кᴘᴀсоткᴀ ᴘозэ.

- Да, она так думает, - подтвердила лиса. - Она сама мне об этом сказала.

- Но это неправда, розэ, - настаивала Дженни. - Как ты можешь так думать?

- Дженни, не переживай на этот счет. В этом нет...

- Я знаю, - сказала лиса. - Глупость какая, да? Разве она не красотка, Дженни?

- Супер-красотка.

- Видишь, розэ. Ты супер-красотка.

Я вздохнула.

- Спасибо, девчонки. - Время сменить тему. - Эм, а как вы домой попадете? Я не смогу вас отвезти, если юнги заедет за мной через десять минут. Ваши родители вам заберут?

- О нет, - сказала Дженни.. - Мы никуда не идем.

- Что?

- Мы будем здесь, когда ты вернешься со своего свидания, - сообщила мне лиса. - Затем мы устроим девичник по поводу первого свидания розэ, где будут рассказаны все его подробности.

- Ага, - подтвердила Дженни.

Я раскрыла рот.

- Вы серьезно?

- Мы выглядим так, будто шутим?

- Но что вы будете тут делать, пока меня не будет? Вы же со скуки умрете.

- У тебя есть телевизор, - напомнила мне Дженни.

- И это все, что нам нужно, - сказала лиса. - Мы уже позвонили твоему папе. У тебя нет выбора.

В дверь позвонили, и не успела я что-то возразить, как мои подруги практически столкнули меня вниз по лестнице. Как только мы оказались в гостиной, они принялись поправлять мою юбку и воротничок рубашки, пытаясь увеличить масштабы, выставленного на показ, декольте.

- Ты отлично проведешь время, - счастливо вздохнула лиса,заправляя прядь волос мне за ухо, - и скоро совершенно забудешь об чонгуке.

У меня свело желудок.

- Шшш... лиса... - пробормотала Дженни, которой лиса рассказала всю историю. Дженни ничего мне об этом не сказала, за что я была премного благодарна. Мне просто хотелось держать свои мысли как можно дальше от чонгука.

Я не разговаривала с ним с того утра, как уехала из его дома. Хотя он и пытался пару раз поговорить со мной после английского. Я просто избегала его, начиная разговор с Дженни или лисы, или как можно скорее выбегая из класса.

- Боже, прости, - извинилась лиса, прикусив губу. - Я не подумала. - Она прочистила горло и почесала затылок, взъерошив свои короткие волосы.

- Повеселись хорошенько! - воскликнула Дженни разбивая своими словами неуклюжую паузу. - Но, знаешь, не переборщи. Ты можешь перестать нравиться моим родителям, если мне придется вытаскивать тебя из тюрьмы.

Я засмеялась. Только Дженни всегда удавалось с такой легкостью выходить из неприятных ситуаций.

Я посмотрела на лису и заметила огонек страха в ее глазах. Ей хотелось, чтобы я забыла об чонгуке, но она волновалась. Волновалась о том, что я снова оставлю ее позади, о том, что юнги заменит ее.

Но ей нечего было бояться. Мои отношения с юнги совершенно отличалось от отношений с чонгуком. Я больше ни от чего не убегала. По крайней мере, не от реальности. Не от моих друзей. Ни от чего.

Я улыбнулась, чтобы подбодрить ее.

- Иди, иди! - сказала Дженни.

- Ага, не заставляй парня ждать, - согласилась лиса, улыбаясь мне.

Они подтолкнули меня вперед и, хихикая и перешептываясь, исчезли наверху.

- Дурочки, - пробормотала я, качая головой и проглатывая нервный смешок. Сделала глубокий вдох и открыла дверь. - Привет, юнги.

Он стоял на моем крыльце, выглядя также мило, как и всегда в своем синем пиджаке и бежевых брюках. Он был похож на Кеннеди. Со стрижкой горшочком. Он одарил меня своей мальчишеской улыбкой, показывающей все его ровные зубы.

- Привет, - сказал он, поворачиваясь ко мне. - Извини. Я решил подождать, услышав хихиканье.

- Ох, - я глянула себе через плечо. - Да. Извини за это.

- Вау. Ты такая красивая, розэ.

- Нет, это не так, - ответила я пристыжено. Ни один парень, за исключением моего отца, никогда мне этого не говорил.

- Конечно это так. С чего бы я врал?

- Не знаю. - О мой Бог, я такая зануда. Почему я не могу просто принять комплимент? Что, если я спугну его еще до того, как начнется наше свидание? Это будет просто ужасно. Я прочистила горло и постаралась выглядеть так, будто внутри не лупила себя за глупость по щекам.

