Глава 3

Домики, в которых их расселили, на удивление оказались уютными и теплыми. Мебели было немного, но вполне достаточно, чтобы ощущать себя комфортно. Особенно Алису привлекли два темно-бордовых кресла, со стеклянным журнальным столиком. Цвет был изумительным. Она даже задумалась; не перекрасить ли ей в него волосы, но тут же отмела эту мысль, подумав, что Ян снова начнет мучить ее лекциями о вреде столь частых покрасок.

В комнате также были четыре кровати, стоявшие попарно напротив друг друга. Большой зеркальный шкаф, разделенный на четыре секции под ключ. Четыре тумбочки в цвет креслам и небольшая ванная комната.

— А где душ? — окинув скептическим взглядом уборную, спросила Алиса, немного высунувшись из-за двери.

— Тут общий душ, — отозвалась Кати, продолжая разбирать вещи, занимая удобную ей полку.

— В смысле общий? — нахмурив брови, переспросила девушка, немного растерявшись.

— В прямом, Лис. Но не переживай, мальчики отдельно и вход только по пропускам, — как ребенку пояснила Кати, выуживая из сумки черный комбинезон из плотной тянущейся ткани. Идеальный вариант для боя и тренировок.

— И как это происходит? Берем вещи, идем туда, потом возвращаемся обратно? Душ тоже по времени? — присев на край выбранной кровати, полным тревоги голосом проговорила Алиса. — А вдруг кто-то войдет? Мы же там будет голые? И все вместе или как-то по очереди?

— Тебе не стоит за это переживать. Никто туда не войдет, но даже если войдет, я оторву ему яйца и заставлю их сожрать. Поверь, после такого, последнее о чем он будет думать, так это о твоих прелестях, — очаровательно улыбнувшись, отозвалась Кати. — Что касается расписания, то тут все просто. Тебя никто не убьет и не накажет, если ты пропустишь прием пищи или банные процедуры. Только если ты решишь прогулять тренировку или что-то другое из обязательной программы. Не переживай, ты быстро втянешься.

— А как это было у тебя? — с искренним любопытством продолжала допытываться Алиса, начиная понемногу разбирать и свои вещи, складывая их на полочку.

Катарина задумалась, вспоминая свои первые дни в Лагере. Ей было немного страшно. Слишком много неизвестных ей людей. Слишком много тех, кто задевал ее, дразнил и даже издевался. Она была смазливой девочкой для битья, пока не решила, что с нее хватит и она вправе давать сдачи. Именно тогда началось все веселье, ведь никто не ожидал от такой хрупкой наемницы таких отточенных навыков боя. Сейчас же к ней едва ли кто смел подойти. Она была одной из лучших. Оставаясь на вершине рейтинга третий год подряд и не планировала сдавать позиции.

— Мне было страшно, — прошептала Кати, поджимая губы. — Ты же помнишь меня в шестнадцать? Я была хрупкой, мелкой, слишком смазливой. Меня никто тут не воспринимал всерьез, но я заставила их это сделать и сейчас они говорят обо мне. Каждый наемник и даже наемницы мечтают оказаться в моем обществе. Их притягивает моя слава, но они бы с большим удовольствием смаковали бы и моим поражением.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что это правда. Я для них никто. Низший сорт, а позволяю себе зарываться, по их мнению, хотя должна валяться у их ног, — ответила девушка, убирая густые волосы в хвост.

— Мне кажется, ты к себе несправедлива. Ты очень красивая Кати. Возможно ты просто вызываешь зависть у девчонок, а парни не могут позволить себе тебя, вот поэтому такое отношение, — переодеваясь, поделилась своими мыслями Алиса, на что ее собеседника открыто засмеялась.

— Мир не крутится вокруг красоты. Во всяком случае не тот, который выбрала я. Я не хочу быть под кем-то. Я хочу быть на голову выше. И я этого добьюсь, — твердо проговорила Катарина, оборачиваясь на звук распахивающейся входной двери.

— Да вы издеваетесь?! Какого хрена ты тут? — воскликнула вошедшая темноволосая девушка, скривившись.

— Встречный вопрос. Тебя не было в списках на расселение в эту комнату, — бросила Кати, а от тона ее голоса на ресницах Алисы осел иней.

— Лютер, что там такое? — крикнул кто-то за спиной темноволосой и в дом вошла еще одна девушка. — Пиздец, — заключила она, прямо смотря на Катарину, стоявшую едва ли не в боевой стойке.

— Может, сменишь локацию? — сложив руки на груди, проговорила та, кого назвали Лютер, а наемница за ее спиной подалась немного вперед, занимая не менее угрожающую позу.

