Семейный ужин

Пабло смотрел на Элизабет, сжавшуюся на пассажирском сиденье. Ее пальцы нервно перебирали бахрому сумочки, а губы беззвучно шептали что-то, похожее на молитву. Он замечал, как дрожат ее ресницы и как побледнела кожа. Волнение Элизабет перед ужином с его родителями было почти осязаемым, вибрируя в воздухе, как электрический разряд.

— Милая, — мягко произнес он, накрывая ее дрожащую руку своей теплой ладонью. — Посмотри на меня.

Элизабет подняла на него глаза, полные тревоги.

— Что, если им не понравлюсь? — прошептала она, ее голос едва слышен. — Что, если я скажу что-то не так? Что, если…

— Тшш, — Пабло нежно провел большим пальцем по ее щеке, стирая невидимую слезинку. — Перестань. Мои родители будут в восторге. Ты замечательная, умная, красивая… Они просто не могут тебя не полюбить.

— Но… — начала было Элизабет, но Пабло прервал ее.

— Никаких «но», — твердо сказал он, но в его голосе звучала нежность. — Ты слишком много думаешь. Просто будь собой. А если вдруг они поведут себя как-то… не так, то я сам лично их съем. Прямо там, за обеденным столом. Сначала Аврору, потом маму, а затем папу. Вместе с фарфоровыми тарелками и серебряными вилками.

Он произнес это с такой серьезностью, что Элизабет невольно рассмеялась.

— Ты ужасен, — прошептала она.

— Зато твой, — подмигнул Пабло. — И, честно говоря, я сейчас сам сдохну от беспокойства за тебя. Так что давай уже покончим с этим ужином. Чем быстрее мы туда доберемся, тем быстрее вернемся домой. И ты наконец покажешь мне свое новое белье. Согласна?

Блондинка кивнула, и легкая улыбка коснулась ее губ.

— Согласна, — прошептала она.

Пабло наклонился и нежно поцеловал ее.

— Вот и умница, — прошептал он, заглядывая ей в глаза. — А теперь вперед. Постарайся не упасть на пороге — он высокий.

— Ты прямо успокаиваешь.

— Стараюсь изо всех сил, — усмехнулся Пабло, глуша машину. — Просто поверь мне: все будет хорошо. Худшее, что может случиться — тебе не понравится мамин фирменный пирог с кроликом. Но это маловероятно. Он божественный.

Элизабет снова нервно хихикнула, теребя бахрому сумочки.

— Пошли? — спросил парень.

— Пошли, — выдохнула Элизабет, наконец решившись.

Гави улыбнулся, довольный тем, что ему удалось хоть немного развеять ее тревогу. Он вышел из машины, открыл ей дверь и галантно подал руку. Девушка приняла ее, и вместе они подошли к дому.

— Уютно, — заметила Элизабет, разглядывая аккуратный двухэтажный домик с цветущим садом.

— Это мой дом, — с гордостью произнес Пабло. — Точнее, дом моих родителей. Но я здесь вырос, так что… почти мой.

Не успел он договорить, как дверь распахнулась, и на пороге появилась женщина с улыбкой, тянущейся до ушей.

— Паблито, сынок! — воскликнула она, бросаясь к нему в объятия. — Как я рада тебя видеть!

Затем ее взгляд упал на блондинку, и улыбка стала еще шире.

— А это, должно быть, твоя девушка! — произнесла она, заключая Элизабет в крепкие объятия, от чего та чуть не задохнулась. — Совсем тощая! Тебя не кормят, что ли?

Элизабет невольно напряглась от такого бурного приветствия. Она поджала губы и бросила быстрый взгляд на Пабло.

— Мам, успокойся, — сказал он, мягко высвобождая Элизабет из объятий матери. — Не души ее.

— Что ты, что ты! — засмеялась женщина, отступая на шаг. — Просто я переживаю. У тебя с годами вкус на девушек совсем не меняется: все кожа да кости. Красотки, конечно! — добавила она, окидывая Элизабет оценивающим взглядом. — Только вот теперь блондиночка. А раньше были все брюнетки. Впрочем, это неважно. Главное, чтобы человек был хороший. Проходите, проходите! Ужин уже почти готов.