- Ты готова идти? - спросил юнги.

- Да.

Я вышла наружу и захлопнула за собой дверь. Юнги взял меня за руку и провел к своему серебристому Таурусу. Он даже открыл мне дверь, как парни делают в старых фильмах. Очень элегантно. И я не могла не подумать, снова: почему он заинтересован во мне? Он воткнул ключ в зажигание и улыбнулся мне. Его улыбка, однозначно, была его лучшей чертой. Поэтому я улыбнулась ему в ответ, чувствуя крохотных бабочек у себя в животе.

- Надеюсь, ты голодна, - сказал он.

- Просто умираю с голоду, - соврала я, прекрасно зная, что я слишком сильно нервничаю, чтобы есть.

***

К тому времени, как мы вышли из Джиованни, маленького итальянского ресторанчика в Оак Хилл, я чувствовала себя намного удобнее. Моя нервозность начала меня покидать, и я даже умудрилась съесть тарелочку спагетти без мяса. Мы смеялись и разговаривали, и я настолько наслаждалась этим, что не хотела, чтобы это свидание кончалось, когда юнги заплатил по счету. К счастью для меня, он тоже этого не хотел.

- Знаешь, - сказал он, когда колокольчик на двери прозвенел позади нас. - Сейчас только девять тридцать. Мне необязательно пока отвозить тебя домой... если, конечно, ты этого не хочешь.

- Нет, - ответила я. - Я не тороплюсь домой. Но что ты хочешь делать?

- Ну, мы можем прогуляться, - предложил юнги. Он указал на тротуар, идущий параллельно оживленной улице. - Это не очень весело, но мы можем поглазеть на витрины или поговорить, или...

Я улыбнулась ему.

- Прогулка звучит замечательно.

- Отлично.

Он переплел свои пальцы с моими, и мы двинулись вперед по хорошо освещенному тротуару. Мы прошли мимо пары магазинов, прежде чем заговорить. Слава Богу, он первым открыл рот, потому что, хоть я и не нервничала больше, я не имела понятия, что говорить, чтобы не казаться последней дурой.

- Ну, раз ты уже знаешь мою ситуацию с университетом, я хочу знать о твоей. Ты уже подала куда-нибудь документы? - спросил он.

- Да. В пару университетов, но я еще не выбрала, в какой пойду. До сих пор откладываю с этим.

- Ты знаешь, что будешь изучать?

- Скорее всего, журналистику. Хотя, не знаю. Мне всегда хотелось быть репортером "New York Times". Поэтому я подала документы в университеты на Манхэттоне.

- "Большое Яблоко", - сказал он, кивая. - Амбициозно.

- Ага, увидишь, я закончу, как та девчонка из "Дьявол носит Прада", - сказала я. - Полной неудачницей, работающей в глупом журнале мод, тогда как все, что я буду желать, - писать о том, что происходит в мире или брать интервью у революционного конгрессмена... которым станешь ты.

Он расплылся в улыбке.

- О, ты не будешь полной неудачницей.

- Ага, ладно, - засмеялась я. - Ты можешь себе представить меня, пишущей о моде? Об индустрии, где четвертые размеры считают толстыми? Ни за что. Я закончу самоубийством.

- Что-то мне подсказывает, что ты будешь хороша в том, что бы ни выбрала.

- Что-то мне подсказывает, что ты немного подлизываешься, юнги.

Он пожал плечами.

- Может совсем чуть-чуть. Ты замечательная, розэ. Ты говоришь все, как оно есть, не боишься быть собой, и ты демократ. На мой взгляд, все это точно делает тебя замечательной.

Окей, ну, я покраснела. Можете меня винить?

- Спасибо, юнги.

- Совершенно не за что меня благодарить.

Ух ты. Он точно идеален. Мил, вежлив, умеет пошутить... и, по какой-то непонятной причине, я ему нравлюсь. Складывается впечатление, что мы просто созданы друг для друга. Будто он тот самый кусочек пазла, который подходит к моему. Может мне привалить еще больше удачи?

По улице гулял холодный мартовский ветер, и я начала раскаиваться в том, что позволила лисн и Дженни себя одеть. Наряжаясь, они никогда особо не обращали внимания на погоду. Мои голые ноги заледенели (мне не позволили надеть колготки), и тонкий материал кофточки точно не помогал против ветра. Я поежилась и обвила себя руками, стараясь хоть немного согреться.