Глава тридцатая

«Мне больно, но зная, что с тобой — больно будет только за тебя.»

Последующие два дня были невыносимыми. От того случая прошло четыре дня. Совсем скоро мой девятнадцатый день рождения. Родители при каждом звонке и смс твердят о том, чтобы я приехала к ним после экзамена. На подготовку расстрачивается почти всё время, но я не могу сосредоточиться.

Все мысли о Чане.

Врачи говорят, что кома продолжается. Неизвестно, что будет с Чаном. Надежду давали, но совсем малую. Время от времени кажется, что в больнице делают меньше, чем могут. Хотя говорят обратное.

И вновь перечитывая абзац из текста, я не вникаю в смысл. Слова кажутся незначимыми вещами, а суть написанного даже не доходит до меня.

Отложив тетрадь по экономике в сторону, открываю телефон и захожу в мессенджер. Сообщений много, и от разных людей.

Смс от Феликса, в котором он предлагает погулять после университета. И вот надо же, он со мной в одном универе учится!

Другое от куратора, отправленное в общий чат с моими одногруппниками. Небольшой информационный пост об экзамене.

Парочка сообщений от мамы. Вот только мне совсем неинтересно прочитывать её смс. Опять спросит о том, почему редко отвечаю ей.

А причину говорить не стану. Отвечаю на звонки, и этого вполне достаточно. В таком состоянии я редко пишу кому-то.

Проигнорировав сообщение ото всех, кроме куратора, я перелистнула немного вниз чаты с контактами.

Крис...

Недолго думая, вышла из приложения и позвонила врачу. Восемь вечера, звонки они ещё принимают.

— Здравствуйте, это Ли Сонхи. Звоню по поводу Бан Кристофера.

— Здравствуйте, — ответила молодая девушка. — Секунду, сейчас проверю, есть ли Вы в списке знакомых пациента. Так, Бан Кристофер Чан, — небольшая пауза. — Вижу Вас. Что интересует?

— Я могу поговорить с врачом?

— Подождите, — двухминутная пауза. — Переключаю Вас на звонок с врачом Миссис Пак.

Минута ожидания. Затем короткие гудки, и я слышу голос главврача.

— Здравствуйте, Ли Сонхи. — Поздоровалась она.

— Добрый вечер, Миссис Пак. Извините, что отвлекаю, но я звоню насчёт Кристофера. Скажите, пожалуйста, как он?

— Состояние стало лучше. Наши препараты помогли ему, пациент поправляется. Точно не скажу, но есть небольшая вероятность, что он может очнуться в ближайшую неделю. К сожалению, шансы маловаты, но доля вероятности имеется. Но также присутствует возможность того, что мужчина не сможет продолжать жить. Сейчас многое зависит от него, посмотрим, как будет дальше.

— ... Хорошо, спасибо. Всего доброго. — Я положила трубку, переваривая всю ту информацию, что мне сказали.

И всё же я искренне надеюсь на его выздоровление. Он сможет, я верю...

***

Пятница. Осталось всего пару дней до моего дня рождения. В детстве этот праздник казался самым лучшим. Самым тёплым и нужным. Даже Новый год не радовал так сильно, как день рождения.

Ох уж эта суета... Предвкушение нового дня с подарками, поцелуями от мамы и папы. Раньше любила этот день из-за того, что родители могли уделять мне больше внимания и времени, чем обычно.

Мои родители всегда были занятыми людьми. А день моего рождения — единственное, что позволяло им отложить большинство своих дел, чтобы обрадовать меня.

Но сейчас, когда вырастаешь и смотришь на мир по-другому, — день рождения не кажется таким ярким днём. Как и все остальные праздничные события.

Словно нет того желания, настроения. А как только появляется улыбка на лице — другим бы лишь осудить тебя. Мол, «Чего такая радостная?»

Без разницы, что у тебя происходит в жизни. Делай, мечтай, старайся, развивайся. Тебя в любом случае осудят и начнут пихать своё глупое мнение, свою позицию. Людям не угодишь.

Делаешь что-то, — обществу не нравится.Не делаешь ничего, — обществу не нравится.