— Может тебе ее сменить? Могу придать ускорение? — в тон отозвалась Кати, а Лиса едва успела заметить, как брюнетка легким движением руки вложила кинжал в ладонь, придавая своим словам значимости.

— Оружие запрещено! — запротестовала вторая девушка, впервые бегло посмотрев на растерянную Алису. — Как ты его пронесла?!

— Фрей, она настолько раздолбанная, что в нее даже баллистическая ракета влезет, — ухмыляясь в оскале, ядовито бросила Лютер.

— Именно поэтому ты хотела меня трахнуть? — открыто улыбнувшись, задала вопрос Кати, отмечая, как лицо наемницы покрывается красными пятнами от злости.

В дверной проем протиснулась голова младшего наставника. Он скептически осмотрел нагревшуюся обстановку и подался немного вперед, вынуждая Лютер и Фрей зайти в домик.

— Девушки, у Вас все в порядке? — поинтересовался мужчина, цепляясь взглядом за бледное лицо Алисы.

— Да, спасибо, — вежливо отозвалась Кати, добродушно улыбаясь, мгновенно спрятав кинжал.

— Отлично. В таком случае, у вас есть еще примерно два часа, чтобы освоиться. Потом вам нужно пройти в главный зал. Кат, тебе сразу в Яму, правила немного изменились. Тебе следует с ними ознакомиться, — проговорил мужчина, исчезая так же быстро, как и появился.

Катарина коротко кивнула на его слова, напряженно наблюдая за нежеланными соседями, пока Лютер и Фрей не заняли сумками кровати напротив. Темноволосая немного задела девушку плечом, ядовито отметив шепотом: "ты будешь молить, чтобы это была я".

— Нахуй пошла, — зло бросила Кати, запихнув все свои вещи в шкаф вместе с остатками вещей Алисы. — Идем, поищем твоего братца, — обратилась она к девушке, искоса поглядывающую на наемниц.

Они подсознательно вызвали в ней страх. Кожа покрылась мурашками и Алиса поежилась. "Такие и задушить ночью могут" — пронеслось в ее мыслях, а по спине прошелся холодок. Им ведь это ничего не стоит. У Лютер рука больше чем ее нога. И вся она какая-то несуразная. Вроде бы проскальзывает рельеф мышц, а с другой стороны: она полная, огромная, выглядит неповоротливой, но это обманчивое впечатление. Еще у нее был странный болотный цвет волос, глубоко посаженные глаза, тонкие, как ниточка губы — она была похожа на спутницу маньяка, из дешевого фильма ужасов. Ее напарница Фрей была менее тучной и более рельефной, но такой же мужиковатой. С каким-то странным боб-каре темно-фиолетового цвета, которое совершенно не шло ее круглому лицу. Мелкие глаза и нос картошкой, только губы были пухлые, красиво очерченные, словно их приклеили не к тому лицу.

Алиса без лишних слов последовала за Кати, стремительно покинувшей комнату. Девушка повела ее через замерзшее озеро к домикам, которые располагались напротив. В них расселялись парни. Это было слышно по громким голосам, звукам тяжелой музыки и неописуемому количеству мата, который лился со всем сторон. У Алисы вмиг покраснели уши, отнюдь не от холода. Она постаралась отвлечься, думая о том, что было бы здорово поскользить по льду, но никто этого не делал, и блондинка лишь шмыгнув носом, поплелась по мостику вперед.

— Мальчишки, такие мальчишки, — прокомментировала Кати, когда двое парней выбежали полураздетыми из одного домика и нырнули в снег. — Да здравствует веселье, — иронично протянула про себя, распахивая каждую дверь, в поисках Яна.

— Хэй, крошка, кто тебе нужен? — послышалось из одного домика, и брюнетка раздраженно захлопнула дверь.

— Ты злишься? — отчего-то совсем робко поинтересовалась Лиса, дернув Кати за руку.

— Я в бешенстве, — прошипела брюнетка, открывая следующую дверь. — Из двадцати четырех девушек к нам подселили именно их? Как?! Как мать вашу?!

— У-у, какие мы злые, — поправляя резинку боксеров, отозвался шатен, когда брюнетка наконец-то нашла нужную дверь.

Стены здесь были не особо толстыми, в отличие от громкого голоса Катарины, разносившегося по округе громом и молнией. Она была почти в ярости.

— Пошел нахуй, Дастин, — рыкнула Кати, поджигая сигарету, жалея, что не додумалась до этого ранее.

— Хэй, подруга, ты нам всю комнату провоняешь, — бросил переодевающийся Зак, на что брюнетка показала ему фак.