Девушка бросила на Пабло выразительный взгляд, в котором читалось немое: «Она это серьезно?». Пабло в ответ лишь аккуратно сжал ее талию и прошептал на ухо:

— Не обращай внимания. Она всегда такая.

Они прошли в дом, и Элизабет с любопытством разглядывала интерьер. Уютная гостиная, семейные фотографии на стенах, аромат чего-то вкусного, доносящийся из кухни… Напряжение начинало понемногу отпускать.

Из другой комнаты вышел мужчина, внешне очень похожий на Пабло, только чуть старше и солиднее. Он с интересом посмотрел на парочку.

— А, вот и вы! — произнес он добродушным голосом. — Это та самая Элизабет?

— Та самая, — подтвердила сеньора Гавира, хлопоча у стола.

— Очень приятно, — протянула Элизабет руку мужчине, стараясь улыбнуться как можно естественнее. — Можно просто Лиз.

— Отлично, Лиз, — ответил отец Гави, пожимая ей руку. — Добро пожаловать в нашу скромную обитель. Мы много о тебе наслышаны.

Элизабет снова бросила взгляд на Пабло, на этот раз с легким укором. Значит, он рассказывал? Пабло лишь провел рукой по лицу и сел за стол.

— Да, Аврора часто говорила о тебе, точнее, злилась на то, что она не в курсе происходящего, — пояснила женщина.

— Я больше не собираюсь посвящать Рору в свои отношения, — закатил глаза Пабло.

Блондинка почувствовала, как к горлу подкатил комок. Она начала нервно кусать губы. Сестра Пабло обсуждала её с родителями? Это звучало как-то… ужасно. В голове зароились неприятные мысли.

— Кого ты не собираешься посвящать в свои отношения? — воскликнула Аврора, фигура которой резко появилась на кухне.

Парень вновь закатил глаза.

— Тебя, — усмехнулся он. — Ты где была? Я уже думал, что ты не придёшь.

— Нет уж, братик. Просто разговаривала по телефону с Джави, — произнесла она, рассматривая Элизабет. — Рада, что ты хоть раз в жизни послушался.

— А что с Джави? Он не в Барселоне?

— Он в Севилье. Аните нужны были крепкие руки, чтобы помочь с переездом. — Аврора села напротив Элизабет, заглядывая ей в глаза. — Приятно познакомиться, Элизабет.

Блондинка поджала губы и коротко кивнула. Аврора вновь бросила на неё оценивающий взгляд и повернулась к брату:

— Ты будешь как-то комментировать свое поведение?

— О чем ты? — равнодушно спросил Пабло.

— О том, что ты меня игнорируешь? — подняла брови девушка.

— Я тебя не игнорирую, — вздохнул Пабло, словно разговаривал с капризным ребенком. — Просто у меня своя жизнь. Конец сезона, так-то.

— А я разве не часть твоей жизни? — возмутилась Аврора, театрально прижав руку к груди.

— Конечно, часть, — устало ответил парень. — Но это не значит, что я должен посвящать тебя во все детали своей личной жизни.

— Но я же твоя сестра! — воскликнула Аврора.

— Ты и без меня все вынюхала, — ответил Гави.

— Пожалуйста, прекратите! — вмешалась сеньора Гавира.

Но они уже одновременно воскликнули:

— И не подумаю!

— И не подумаю!

Женщина прикрыла лицо рукой, тяжело вздыхая. Дети такие дети.

— Конечно, мне приходится все вынюхивать, раз ты мне ничего не рассказываешь, — вздернула подбородок Аврора.

— Мне не нравится, когда ты лезешь в мою личную жизнь.

— То есть целовать её перед тысячами людей на трибунах тебе нравится!? С каких пор ты перестал скрываться от СМИ, мой дорогой? — усмехнулась девушка.

— С тех самых пор, как понял, что это бесполезно, — ответил Пабло.

— А ты, Элизабет, вроде как журналистка? Почему не можешь уладить этот вопрос?!

