Глава 38. Нова

Двадцать восьмое марта- Давай начистоту, - хмыкаю я, откидывая пару прядей с плеча, чтобы казаться увереннее, - Ты пишешь про мужчин, которые любят женщин до предела. Но ты сама когда-нибудь боялась быть любимой так, как ты пишешь? Или ты не ждешь ничего подобного в реальной жизни?- Оо, это хороший вопрос, - расплывается в улыбке Элиза Форд, - наверное, я верю в то, что мужчина действительно может любить тебя так, когда ты для него "та самая". Вернее, я и сама не согласна на меньшее. Речь ведь всегда идет о базовом минимуме, который точечно раскрывается благодаря характерам героев.Я киваю, делая вид, что понимаю каждое ее слово, хотя внутри меня что-то болезненно сжимается.- Иногда ты действительно теряешься в своих чувствах, и неважно - они написаны кем-то другим или происходят с тобой в реальной жизни, - продолжает девушка. - Потому что иногда ты просто... не привыкла к такому отношению к себе. К такой нежности. Заботе. И ты пугаешься этого. Такие мужчины - убийственны. В итоге самые страшные мужчины в моей жизни были не те, кто кричал. А те, кто смотрел на меня так, будто я - уже их дом. Даже когда я сама в это не верила. Даже когда отталкивала их.- То есть, - капаю я глубже, как будто одна из моих самых любимых писательниц может дать мне ответы на все мои реальные вопросы, - Когда ты создаешь героя - ты пишешь то, что хочешь получить от мужчины... или то, что уже не ждешь? В смысле, где проходит эта грань между фантазией и болью, которая прячется в диалогах?- Мои первые романы были обо мне, - через короткую паузу продолжает Форд, слегка касаясь своего микрофона. - Первая книга уж точно. Там были все мои травмы, желания, страхи... да и мое исцеление, если уж быть совсем честной. Потом были истории моих друзей и знакомых - то, как я видела их судьбы, их боль, подгоняла под них персонажей. Да, изначально все началось с меня. Мне хотелось выговориться. Принять все происходящее в моей жизни. Но так делают не все авторы, и я тоже со временем ушла от этого.- Потому что это что-то личное?- Потому что это временное исцеление. - Пожимает плечами брюнетка. - Ты можешь сколько угодно говорить об этом. Писать. Проживать через других людей. Но если ты продолжишь жить в этом без каких-либо изменений внутри себя, следовать одному сценарию, ничто не облегчит твою боль и...Дальше я уже не слушаю. Не могу. Ком подступает к горлу, и я чувствую, как каждое ее слово будто ударяет по тем местам, куда я стараюсь не заглядывать. Мысли в миллиардный раз улетают за пределы комнаты. Да что там комнаты... за пределы галактики. Прямо к планете Ночь.Давай же, Нова - закатываю сама на себя я глаза - это же Элиза Форд! Ты готова умереть за ее романы!Но я все равно ничего не слышу. Не понимаю. Вижу, как девушка что-то рассказывает, я машинально киваю, но... это все слишком больно. И эта боль не проходит.Я стремительно, но верно разрушаю свою жизнь, отталкивая от себя всех. Особенно его. Человека, которого я люблю. Джордана Найта.Он делает все, чтобы я чувствовала себя в безопасности. Все, чтобы я знала - меня не предадут, что меня выбирают снова и снова. Его руки всегда там, где мне становится легче дышать. Его голос - тот самый якорь, который вытаскивает меня из собственной паники. Его взгляд... в нем нет сомнений. Только уверенность в том, что я - его выбор. Каждый день. Каждую секунду.Но мой страх... он сильнее всего этого. Сильнее даже его. Каким бы надежным ни был Джордан, внутри меня всегда живет шепот: это не навсегда. Я ищу тысячу оправданий тому, почему он уйдет. Почему все это временно. Почему любовь, которую он мне показывает, обязательно закончится.Как я могу поверить в то, что меня выбирает человек, которого я знаю всего полгода, когда даже собственный отец ни разу не сделал этого? Как поверить, если Морган - человек, который семь лет подряд клялся в любви - так и не доказал ее ничем, кроме слов?Я знаю, что Джордан и Морган - не один и тот же человек. Знаю, что сравнивать их глупо. Но я не могу иначе. Эта боль и этот страх во мне уже слишком глубоки.И теперь, когда между нами начинает зарождаться что-то настоящее, я боюсь еще сильнее. Потому что если он оставит меня позже - через год, через десять лет - эта боль уничтожит меня полностью. Она прожжет меня до костей.Поэтому я думаю только об одном: остановить это сейчас. Не дать ему зайти слишком глубоко. Не позволить себе привязаться так, чтобы падение стало смертельным.Потому что последнее, чего я хочу - чтобы пострадал Джордан. Как бы сильно я ни хотела быть с ним, единственная мысль, которая не дает мне покоя - его жизнь была бы куда лучше без меня.