— А теперь главный вопрос сегодняшнего дня, мальчики. Кого к нам подселили? Думаем, мальчики, думаем! — плюхнувшись на кровать рядом со все еще раздетым Дастином, сказала наемница, мечтательно затягиваясь.

— Ставлю сотку, что это та телочка, которая в прошлом году пыталась тебя засосать, да? — расплываясь в ухмылке, протянул Куба, расчесывая красный ежик отросших волос.

— Бинго! — крикнула Кати, наслаждаясь успокаивающими поглаживаниями Дастина.

— Проблем не будет? — сухо бросил Ян, любуясь своей сестрой, поправляя ее немного запутавшиеся волосы.

— Я хочу выиграть Яму и попросить, чтобы нас как-то расселили. За себя я переживаю меньше всего, — поделилась Катарина, с намеком посмотрев на Лису.

— Хорошо. Куда Вы сейчас? — приобняв блондинку, целуя ее в висок, спросил наемник, прямо смотря в карие, практические черные глаза.

— Хочу найти Мару и Киру. Познакомлю Алису с ними и со спокойной душой пойду в Яму. Они о ней позаботятся, — поделилась Кати, поднимаясь, игнорируя недовольство Дастина. — До вечера! — коротко бросила через плечо девушка, утаскивая Алису за собой, не давая ей права выбора.

Ян запустил размашистую ладонь во вьющиеся светло-каштановые волосы. Задумавшись всего на мгновение, он вновь бросил на себя скептически, оценивающий взгляд в зеркало, висевшее возле шкафа. В его холодных, северных глазах, на порядок темнее чем у отца, плескалось раздражение. Как бы он хотел затащить его маленькую, беззащитную девочку сюда, и выгнать всех остальных. Как бы он хотел оставить ее с собой. Ощущать, как она крепко прижимается к нему ночью, в поисках тепла и защиты, а вместо этого он здесь — один. А она? Она там — в обществе несносной Кати, вечно ищущей приключений на свою задницу.

— Расслабься, Жнец. Присмотрим мы за твоей мелкой. Ничего с ней не случится, — доверительно проговорил Зак, впервые замечая такую растерянность в глазах своего товарища.

— Точно, присмотрим. И лесбуху эту заткнем, — присоединился Куба, надевая на себя футболку. — Чем больше паришься, тем хуже. Сам же знаешь. Отпусти ситуацию. Дай ей немного освоиться. Глядишь, и волноваться перестанешь.

— Со своей стороны могу сказать, что я даже пальцем к ней не притронусь, — проговорил Дастин, — наверное, — насмешливо дополнил, едва успев отклониться от полетевшего в него бейсбольного мяча.

— Я тебя освежую, как кролика, понял? Только подойди к ней, — предостерегающе процедил Ян, на что парень поднял руки в верх.

— Спокойней, это была шутка, — одеваясь, ответил он направляясь к выходу.

Когда дверь за ним захлопнулась, Ян повернулся к выжидающе смотрящим на него наемникам. Зак по привычке подкурил сигарету, выдыхая сизый дым в сторону. Куба развалился на кровати. Они молча требовали объяснений и имели на это полное право. Они-то и сошлись такой компанией, потому что ни у кого из них не было слабых, уязвимых мест. А теперь? С появлением здесь мелкой блондинки, Жнеца словно подменили и им это чертовски не нравилось.

— Ты на нее странно смотришь, Ян, — начал первым Зак, делая неспешную тягу, с прищуром смотря на шатена. — Как-то неправильно. Совсем неправильно.

— Я думал мне показалось, — хмыкнул Куб, забивая косяк. Без дури здесь не обойтись.

— Она моя семья, — твердо проговорил наемник, не давая им возможности усомниться в нем еще больше.

Как эти двое смогли увидеть в нем то, что другие не видят годами? Даже его команда не была столь проницательна. Разве он давал повод? Он вел себя как всегда. Или же за те годы, что они знакомы, они никогда не видели его таким? Да, определенно не видели. Вечно сухой, обозленный на весь мир, жаждущий крови и состязаний, а в этот раз пропускающий Яму — абсурд. Но он не может себе позволить, чтобы Алиса волновалась, достаточно Кати, из-за которой у малышки и так будет болеть сердце. Сука не думающая ни о ком, кроме как о себе.

— Мы не спорим. Но Гая моя семья, и я не разу не обращался с ней так...

— Как так? — прищурившись, немного склонив голову вбок, спросил Ян.

Сейчас он был похож на сумасшедшего. Только дай команду и он разорвет тут всех голыми руками.

— Забей, только пусть это дерьмо нас не касается? — небрежно бросил Зак, а Ян до боли стиснул зубы.