Блондинка сидела в полном оцепенении, прикусив щеку и не понимая, как реагировать на этот внезапно разгоревшийся семейный конфликт. Слова Авроры прозвучали как гром среди ясного неба. Идея о том, что её, журналистку, рассматривают как человека, способного «уладить вопрос» со СМИ, казалась ей абсурдной и унизительной. Особенно учитывая тот факт, что она сама страдала от жёлтой прессы.

— Я… — протянула она, но не смогла выдавить из себя ни слова. В голове царил полный хаос.

Аврора, заметив её замешательство, ехидно улыбнулась.

— Что такое, Элизабет? — спросила она, прищурив глаза. — Кошка язык отняла? Почему ты такая молчаливая?

— Потому что ты её напугала своими дурацкими вопросами! — вмешался Гави, бросив на сестру гневный взгляд. — Нельзя быть хоть немного тактичнее?

— Тактичнее? — фыркнула Аврора. — С чего бы это? Я просто хочу понять, кто эта девушка, которая вскружила голову моему драгоценному братику. И, честно говоря, пока что я не впечатлена.

Элизабет сжала кулаки под столом. Терпение начинало лопаться. Она хотела встать и уйти, но понимала, что это будет выглядеть как бегство. Поэтому она сделала глубокий вдох, стараясь успокоиться. Пабло положил руку на её колено, аккуратно сжимая. Она посмотрела в его глаза, в которых ясно читалось: «Все будет хорошо».

— Насколько мне известно, журналисты обычно более... цепкие, знаешь ли. Ты совсем не похожа на такую. Как ты попала на работу в Барселону? — продолжила Аврора.

— Рора, прекрати сейчас же, — сквозь зубы произнёс Гави.

— Все в порядке, Пабло, — сказала Элизабет, мягко улыбаясь и проводя пальцами по его руке. — Честно говоря, это случайность. Я работала моделью и, сама того не зная, попала на съёмку с футболистами. Я понравилась фанатам и моему нынешнему начальству, а потом всё закрутилось и завертелось. И вот я здесь.

Вроде бы ответила нормально. Однако взгляд парня говорил об обратном. Он буквально кричал о том, что всё ужасно. И глаза не врали.

— Случайность? — усмехнулась Аврора. — А может тебе кое-кто помог устроиться туда? Например, парень, который сидит рядом с тобой?

Элизабет в недоумении приподняла бровь. Что она имеет в виду?

— Я серьёзно говорю, хватит! — продолжал Гави.

— Напомни, пожалуйста, Элизабет, когда вы с Пабло познакомились?

И девушка прекрасно помнила тот роковой октябрь, который повлиял на слишком многое в её жизни.

— В октябре.

— Да? Ты уверена?

— Ну, мы практически не общались тогда, — пояснила блондинка. — Что-то романтическое между нами началось лишь в начале февраля, а встречаемся мы ещё меньше.

Аврора хмыкнула.

— И летом вы вообще никак не пересекались? — приподняла брови она.

— Рора, она тебе уже ответила, отстань! — вмешался Гави. — Я знаю, к чему ты клонишь!

— Зато я нет, — неловко усмехнулась Элизабет.

— Видишь ли, моя дорогая сестричка намекает на то, что мы с тобой начали встречаться ещё летом, когда я всё ещё «встречался» со своей бывшей, — он показал пальцами кавычки и взглянул на Аврору. — Хотя это сложно было назвать отношениями. И нет, я никогда не изменял Аните. Я в курсе, что вы подружки, поэтому передай ей, что она может придумывать любые причины нашего расставания — правды это не изменит.

Блондинка нахмурилась, пытаясь уложить в голове новую информацию. Бывшая Пабло — подруга его сестры? Измена? Интересно.

— Не надо мне тут... — начала было Аврора, но её перебила сеньора Гавира.

— Дети! — воскликнула она, поднимая руки. — Хватит! У нас гостья, а вы устраиваете тут допрос! Элизабет, милая, не обращай на них внимания. Расскажи лучше о себе. Я слышала, ты не испанка?

Блондинка благодарно улыбнулась женщине за возможность сменить тему.

— Да, я американка, — ответила она. — В Барселону переехала этим летом.

— Вот как! — сеньор Гавира оживился. — И как тебе наш город?