Но разве не главное — счастье самого человека?

Это ведь такое обширное понятие! Счастье разное, и у всех своё. Для какого-то счастье — поехать и отдохнуть от всего. Для какого-то счастье — успех. А у кого-то — человек.

И своим счастьем я смело могу назвать Чана. Это тот человек, с которым в глыбе льда нехолодно. Тот, кто дарит улыбку. Тот, кто по-настоящему поймёт. Не осудит, подумает о ситуации.

Доброе у него сердце.

И по этой причине, я понимаю, почему Хёнэ влюбилась в него.

Я люблю Чана, и даже если он не будет со мной, а с другой девушкой — я поймаю счастье за него, буду рада. Крис действительно хороший человек, и он заслуживает любви. И пусть рядом с ним будет другая девушка — я останусь счастлива, если буду знать, что он тоже.

Из моих мыслей меня достала Агнесс.

— Сонхи, ты сейчас весь обед просидишь, глядя в одну точку! — Плюхнувшись на диванчик, воскликнула подруга. — О чём думаешь?

— Обо всём, — вдумчиво ответила я.

Девица наклонилась к своей сумке, достала оттуда тетрадь по экономике. Пролистнула пару страниц, остановившись на какой-то теме. И став тихо шептать слова, она отвлекалась на телефон, взрывающийся от входящих смс.

— Ладно, фиг с этой экономикой, — пробубнив себе под нос, Агнесс глянула на меня. — Слышала, что девчонку с пятого курса — Хёнэ, забрали в полицию?

Кивнув головой, я безжизненно уставилась на студентов, переходящих по коридору. На эту тему я не хотела говорить. Учитывая то, что меня чуть не упомянули в новостях.

Я ведь всё-таки сидела на коленях возле туши Криса. Рыдала, боясь потерять его.

— Так вот, это разлетелось вообще по всему универу! Сенсация, короче! Шин хотела застрелить владельца бассейна, когда тот защищал какую-то девушку. Что сказать, уважение ему!

Отсидев несколько пар, я направилась к выходу из университета. Меня догнала Бона, окликнув меня:

— Сонхи, ты чего так торопишься-то? Идёшь как лошадь! Быстрее бы шла ещё — так я бы и откинулась прямиком в коридоре! — Глотая воздух, жаловалась Мун.

— Я хочу домой, поэтому... Поэтому быстро вышла из аудитории. Извини, что даже пока не сказала.

— Ладно. Вместо прощения пойдём на ночёвку!

Теперь я должна отказать подруге. Сегодня я ни в коем случае не хочу принимать гостей. Хочу залечься спать, не более.

Но зная свою подругу, она вряд ли отступит.

— Не в этот раз, Бон.

— Сонхи, мне всё равно, хочешь ты или нет. Просто мне очень нужно поговорить с тобой. Это серьёзно. — Вдруг помрачнела Мун. — Сомневаюсь, что после разговора тебе будет легко одной, поэтому я буду с тобой. Нужно пойти к Хёнджину, он тоже хочет с тобой поговорить.

                                     И вот я сижу перед своими друзьями. Они выглядят максимально сосредоточенно, в то время как я ничего не соображаю.

Что за серьёзный разговор?

Только не говорите, что это насчёт Криса...

— Сонхи, мы понимаем, будет тяжело, но... это касается тебя. — Начал Хван. — Сегодня мы с Боной заглянули в сеульскую больницу к Чану. Оказывается, там была полиция, и она у врачей настойчиво просила показать список знакомых у Бана. То есть тот список, в котором состоим я и Бона, ты, Чанбин, Дженни и Джисон. Также родня Чана. Полиция узнала нас и попросила о том, чтобы ты как можно скорее появилась в участке.

А здесь я уже давно отключилась. В голове эхом звучат слова друга, и я физически не могу их принять. Зачем я понадобилась в полиции? Да и судя по тому, с каким настроением говорил это Хёнджин — это что-то нехорошее. Значит, ситуация безусловно тяжелая...

И за что всё это?

Почему я сейчас не в объятиях Чана, где плевать абсолютно на всё, кроме него самого?

