Глава 17.

За чашкой кофе Алекс посвятил меня и Кристину в тонкости получения страховки. Оказалось, что все не так просто, и страховая до последнего будет сражаться за каждый рубль, но его адвокаты смогут все уладить. Ни у меня, ни у Кристи не оставалось сомнений, что все будет так, как сказал Алекс, ведь он всегда получал то, что хотел.

— Нам крупно повезло, что экспертиза не обнаружила факта поджога. Иначе страшно представить, какие проблемы нас бы ждали, — сказала Кристина, после того, как Алекс уехал к себе в офис— Кристи, а меня, напротив, это насторожило, — призналась я, — понимаешь, это никак не могла быть проводка. Тут могут быть только два варианта: ошибка экспертизы или Алекс нас обманул. Он вполне мог «купить» подобное заключение, чтобы мы избежали расследования. Но если это так, то почему он не сказал мне?— Может, не хотел тебя тревожить?— Как? Утаивая, что мою квартиру умышленно сожгли? Повезло еще, что я забрала из дома пистолет.— Да, вот только мне как-то не по себе, что у нас в галерее хранится оружие, — поежилась подруга.— Во всяком случае, мы сможем за себя постоять, если что-то случится, — потирая глаза, я уселась на диванчик рядом с Кристиной, — сейчас больше всего волнует Александр. Он же не знает, кто мог устроить поджог, а, значит, если заключение экспертизы его рук дело, должен был поговорить со мной.— Думаешь, он может быть как-то причастен к поджогу?— Что?! Нет! Никогда! Он любит меня и не поступил бы так! — вспылила я и вскочила с дивана, начиная прохаживаться по залу.— Да, прости, — виновато сказала Кристи и подошла ко мне. Обнимая за плечи, она повела меня обратно и усадила рядом, — он действительно любит тебя, это видно. Просто я вспомнила, как поступил Дима, и испугалась, что история повторяется.— Не сравнивай Алекса с Димой! Никогда! Мой Алекс так не поступит! — прокричала я и оттолкнула от подругу.— Прости, Ян. Ты права, прости, пожалуйста.

Кристина снова постаралась меня обнять, но я этого не позволила. После всего, что сделал для нас Серебрянский, такие подозрения были оскорбительны. Я не сомневалась, даже если он что-то скрывал, то точно не во вред мне.

— Яночка, я не хотела тебя обидеть. Я просто люблю тебя и очень переживаю, — Кристи взяла мою руку и крепко сжала, — может быть, он не рассказал тебе ничего, потому что в галерее говорить о таких вещах не стоит. Дома вы все обсудите и проясните. И тебе стоит сказать ему правду.— Стоит, — вздохнула я и улыбнулась подруге, — я все ему расскажу, как только он откажет Абрамову.

Я решила, что Кристина права, и Алекс просто не захотел обсуждать такую деликатную тему в галерее. Тем не менее, вечером мой возлюбленный так ничего и не сказал. Когда я снова поблагодарила Алекса за помощь со страховкой, он сказал, что для меня сделает все, что угодно и попросил больше не касаться темы пожара.

— Ян, у тебя и так дел по горло, зачем забивать свою головку проблемами, которые уже решены, — усаживая меня к себе на колени, сказал Алекс.— Но...— Никаких «но», — перебил Серебрянский, нагло забираясь мне под юбку, — лучше отблагодари меня за помощь.— Как? — выдохнула я, чувствуя, как мой возлюбленный отодвинул в сторону кружево трусиков, начиная медленно водить пальцем по моей чувствительной зоне.— Хочу слышать твои стоны...

Он убрал руку, но тут же поднял меня вверх, как пушинку. Я ожидала, что Алекс понесет меня в спальню, но вместо этого он усадил на стол в гостиной. Не церемонясь, мой любовник широко развел мои ноги и, устроившись между ними, стал медленно расстегивать свой ремень, наблюдая за тем, как я ерзаю от возбуждения. Он не стал снимать одежду ни с меня, ни с себя, легко провел кончиками пальцев по кромке моих чулок и сдвинул в сторону кружево, что нам мешало. Грубо целуя, Алекс резко входил, заставляя меня пошло стонать, забывая обо всем на свете.

Долгие годы я боялась своих желаний. Сначала, будучи молоденькой девочкой, мечтала подарить себя тому, кого буду искренне любить, но время шло, а принца не было. Я познакомилась с Димой, когда мне было двадцать. Он был другом моей сестры и, как и Рита, старше меня. Сейчас я понимаю, что это не была любовь ни с моей, ни уже тем более с его стороны. Тем не менее, тогда я думала, что у нас все серьезно, и решила быть с ним во всех смыслах. У нас так ничего и не было, я попала в руки тех садистов, и мой парень сыграл в этом свою роль.