— Мне очень нравится Барселона, — улыбнулась Элизабет. — Я безумно полюбила этот город ещё несколько лет назад. И люди здесь очень приветливые, — она бросила короткий взгляд на Аврору, которая в ответ лишь хмыкнула. — По крайней мере, большинство из них.

— Ну, не все же могут быть идеальными, — подмигнула ей сеньора Гавира, и блондинка невольно улыбнулась в ответ. Казалось, хотя бы с матерью Пабло у нее есть шанс наладить контакт.

— А как тебе работа в Барсе? — спросила Аврора.

— Сначала было достаточно трудно освоиться, но мне повезло, что я сразу нашла друзей, — ответила она. — Сейчас все вообще замечательно. Я люблю это место.

— Друзей? — Аврора приподняла бровь. — Среди футболистов?

Элизабет почувствовала, как внутри снова поднимается волна раздражения. Неужели эта девушка не может просто оставить ее в покое?

— Да, — коротко ответила она. — Среди футболистов. А что такого?

— Ну, просто… — протянула Аврора, многозначительно глядя на Пабло. — Обычно журналисты и футболисты не очень-то дружат. Скорее, используют друг друга.

— Аврора, — снова вмешалась сеньора Гавира. — Не будь грубой.

— Мам, я просто говорю правду, — возразила девушка. — Элизабет сама сказала, что попала в клуб случайно. А теперь вдруг у нее там куча друзей. Не находишь это странным?

Блондинка сжала зубы. Она уже жалела, что не сбежала в тот момент, когда сестра Пабло позвонила ему.

— Нет, не нахожу, — спокойно ответила Элизабет. — Я работаю с этими людьми каждый день. Мы проводим вместе много времени, так что неудивительно, что у нас сложились дружеские отношения.

— И с кем же именно ты подружилась? — Аврора продолжала сверлить ее взглядом. — С Пабло? Или, может быть, с Педри?

Гави нервно усмехнулся.

— Ну, сложно сказать, что у нас с Пабло дружеские отношения, — мягко улыбнулась блондинка. — Но да, я общаюсь с многими. Например, с Фермином и его девушкой.

— С Бертой? — Аврора выгнула бровь. — Как мило. И что же вы делаете вместе, обсуждаете последние сплетни о футболистах?

Элизабет сделала глубокий вдох, пытаясь сохранить самообладание.

— Мы общаемся как обычные люди, — ответила она, стараясь, чтобы ее голос звучал ровно. — Переписываемся, иногда ужинаем вместе… Ничего особенного.

— Конечно, — протянула Аврора с ехидной улыбкой. — Просто обычные дружеские посиделки с известными футболистами. Скажи, Элизабет, тебя вообще не волнует, что пишут о Пабло в СМИ? Его постоянная популярность и внимание фанатов…

— Дочь! — голос женщины прозвучал уже гораздо резче. — Я просила тебя быть вежливой!

— Мам, я просто задаю вопросы! — вновь возразила Аврора, не отводя взгляда от блондинки. — Мне интересно, насколько хорошо эта девушка знает моего брата. Элизабет, ответь, пожалуйста, на мой вопрос. Тебя не смущает, что Пабло большую часть своей жизни проводит на футбольном поле? Что у него практически нет свободного времени? Что его постоянно окружают фанаты и журналисты?

Элизабет посмотрела на Пабло, ища поддержки. Он сжал её руку, словно говоря: «Держись». Она сделала глубокий вдох и ответила:

— Меня это не смущает, — сказала она, глядя прямо в глаза Авроре. — Я знаю, на что иду, и готова поддерживать Пабло во всем — с футболом и без.

Аврора фыркнула, явно не впечатлённая ответом.

— Красивые слова, — произнесла она с сарказмом. — Посмотрим, как долго ты продержишься. Футбол — это не просто игра, это образ жизни. Не каждая девушка способна с этим справиться.

— Возможно, — спокойно ответила Элизабет, пожав плечами. — Но я не «каждая девушка». Я знаю, чего хочу, и уверена в своих чувствах.

— А ты уверена, что Пабло чувствует то же самое? — Аврора прищурилась, скептически глядя на неё. — Он молод, популярен, вокруг него постоянно вьются красивые девушки… Ты не боишься, что он найдет кого-то… более подходящего?