— Что ты имеешь в виду? — переспросил на всякий случай, уже предполагая ответ.

— Если ты хочешь, чтобы я говорил об очевидном, то пожалуйста — ты хочешь ее трахнуть и можешь этого не отрицать, — сложив руки на груди, в тон ответил светловолосый, скалясь.

Ян едва успел сделать шаг, когда между ними вклинился Куба, сжимающий в зубах драгоценный косяк.

— Расслабься, все окей, я же шучу, имбицил, — расхохотался Зак во весь голос, а шатена кинуло в жар, ведь он реально собирался выбить из него всю дурь, закравшуюся в его голове.

— Отсоси, — раздраженно бросил Ян, разворачиваясь на пятках, нуждаясь в ледяном воздухе, способном немного отрезвить его.

***

Мару и Кира. Блистательная брюнетка, с удлиненным каре и такая же сногсшибательная рыжая, с вьющимися до талии волосами. Обе ростом как Кати, на полголовы выше Алисы. Правда, брюнетка была немного выше. Совсем немного. Обе крайне симпатичные внешне. Только у Мару глаза были немного раскосыми, а у Киры миндалевидными. В меру пухлые губы. У Мару острый подбородок и точеные скулы, а у Киры потрясающие ямочки на щеках, как и у Кати. Зависть штука отвратительная. Но как тут не завидовать, когда Лиса была метр с кепкой, с совсем обычными чертами лица и с назойливыми веснушками, вылезающими немного ощутив тепла.

— Девчонки, знакомимся — это Алиса, Лиса — это Мару и Кира. Мои самые сладенькие девочки в этом заезде, — улыбчиво протянула Кати, начиная по очереди обниматься с наемницами.

— Кажется, ты нам про нее рассказывала? — вскинув темные брови, спросила Мару немного с акцентом.

— Да, точно. В прошлый раз и позапрошлый, — вторила ее словами рыжая, завязывая копну своих волос в высокий хвост. — Приятно познакомиться, — протянув руку, улыбаясь, добавила она, на что Лиса ее пожала, удивляясь насколько мягкая была ее кожа.

— И какие у нас планы? — поинтересовалась Мару, бегло глянув на Дастина, стоявшего в стороне в компании каких-то парней.

— Мне нужно разузнать о Яме. Говорят, внесли какие-то изменения. Вы можете пока присмотреть за Лисой. Она здесь ничего не знает, а ее неугомонный братец точно сейчас уже едва ли не садомией занимается, — поиграв бровями, открыто улыбаясь, сказала Кати, на что Алиса укоризненно посмотрела на нее.

— Не нужно обо мне так беспокоиться. Я вполне могу посидеть пока в домике...

— И пропустить все веселье? — не скрывая иронии, спросила Кира. — Никто тебе не позволит этого сделать.

— Сначала необходимо переодеться, верно? Мы же не пойдем на открытие Лагеря так? — показав на свои облегающие джинсы и теплую спортивную куртку пальцами, произнесла Мару. — А о блонди не волнуйся. Мы о ней позаботимся. Никому в обиду не дадим, — заверила брюнетка, подмигнув девушке.

— Спасибо, девчонки, тогда до встречи, — попрощавшись, сказала Кати, чмокнув напоследок Алису, закатившую глаза.

Ей было жутко неудобно из-за сложившейся ситуации и из-за того, что девочки должны возиться с ней. В отличие от них. Кажется, им эта затея чертовски понравилась и они сначала потащили блондинку к ее домику, чтобы выбрать ей наряд, а потом пообещали затащить к Мару, которая умела красить до неузнаваемости. Оказывать сопротивление было бесполезно, о чем Алиса поняла в первые несколько секунд — пришлось подчиниться.

***

Перед тем, как направиться в Яму, Катарина забежала в домик переодеться в заранее приготовленный комбинезон. Благо, комната была пустой и девушка смогла привести себя в порядок за считанные минуты, проверяя удобство и отсутствие скованности в движениях. Комбинезон был словно второй кожей, повторяя каждый изгиб ее тела. Слишком сексуально, чтобы просто в нем драться, но насколько же удобный, чтобы не отказывать себе в этом.

— Хорошая, чертовка, — одобрительно сказала Кати, рассматривая себя в зеркале.

Уже выходя, она заметила Мару и Киру, ведущих под ручки Алису к домику, но не стала с ними пересекаться, чтобы ни в коем случае не опоздать на резюмирование новых правил. Она должна была быть там вовремя. Должна была все рассмотреть. Пощупать. Потрогать. Вновь пропустить через себя ни с чем не сравнимую гамму чувств, когда она только вступает в клетку охваченная эйфорией.