После моего чудесного спасения, было противно даже допускать мысль о близости с мужчиной. Каждый раз, когда кто-то оказывал знаки внимания, меня передергивало от отвращения, а в памяти всплывали картины прошлого. Иногда по ночам я чувствовала физическую потребность в мужчине, но преодолеть свои страхи не получалось. Все изменил Алекс, он показал, что такое страсть, научил чувствовать и отдаваться без остатка. Рядом с ним даже мое уродливое тело не казалось таким безобразным, а я ощущала себя любимой и желанной.

Этой ночью Алекс уснул почти сразу, а вот я, напротив, долго не могла сомкнуть глаз, размышляя о своей жизни и любви, которая все изменила. Никогда я не смогу по достоинству отблагодарить Серебрянского за то, что он для меня сделал. Даже то, что он обманывал с экспертизой, не давало мне права быть на него в обиде.

Следующие дни пролетели, как в тумане. Подготовка к вернисажу шла полным ходом. Юрий Михайлович приехал в фотогалерею и помогал в составлении экспозиции. Алина, Лена, Кристи, Ваня и даже Павлик под его чутким руководством развешивали фотографии. Все это время я сидела за книгами или бегала с диктофоном за Ростом, чтобы подготовить информационную часть. Только к позднему вечеру все было готово.

У Алекса тоже было много дел. Сегодня, как и вчера, он задерживался в офисе и собирался за мной заехать, как освободится. Серебрянский планировал быть в галерее, когда мы закончим развеску, но смог приехать гораздо позже. Ребята разошлись по домам, а Павлик героически ждал со мной шефа. Мой умученный мужчина добрался к нам лишь к полуночи и сразу отпустил Пашу домой, договорившись, что тот заедет за нами утром. Как только охранник нас оставил, Алекс тут же притянул меня и стал целовать. Но это не был обычный поцелуй, я чувствовала какое-то отчаяние, словно таким образом Алекс хотел забыться.

— Алекс, милый, что случилось? — встревожилась я.— Дурной день, не больше, — улыбнулся он и легко поцеловал в щеку — можем ехать домой?— Можем, но давай пройдемся по залам, если ты не сильно устал? Мне бы хотелось, чтобы ты был первым, кто увидит нашу выставку.— Хорошо, — улыбнулся он и взял меня за руку.

Мы отправились на экскурсию по выставке, где я успешно исполняла роль гида, рассказывая Алексу про каждую работу.

— А как ты познакомился с Юрием Ростом? Он вроде как не вписывается в твою тусовку? — поинтересовалась я.— Нас связывает другое, — вздохнул Алекс, и повел меня к диванчику, где усадил себе на колени, — пару лет назад, когда дела «Озон Рекордс» активно пошли в гору, ко мне обратился Юрий Михайлович с предложением вступить в попечительский совет фонда «Созидание».— Созидание? — переспросила я.— Это благотворительный фонд, который объединяет сразу несколько организаций. Мы оказываем помощь детским домам, приютам, больницам, домам ребенка. Поддерживаем малообеспеченные и многодетные семьи, семьи с усыновленными детьми или где малышей воспитывают дедушки и бабушки. Именно поэтому, Ян, я не боюсь брать в семью неродного ребенка. Я собственными глазами видел, как расцветают малыши, оставшиеся без родителей, но попавшие в новую семью.— Ты потрясающий, — прошептала я, смахивая с ресничек слезинку.— Чего ты? — удивился Алекс, замечая, что я заплакала.— Все в порядке, — улыбнулась я и встала с его колен, — пойдем домой?

По хитрым глазам своего мужчины я поняла, что он что-то замышляет. Алекс поднялся с дивана, но лишь за тем, чтобы схватить меня за руку и потянуть на себя. Быстрым движением он расстегнул молнию на платье и в следующее мгновение сорвал его с меня. Я попыталась оттолкнуть Алекса, соображая той частью мозга, которая еще работала, что не стоит заниматься подобным на работе. Однако мои жалкие попытки вызвали лишь усмешку любовника.

— Можешь вырываться сколько угодно. Я не отпущу тебя, потому что ты хочешь этого не меньше, чем я...