— Рора! — прошипел Гави.

— Если он найдет кого-то «более подходящего», — Элизабет сделала ударение на последних словах. — Это будет его выбор. Я не буду его удерживать. Но пока мы вместе, я буду верить ему и нашим отношениям.

— Слепая вера — это не лучшая стратегия, — протянула Аврора, покачивая головой. — Особенно в отношениях с футболистами. Они известны своей непостоянностью.

— Твои слова меня не задевают, — ответила блондинка, сохраняя спокойствие. — Я не собираюсь строить свои отношения на основе стереотипов и слухов. Я знаю Пабло и доверяю ему.

— Доверяешь? — Аврора усмехнулась. — А ты знаешь, что он скрывал ваши отношения от своей семьи?

Элизабет почувствовала, как её щеки резко загорели. Она сжала руку Пабло, стараясь заставить свой мозг работать быстрее.

— Я знаю, — выдохнула она. — Но сейчас всё изменилось. И, как видишь, я здесь.

— Это потому что я дала ему пинок под зад, — закатила глаза Аврора.

— Нет, Рора, сейчас правда всё по-другому, — сказал Пабло, глядя на сестру с упрёком.

— По-другому? — Аврора фыркнула. — Ты так говорил и про Аниту. А что в итоге?

— Анита — это другое, — нахмурился Пабло. — И ты это прекрасно знаешь.

— Знаю что? — с вызовом посмотрела на брата Аврора. — Что ты врал ей так же, как сейчас врёшь этой…

— Аврора, — устало произнесла сеньора Гавира. — Я прошу тебя, прекрати.

— Нет, мам, — упрямо поджала губы Аврора и снова обратилась к блондинке. — Ты хоть понимаешь, во что ввязываешься? Жизнь с Пабло — это не сказка. Это постоянное давление, публичность, сплетни… его характер. Ты готова к этому?

Элизабет молчала несколько секунд, борясь с подступающей к горлу тошнотой. Она чувствовала, как рука Гави сильнее сжимает её колено.

— Я всё понимаю, — прошептала она, высвобождая свою руку. — Мне нужно… подышать.

Не дожидаясь ответа, Элизабет быстро вышла из кухни. Она прошла через гостиную и вышла на крыльцо. Ночной воздух был прохладным и свежим. Девушка сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Слёзы жгли глаза, но она упрямо моргала, не давая им пролиться. «Успокойся, — твердила она себе. — Ты справишься. Это просто ужин. Просто сестра, которая слишком переживает за брата». Но слова Авроры засели глубоко, цепляясь за самые слабые места и разжигая сомнения, которые она так старательно пыталась подавить. Элизабет обняла себя руками, пытаясь согреться и прийти в себя. Ночной город шумел, живя своей жизнью, и на фоне этого шума собственные мысли казались особенно громкими и назойливыми.

— Извини, если переборщила, — послышался голос сзади. Девушка развернулась и увидела перед собой Аврору.

Элизабет усмехнулась.

— Это мягко сказано. Худшего знакомства с семьёй парня не придумаешь.

— Брось, — хмыкнула Гавира. — Если бы я хотела тебе навредить, то рассказала бы родителям про тебя и Педри. Но если я тебя обидела, то извини.

Элизабет прикрыла глаза.

— Не нужно извинений, — сказала она. — Я понимаю, что ты оберегаешь своего брата.

— Возможно, — ответила Аврора, пожав плечами и подходя ближе к Элизабет. — Но дело не только в этом.

Элизабет вопросительно посмотрела на девушку, ожидая продолжения. Аврора замолчала, глядя на огни ночного города. Наконец, она произнесла:

— Знаешь, — начала она. — У меня было такое чувство, будто ты… думаешь, что я ревную Пабло к другим девушкам. Как будто я пытаюсь тебя от него отвадить.

Элизабет невольно улыбнулась, обхватив себя руками чуть крепче.

— Разве нет? — переспросила она. — Твой допрос выглядел именно так. Трудно было подумать иначе.

Аврора рассмеялась, откинув голову назад.