— Если кратко, то тебе стоит поехать в участок. Лучше всего прямо в этот момент. Информация вряд ли лёгкая, но мы будем рядом.

— Мне собираться выходить? — однотонно поинтересовалась я.

— Если готова морально, то да. — Ответил Хван.

                                          ***

Зайдя в полицейский участок, мы втроём стали проходить к вахте, за которой восседал сотрудник полиции. Мужчина попивал кофе, а заметив нас, отложил чашку и уставился в небольшое окошко.

— Вам помочь? — вопрошал он.

— Доброй ночи, сэр. Мы к испектору Кан.

Кивнув, мужчина позвал другого работника. Быстро рассказал, что нужно сделать и направил его с нами в длинный коридор.

Парень дошёл с нами до железной двери. Постучался. Нам открыл молодой мужчина, а затем показал глазами своему коллеге и двум моим друзьям, что им стоит покинуть место.

Сев за крутящееся кресло, инспектор пригласил меня сесть напротив.

— Ли Сонхи? — бросив на меня взгляд, спросил он.

— Верно, — подметила я. — Вы хотели меня видеть, чем могу быть полезна?

Закатив рукава, Кан откинулся всем своим подкаченным телом на серое кресло. Он внимательно меня рассматривал.

На деле, мне стало слегка дискомфортно. Что происходит прямо сейчас?

— Вы же понимаете, что Ваше присутствие здесь необходимо, — начал он. — Знакомы с Шин Хёнэ?

Я усмехнулась.

— Знакома.

— В таком случае, внимание на экран.

Мужчина указал рукой на небольшой современный телевизор. На нём включилась какая-то запись.

Было темно, разглядеть мало что можно. Но голос Хёнэ я узнавала из тысячи. Голос, от которого не по себе.

— Как ты, Сонхи? Нравится мужское внимание? Нравится отбивать чужих мужчин? — Её глаза сквозь тьму сверкали и были наполнены сущим безумием. — Ты же знаешь, что даже после моей смерти я буду преследовать тебя? Превращу твою жизнь в Ад и сожгу тебя с лица Земли. Даже не прикасаясь, сломаю тебя. Мы ведь обе знаем, что я хотела выстрелить в твою тушу, а не в его. А как же получилось? Чан в больнице, на грани от того, чтобы не покинуть этот мир. А ты счастливая на свободе, так? — И вдруг она замолчала.

Смотря на экран с большим удивлением, я продолжила просмотр, не отрываясь от него.

— Не думай, что после моей смерти ты заполучишь всего Кристофера. Он сломает тебя, ты морально не готова на отношения с ним. Желаю Адского Рая, Ли.

А затем послышался звук. Такой неприятный...

Хёнэ на камеру покончила с собой.

Запись закончилась. Кан, ни капли не стесняясь, пялил на меня. Вздохнув, он приблизился к моему лицу через стол. Нависая своим большим телом, он прошептал:

— Шин угробила свою жизнь. А последние слова были про Вас, милая. Что думаете, почему я позвал Вас?

Раскрыв глаза от шока, я смотрела в глаза напротив и читала в них насмешливость, но в то же время сожаление. Он вернулся в исходное положение и задал вопрос:

— Какого Вам сейчас?

И этот чёртов коп словно издевался надо мной!

— Я в растерянности, инспектор Кан. Странное чувство, быть честной. Слов нет, чтобы описать это безумие.

— Вы испытываете чувство вины?

— Сомневаюсь, — проговорила я. — Чувства перемешаны. Может, и испытываю чувство вины. Ведь если бы она в меня выстрельнула, — мой любимый человек не находился бы на данный момент в больнице.

— Я помню, когда Вы приходили ко мне пару дней назад. И знаете, очень жаль, что ранее не было написано на эту девушку заявление. Конечно, я знаю, что та угрожала, но поверьте, так было бы лучше для всех. Не пострадал бы ни единый человек.

                                            ***

Лежу и смотрю в стену. Я в квартире Хвана. За стенкой спит Хёнджин, а рядом со мной спит Бона. Мун переживала за меня, поэтому пришла спать вместе со мной, оставив Хёна одного.