Ему бы не приходилось терпеть меня, мое прошлое, которое теперь разбивает не только мое сердце, но, возможно, и его. Ему бы не пришлось заботиться о ком-то, кто всегда казался временным в его жизни - читать вместе со мной любовные романы, которые он терпеть не может; принимать меня в своем доме, когда я вмешиваюсь в совместные ужины с его семьей; ему бы не нужно было иметь дело с моей семьей, лишь бы я не портила ему настроение своими переживаниями.Потому что на деле - мой страх всегда был отражением того, как больно мне было.И все же я не могу отделаться от этого чувства, что теряю единственного человека, которого действительно люблю. Того, с кем хочу что-то настоящее. И это все - моя вина.Хуже всего то, что я знала, что так будет. Я знала, что эта боль найдет меня. Что страх снова окажется сильнее всего. Но я все равно позволила себе влюбиться в него. Как я могла не сделать этого? Он был рядом, когда не должен был. Ломал мои стены, когда должен был возводить свои собственные. Заботился обо мне в мелочах, уважал меня, не пытался исправить. Он принимал меня - каждую мою трещину, каждую мою рану, даже те, которые я прятала глубже всего.Но может быть, Морган был прав? Может, это было просто необходимо. Удобно. Сейчас, когда Джордан в безопасности от обмена - ему больше не нужно принимать меня такой, какая я есть. А это... это всегда заканчивается плохо.Мой страх сильнее, чем что бы то ни было. Потому что меня слишком рано научили: тебя не выбирают. Даже когда должны. Даже когда ты родная кровь.Отец ушел от матери и оставил меня на нянек, как будто я была чем-то лишним в его жизни. Когда он физически все же находился рядом, он говорил только одно - что я недостаточно хороша. Никогда не его гордость. Никогда не его выбор. И что бы я ни делала - всегда было мало.А потом был Морган. Семь лет. Семь гребаных лет я ждала кольца, а получила только список требований, что во мне нужно изменить, если я хочу остаться рядом. Семь лет ожиданий, что однажды я буду чьим-то приоритетом. Но оказалось - я просто проект, который можно переделать.И теперь я боюсь, что Джордан однажды сделает то же самое. Не сейчас. Может, через год. Может, через десять. Но в какой-то момент он посмотрит на меня так же, как отец. Так же, как Морган. И скажет, что я слишком. Или недостаточна. Что я не та, кого можно выбрать до конца.И именно поэтому мой страх весомее всего остального. Весомее его заботы. Весомее его любви. Весомее даже того, как сильно я хочу быть с ним. Потому что этот страх - это мой первый опыт выбора. Точнее - его отсутствия. Когда тебя не выбирает человек, который обязан был сделать это первым. Когда ты учишься с детства, что какой бы ты ни была - этого всегда мало. Ты не чей-то приоритет, как бы ни пыталась исправиться.И от этого мне хочется рыдать до боли в груди. Потому что Джордан делает все, чтобы доказать обратное. А я все равно не могу в это поверить.- Можно задать тебе еще один вопрос? - возможно, я даже перебиваю Элизу, когда морально возвращаюсь к ней в конце интервью. - В большинстве любовных романов всегда есть третий акт - где главные герои, чаще всего, расстаются друг с другом из-за каких-то своих проблем, но... может быть, ты писала или сама проживала нечто подобное, где в конце... не было хеппи-энда?Что-то во взгляде Форд меняется - ее уверенность слегка блекнет, сменяясь на тень сожаления.- Да, - осторожно кивает она. - Иногда такое действительно случается, но, - девушка делает глубокий вдох и слишком пристально вглядывается в меня, - такие истории не стоят внимания. Да, они часть твоей жизни, с ними ты тоже проживаешь эмоции и чувства. Но со временем ты понимаешь: если история закончилась так, значит, она не твоя. Она может быть частью твоего опыта, но не твоей ценностью.Форд делает глубокий вдох, будто решается добавить то, что на самом деле не относится ни к ней, ни к этому интервью, а ко мне - ее взгляд цепляет мой и держит слишком крепко.- Потому что настоящая история - это та, в которой у тебя внутри рождается вопрос: а что, если попробовать еще раз? а что, если ты еще можешь все исправить? Вот это - признак того, что она твоя. Это уже не просто переживание, это выбор. И единственное, что тебе остается - решиться на него.Но я снова не делаю этого. Не решаюсь. Просто не могу. Ни когда благодарю Элизу за интервью. Ни когда в гримерке едва сдерживаю слезы. Ни когда оказываюсь в собственной пустой и холодной квартире.Именно так сейчас выглядит и ощущается моя жизнь без человека, которого я люблю. Человека, которого я хочу видеть всегда в своей жизни. Человека, который заставляет мое сердце колотиться как бешеное, когда в вечерней и одинокой тишине моей квартиры раздается стук в дверь, и мне не нужно на этот раз гадать, кто это может быть.Потому что я знаю, кто там.Тот, кто сейчас разобьет мне сердце, потому что уйдет.