— Нет, конечно, — сказала она, качая головой. — Просто… ты так рьяно защищаешь свои отношения. Это хорошо, но выглядит так, будто ты боишься, что кто-то попытается их разрушить. И в этом ты права — желающих будет много.

— Знаю, — кивнула Элизабет.

— Я это вижу, — Аврора мягко улыбнулась. — Просто… я хотела убедиться, что у него серьёзные намерения. Что он не играет с тобой. Можно сказать, это была проверка для вас обоих.

Элизабет подняла брови, удивлённая таким поворотом.

— Проверка? — переспросила она недоверчиво, глядя на Аврору.

— Да, — кивнула Аврора. — У Пабло сложный характер. Очень. Ему нужна девушка, которая сможет выдержать всё это: футбол, фанатки, жёлтая пресса, постоянные разъезды…и мой допрос, разумеется, — добавила она с лёгкой самоиронией. — А ещё он порой ведёт себя как придурок. Поэтому я и хотела проверить, насколько у него серьёзные намерения. И да, он никогда не вступался за девушку так, как за тебя сегодня.

— Пабло и не заставляет меня усомниться в этом, — ответила Элизабет.

— Это хорошо, — улыбнулась Аврора. — Просто раньше он был немного... другим.

Элизабет приподняла бровь.

— Он общался и с другими девушками, но Анита всегда останется для него главной бывшей, — продолжила Гавира. — Все-таки первая любовь, если ты понимаешь, о чём я. Пабло не всегда поступал с ней хорошо. И в конце концов он её бросил этим летом, и, честно говоря, Анита тяжело переживала расставание.

— Что ты говорила про измену? — спросила блондинка, не в силах избавиться от мучивших её мыслей.

Аврора вздохнула.

— Мы подозреваем, что он мог ей изменять.

— Подозреваете? — Элизабет почувствовала, как холодок пробежал по спине. — Но вы не уверены?

Аврора покачала головой.

— Нет. Анита никогда не говорила об этом прямо. Но… были знаки. Звонки посреди ночи, которые он сбрасывал. Странные сообщения. Его постоянные отлучки… Мы с Анитой очень близки, и я видела, как она меняется. Она стала замкнутой, нервной. Постоянно плакала. Я пыталась поговорить с Пабло, но он всё отрицал. Говорил, что мы всё выдумываем. Но я уверена, что что-то было не так.

Элизабет молчала, переваривая услышанное. Сомнения, которые она так старательно пыталась подавить, вновь поднялись с новой силой. А что, если Аврора права? Что, если её парень действительно изменял своей бывшей?

— Я понимаю, что это неприятно слышать, — Аврора нарушила молчание. — Но я должна была тебе это рассказать. Я не хочу, чтобы ты повторила ошибки Аниты. Я хочу, чтобы мой брат был счастлив, но ты должна знать правду. Всю правду.

Элизабет сделала глубокий вдох.

— Спасибо, что рассказала мне, — сказала она, глядя прямо в глаза Авроре. — Я… ценю это.

— Не за что, — улыбнулась девушка. — Я рада, что мы поговорили. Надеюсь, теперь у нас будет меньше недопониманий.

— Надеюсь, — ответила Элизабет.

— Я пойду в дом, — тихо произнесла она, разворачиваясь и направляясь к входной двери. Мысли роились в голове, не давая покоя. Разговор с Авророй, задуманным как способ наладить отношения, обернулся чем-то совершенно иным. Теперь ей нужно было поговорить с Пабло и выяснить всю правду. Неужели он действительно способен на измену? Этот вопрос, как заноза, засел в её сердце.

— Элизабет! — окликнула Аврора.

Девушка обернулась. Аврора стояла на крыльце, освещённая мягким светом из дома, и улыбалась. В её глазах больше не было враждебности — только теплота и, возможно, даже сочувствие.

— Добро пожаловать в семью, — искренне произнесла Аврора.

Элизабет слабо улыбнулась в ответ, чувствуя, как к горлу подступает ком. Она кивнула на прощание и вошла в дом. Разговор с Пабло был неизбежен.