Спать не хочется, совсем. В голове пролетают мысли о том самом дне, когда Чан пообещал не оставлять меня никогда.

И сдержит ли он его?

Вся голова забита Чаном. Слова врачей, его состояние... Почему не я сейчас на его месте? Крис хотел меня спасти, у него получилось. Вот только моё сердце ноет из-за его поступка.

Как бы хотелось вернуться в наш первый день знакомства. Неловкость, стыд. Как он доставал меня из бассейна...

На моём лице появилась улыбка.

Знаете, не стоит проживать жизнь с тем человеком, от которого улыбка появляется только из-за воспоминаний. Стоить прожить жизнь с тем человеком, который вас заулыбает, а вы этого даже не заметите. И ведь каждый момент с любимым человеком будет дороже любых богатств. Даже если вы будете бедны, не имея ни единого цента, вы будете богаты, потому что с вами есть ценность всей вселенной.

Утро было не из лёгких. Суббота. Выходной день. Позади была бессонная ночь, а впереди новый  день.

Я разбудила Мун, осведомив её о том, что покидаю квартиру. Из дома Хёнджина я прямиком направилась в больницу, вызвав такси.

Через минут двадцать с чем-то, я оказываюсь в большом белом помещении. Вокруг суетились люди, бегая из кабинета в кабинет. Врачи повсюду, маленькие дети.

Подхожу к небольшому окошку, за которым сидит сотрудница данного здания. Она спрашивает, по какой причине я здесь, а затем проверяет меня в списке знакомых.

Согласно кивнув, она одобрила мой визит к врачу. Я добралась до кабинета Миссис Пак и стала стучать в дверцу. Послышалось от неё: «Минуточку!»

— Здравствуйте, Сонхи. — Прикрывая вход в рабочий кабинет, говорит врач.

— Здравствуйте, Миссис Пак. Могу заглянуть к Кристоферу? — наконец-то я задала этот вопрос. Прошло шесть дней, а я с того момента ни разу не смогла зайти к нему. Таковы уж правила больницы.

— Можете. Только, пожалуйста, долго не задерживайтесь. Скоро будет процедура, очень необходима она.

Качнув головой, я направилась в сторону палаты.

И вот эта дверь, — за который лежит раненый, но до боли любимый мне человек. Приоткрываю осторожно белоснежную дверцу, проходя внутрь помещения.

Кристофер...

Подойдя к нему ближе, молча стала рассматривать Бана. Капельница, запущенная в него, маска на нос, чтобы тот мог дышать. Пустила слезу и стала тихо нашептывать:

— Знал бы ты, как сильно мне нужен. Как нужно мне посмотреть в твои бесконечные глаза, отражающие самые невероятные чувства на Земле. Как нужно обнять тебя, почувствовать твоё тепло. Взять тебя за руку и пройтись по снежному парку... Знаю, что ты меня не любишь, но я всё равно продолжу тихо любить тебя в своём сердце. Ты доказал, что жить — это подарок, но это сущий Ад, когда рядом нет тебя. Когда я не вижу твою сияющую улыбку, дарющую хоть какое-то желание продолжать вкалывать. Я боюсь за будущее, особенно, если тебя там не будет. — Еле договариваю в слезах, держа родного человека за руку.

— Ты знаешь, Ли Сонхи, как важна для меня? — послышался хриплый голос Чана. — Как важно видеть тебя каждый день, каждый час, каждую секунду. Можешь смело продолжать любить меня, но не тихо в своем сердце, ведь я очарован тобой. Любовь проникает в меня через каждый момент с тобой. Твои глаза, — как счастье в центре вселенной. Я люблю тебя до бесконечности, Сонхи.

Глаза наполняются новой волной слёз. Радость зашкаливает. Происходящее, — наверное, единственное, во что сейчас нужно меня убедить. Не верю...

— Чан, ты... смог, — воодушевленно глядя на Криса, говорю я.

Мужчина медленно приподнимает свою руку и подставляет ладонь к моей щеке, большим пальцем убирая слёзы. Он улыбается и смотрит мне прямо в глаза, как и раньше.