Плата за побег

Плыть при всегда попутном ветре было удивительно. Юноша с восхищением посматривал на седого отца, дремлющего под навесом на корме. Сколько же всего может уместиться в его старой мудрой голове! Целый год они, под видом покупки рыбы и моллюсков ходили к причалам, где отец расспрашивал моряков о ветрах и течениях. Затем он спешил домой и что-то чертил в ящике с песком, обязательно стирая перед сном плоды своих размышлений, чтобы они не попались на глаза посторонним. Еще год они провели, мастеря воздушных змеев и модели лодок. Над ними посмеивались, считая что старик впал в детство и надзиратель, без того появлявшийся все реже, вовсе махнул рукой на свои обязанности. А затем у рыбака, настолько жадного, что не побоялся нарушить царский указ, за пару медных светильников они купили лодку. Несколько месяцев юноша, прячась от чужих взглядов в узкой бухточке, хорошо скрытой скальным навесом, перестраивал старую посудину по отцовским указаниям. Сам старик старался побольше бывать на людях – вырезал игрушки на колесиках в виде полулюдей-полуживотных и дарил детворе, чем окончательно убедил всех в своём помешательстве.

И вот чудо-лодка уносит беглецов из затянувшегося плена. Невиданная конструкция парусов, похожих на четыре белых крыла нависающих над водой по оба борта, выжимала ход даже из самого слабого ветерка. Этой лодке не нужны были весла – главное крепко держать в руках управляющие парусами рычаги, и при первых же признаках потери скорости начинать поднимать и опускать их, ловя ветерок на другой высоте. Глядя на чудесные паруса юноша начал вслух мечтать о том, как когда-нибудь его отец сделает крылья, на которых можно будет полететь к солнцу. Слыша его наивные размышления старик, не открывая глаз, посмеивался, радуясь обретенной свободе.

Внезапный удар в борт и вскрик прервали его отдых. Вскочив на ноги старик в ужасе увидел, что остался в лодке один. Внезапная волна, рожденная прибоем одного из многочисленных островков сбросила его сына, по юношеской лихости не ставшего привязываться специальной веревкой, за борт. И как не всматривался убравший паруса Дедал в зеленовато-голубую гладь воды, разглядеть в ней своего сына так и не сумел – сверкавшее под ярким солнцем море взяло с него свою плату за побег.

Иллюстрация: Петр Соколов – Дедал привязывает крылья Икару