***

Дверь кофейни, расположенной напротив спортивного городка, жалобно звякнула, впуская Педри. Он вошёл, сутулясь от усталости, словно старик, а не молодой футболист после тренировки. Парень глубоко вдохнул, закрывая на мгновение глаза. Мышцы ныли, протестуя против нагрузки, а в голове шумела пустота, жаждущая молчания и покоя домашнего дивана. Но ещё сильнее, чем желание поскорее оказаться дома, пульсировала почти физическая потребность в кофе. В горячем, крепком, ароматном кофе, который смог бы прогнать туман усталости и вернуть к жизни заторможенные мысли.

Он прошёл к стойке, шаркая ногами по деревянному полу. С каждой секундой запах кофе становился всё более соблазнительным, будоража усталое тело предвкушением скорого удовольствия. Педри поднял взгляд на бариста — молодую девушку с яркой улыбкой — и пробормотал своё желание, даже не заглядывая в меню. Сейчас ему не нужны были сложные кофейные композиции с экзотическими названиями. Только чистый, неразбавленный вкус, способный разбудить его изнутри.

В ожидании заказа он опустился на ближайший стул, тяжело вздохнув. Тело продолжало ныть, напоминая о прошедшей тренировке. Несмотря на то что он официально выбыл до конца сезона, брюнет продолжал старательно работать над собой, желая как можно скорее вернуться в строй.

— Я уже тебе сказала, чтобы ты отстал от меня! — послышался громкий голос неподалёку, хотя в нём отчётливо читалось отчаяние.

Гонсалес повернул голову в сторону звука и заметил знакомую рыжую макушку. Бернардита вся дрожала, а её лицо было практически полностью красным от слёз. Парень рядом с ней крепко держал девушку за руку, сжимая запястье, а сам выглядел весьма неухоженно.

— Барни, да перест...

— Прекрати меня так называть! — взвыла Бернардита.

— Барни, да перестань ломаться, — процедил сквозь зубы парень, грубо дергая девушку за руку.

— Я не хочу с тобой никуда идти! Я сказала, чтобы ты оставил меня в покое! — отчаянно пыталась вырваться Бернардита, но хватка мужчины лишь усиливалась.

Педри почувствовал, как в нём закипает кровь. Он не мог просто сидеть и наблюдать за этой сценой. Поднявшись со стула, он решительно направился к паре.

— Эй, — окликнул он парня, стараясь сделать голос спокойным и уверенным. — Отпусти её.

Тот резко обернулся, сверляя Гонсалеса неприязненным взглядом. Его лицо, покрытое щетиной, покраснело, а глаза мутные и воспалённые выдавали явное алкогольное опьянение. От него разило перегаром.

— А это ещё кто такой? — прохрипел он с трудом произнося слова. — Твой хахаль что ли?

Бернардита, воспользовавшись моментом, резко дернула рукой и вырвалась из хватки парня. Она тут же спряталась за спину Педри, словно ища защиты.

— Может и да, — холодно ответил футболист, загораживая девушку собой. — Я сказал, отпусти её. И уходи.

— Барни, мы не дого...

— Тебе сказали, чтобы ты убирался прочь, — сквозь зубы прошипел Педри.

— Да как ты смеешь вообще...

К счастью, на шум подоспел охранник кофейни. Крепкий мужчина в черной форме быстро оценил ситуацию.

— В чем дело? — строго спросил он, обращаясь к пьяному мужчине.

— Да этот… — начал было тот, тыча пальцем в Гонсалеса, но охранник перебил его.

— Мне все равно, — сказал он твердым голосом. — Молодая леди попросила вас уйти. Вы не будете выполнять ее просьбу?

Парень, понимая, что силы не равны, буркнул что-то нечленораздельное, бросил злобный взгляд на Педри и Бернардиту и, пошатываясь, направился к выходу. Охранник проследил за ним до двери, убедившись, что тот действительно покинул кофейню.

— С вами все в порядке? — обратился он к парню и девушке, возвращаясь к ним.

— Да, спасибо, — кивнул Педри.

Бернардита все еще дрожала, пытаясь справиться с рыданиями. Брюнет аккуратно взял её за руку и подвел к ближайшему столику.

