Смогла бы вытерпеть? - она заглянула мне в глаза лаского улыбаясь, я же смотрела на нее с полным безразличием. Внутри я хотела ее убить. Сжать ее шею до хруста, пинать об плитку пока не зальет своей кровью все. Пока не отомщу.

Я когда нибудь это осуществлю. За себя, за других девочек, на которых так же повесили лживый ярлык.

Глаза защипало, в нос ударил мыльный запах, а в рот - вкус.

- Почище? Давай умоем тебя.

Снова. Волосы. Унитаз. Смыв

Я облакотилась на стенку кабинки. Вид был ужасный, состояние ужасное. Хотелось сбежать. Я не была уверена, что дойду до дома.

- Коронное наше будем? - кто-то подал голос, я уже не разбирала.- Конечно, тащи мусорку.

Как только одна из них взяла мусорный пакет, налив туда немного воды, дверь с грохотом открылась. Кто-то из учителей зашел туда. Вернее не один. Я слышала мужской голос и женский.

Алсу тут же отскочила и виновата посмотрела, Белла опустил пакет, а Роксана закрыла меня в кабинке.

Я не разберала слова, я слышала ругань и то, как закрылась дверь. Вдруг кабинки все открывают. Я поднимаю взгляд - и вижу учителя физики и завуча. Те растерянно смотрят на меня и первые секунды не говорят ни слова.

Опомнившись, завуч сразу уходит к девочкам, выводя их из туалета в кабинет детектора, а других любознательных детей - на уроки. Все и так знали, что было за закрытой дверью женского туалета.

Физик - Ильгизар Владимирович, сел на корточки передо мною и грустно осмотрел.

- Боже мой, Туркина. - он прошептал с болью. Он был очень хорошим мужиком, и учителем тоже, мы его любили.

Он помог мне подняться.- Давай я тебя домой отведу. Анна Ринатовна сама разберется с ними. - он взял меня под руку и повел к раковине. Я умылась, завязала волосы резинкой и мы вышли из туалета.

В коридорах пусто, классы закрыты. Мы дошли до раздевалки, где он меня оставил, сам пошел одеться.

Сидя на лавке и пялясь в одну точку, я ждала его. Он предлагал посидеть в школе, придти в себя, но я отказалась, а вот на слова, что я могу дойти сама, отказался он.

Под тишину он провел меня до квартиры, успокоив немного и сказав напуствующие слова, он ушел.

Зайдя в квартиру, меня встретил родной запах. Запах дома. Собрав всю мощь я пошла в душ. Пробыв там почти полтора часа, я вышла в одном полотенце и упала на кровать. Силы кончились окончательно. Тело ныло и выло, все болело, даже горло и глаза от слез. Зато я реальео чувствовала себя чистой после этой взбучки.

Я уснула. Проснувшись около четырех часов дня, я поняла, что так и уснула под одним полотенцем и покрывалом.

Попробовав встать, я упала снова. Потом снова. И снова. Я смогла дойти до шкафа и надеть одежду. Потом дойти до ванны и запустить стирку, после уже на кухне попить воды и выпить обезболивающие.

После сна чувствовала себя слегла получше. но все не то.

Вернувшись в кровать, я свернулась клубочком и тихо заплакала от обиды. Плакать сил не было. Я не знала что мне делать, кому писать, кого просить. Но брат должен знать, либо от меня, либо от них. Если что, уеду в Москву я подумала, там меня все равно примут. Потом позвоню им.

В 6 часов я проснулась от назойливого телефонного звонка. Как оказалось из моей сумки. Сил не было достать его. Я даже не хотела думать кто это. Поэтому продолжила лежать.

Спустя время, хлопнула входная дверь, пришел брат, я поняла по шагам.

- Лера! - он позвал меня. Голос был серьезным, но не злым. - Ты дома?

Я ответила не громко, как смогла.- Да, у себя.

Тяжелые и быстрые шаги сразу оказались в дверном проеме моей комнаты. Я обернулась. Стоял он. Высокий, хмурый, серьезный и крепкий. Турбо как его зовут. А для меня Валерка, который всегда защищал меня и любил.

Только вот кто из них сейчас будет со мной и до конца?

знали бы вы, как мне было тяжело это писать... я чуть не плачу сама... но этот поворот был запланирован еще давно😔