— Садись, — мягко сказал он, усаживая девушку на стул. — Сейчас всё хорошо. Он ушёл.

Бернардита уткнулась лицом в ладони, её плечи тряслись от слез. Гонсалес присел рядом, поглаживая её по спине.

— Хочешь рассказать, что случилось? — тихо спросил Педри, продолжая успокаивающе поглаживать Бернардиту.

Девушка подняла на него заплаканное лицо. Её рыжие волосы растрепались, тушь размазалась по щекам, оставляя тёмные следы. Она шмыгнула носом и, всхлипывая, начала рассказывать:

— Это… это мой старший брат, — с трудом произнесла она. — Он… он наркоман. И алкоголик. И… — Бернардита запнулась, не в силах продолжить.

Педри молча слушал, сжимая её руку в своей.

— Он… он постоянно влипает в неприятности, — продолжила Бернардита, вытирая слёзы тыльной стороной ладони. — В долги влезает, вещи из дома продаёт… А потом приходит ко мне, просит денег. А если я не даю, то… то он начинает угрожать.

— Боже, — прошептал брюнет, чувствуя, как в груди что-то сжимается.

— Мне так стыдно, что ты видел его рядом со мной, — Бернардита закрыла лицо руками. — В таком… в таком состоянии.

— Эй, — Педри мягко убрал её руки от лица. — Всё в порядке. Ты не виновата, что у тебя такой брат, — он посмотрел ей прямо в глаза. — Ты ни в чём не виновата.

Бернардита благодарно взглянула на него, её глаза немного прояснились. Она снова шмыгнула носом, слабо улыбнулась и прижалась к парню. Он крепко обнял её, позволяя девушке положить голову к себе на грудь.

— Он считает, что раз я работаю в футбольном клубе, то у меня много денег, — продолжила она. — Но это не так! Я всё ещё учусь в университете, а это всего лишь стажировка, на которую я попала только благодаря тому, что училась с утра до ночи. Он… он не понимает, что я не могу ему помочь, — голос Бернардиты дрожал, дыхание стало частым и прерывистым. Она сильнее прижалась к Педри, словно ища в его объятиях защиту от всего мира. — Говорит, что я обязана ему помогать, потому что мы семья. Но я… я больше не могу. Я боюсь его.

Брюнет почувствовал, как её тело мелко дрожит. Он ещё крепче обнял Бернардиту, стараясь передать ей своё тепло и поддержку. Учащённое дыхание девушки обжигало кожу на его шее, и он невольно задумался о том, сколько раз ей приходилось переживать подобные ситуации. Бедная девушка...

— Тише, тише, — шептал он, гладя её по волосам. — Всё хорошо. Ты в безопасности.

— Спасибо тебе, — прошептала Бернардита, её голос немного успокоился. — Спасибо, что заступился.

— Я не мог иначе. Если вдруг такое произойдёт ещё раз, — сказал Педри, отстраняясь немного, чтобы заглянуть ей в глаза. — Обязательно обратись ко мне за помощью. Слышишь? Не важно, где я буду, я приеду.

Бернардита кивнула, её глаза блестели от слёз.

— И… если тебе понадобятся деньги… — Педри немного замялся, не зная, как лучше сформулировать свою мысль. — Тоже обращайся. Не стесняйся.

Девушка снова кивнула, с благодарностью глядя на него. Её дыхание постепенно становилось ровнее, и Педри почувствовал облегчение. Он не знал, что ещё сказать, чтобы полностью успокоить девушку, но слова сейчас казались лишними. Инстинктивно он наклонился и оставил аккуратный, почти невесомый поцелуй на её губах. Бернардита замерла на мгновение, а затем прижалась к его груди ещё сильнее; её сердце забилось чаще.

Рядом с ним было так… спокойно. Буря эмоций, бушевавшая внутри всего несколько минут назад, постепенно утихала, сменяясь чувством безопасности и странного, незнакомого ей ранее умиротворения. Казалось, что сильные руки Педри способны защитить её от любых бед, а его присутствие само по себе излучало тепло и покой. Впервые за долгое время Бернардита почувствовала себя защищённой.

От Автора:tg: spvinsattitiktok: spvinsatti