Я снова попыталась оттолкнуть Алекса, но, развернувшись, чтобы сбежать, опять оказалась в ловушке. Мужчина резко расстегнул мой лифчик и небрежно кинул его на пол. Решив не допускать больше таких ошибок, я попятилась назад, пока спиной не почувствовала прохладную стену. Алекс довольно ухмыльнулся. Он прижал меня своим телом и качнул бедрами, давая почувствовать свое возбуждение. Я капитулировала, сдаваясь на милость победителю.

— Хочу, чтобы ты осталась в чулках, — прошептал он, расстегивая одной рукой свою рубашку, а второй удерживая мои запястья, словно я могу сбежать.— Сделаю все, что скажешь... Все...

Довольный таким ответом Серебрянский, отпустил мои руки и стал медленно, не разрывая нашего зрительного контакта, раздеваться. После он подошел ко мне, но не поцеловал, как я того ждала, а стал спускаться губами от ключиц к животу, пока не коснулся края трусиков, которые стянул зубами.

— Иди туда, — он кивнул на стойку для фотографий, — сядь на стол и разведи ноги. Хочу видеть, как ты для меня готова.

Еще пару месяцев назад я бы сочла это унизительным, отвесила Алексу пощечину, не разговаривала, а, может, даже сбежала... Сейчас же в точности выполнила указания своего мужчины. Полностью открытая для него, я наблюдала, как он медленно раздевался, бесстыже рассматривая меня. Это не было похоже на случившееся со мной четыре года назад. С Алексом я была уверена, что желанна. Его взгляд был наполнен любовью, и мне нравилось, как он смотрит.

Мой любовник не торопился. Он нежно оглаживал грудь, живот, бедра, вызывая россыпь мурашек по телу, побуждая выгибаться ему на встречу и молить о близости. Только когда я была на пределе, он резко и полностью вошел в меня, заставляя прокричать на весь зал его имя.

Со стойки слетели фотографии, разложенные Кристиной, какие-то документы, ваза с конфетами, но все было неважно. Меня переполняло желание, но даже этой близости мне было мало! Хотелось большего. Чего-то безрассудного. Алекс стал целовать в шею, но я ловко увернулась и ладонью отстранила от себя мужчину.

— Что случилось? — непонимающе посмотрел он.— Тш... — приложив палец к его губам, я соскочила со стойки и опустилась перед Александром на колени.— Яна, не надо...

Но было поздно возражать. Я хотела почувствовать терпкий вкус своего мужчины и медленно вобрала его в рот. Алекс практически зашипел, а его член сильнее напрягся. Это было так странно и так приятно, дарить наслаждение тому, кого искренне любишь.

— Ты потрясающая. Я люблю тебя, Янка, — прошептал Серебрянский.

Мы не поехали домой, а вместо этого остались в галерее, удобно устроившись на диване. Чтобы не замерзнуть, Алекс укрыл нас своим пальто, и мы уснули.

***

— Это что за черт?! — я сквозь сон услышала крик Кристины, — кто-то влез сюда ночью?! Надо вызвать полицию. Алинка, звони!

С трудом разлепив глаза, я поняла, что на улице уже светло, а мы все еще лежим на диване в первом зале фотогалереи и, судя по всему, будильник Алекса не прозвонил.

— Не надо полиции, это мы! — выкрикнула я, одновременно пихая Серебрянского в бок.— Ян? Что случилось? Ты в порядке? — заволновалась подруга и застучала каблучками по направлению к нам.— Да, только не подходи!— Почему? Что такое?— Мы не одеты, — ответил за меня Алекс, — ты не кинешь нам одежду?— Ах, вот оно что? — рассмеялась Алина, — Кристи, мы не вовремя.— Это кое-что другое тут не вовремя, а у нас сегодня вернисаж! Ваше бесстыдное белье я трогать не буду, — категорично заявила Кристина.— Ну, вообще-то это моя вина. Можно сказать я ее практически заставил, — признался Алекс, прикрывшись пальто собирая с пола нашу одежду,— Да, я заметила следы ярого сопротивления, — засмеялась Кристина, протягивая Алексу мое платье, — мы с Алинкой отвернемся, у вас две минуты.— Повезло, что мы не взяли с собой Илюху. У моего братца слишком богатое воображение, — усмехнулась Алина, когда мы с Алексом, наконец, оделись.— Он — подросток, не исключено, что он уже видел и не такое, — заявил Серебрянский. За что получил подзатыльник от подруги.— Марш домой переодеваться! — шикнула на нас Кристи.

У телефона Алекса сломался аккумулятор, поэтому не прозвенел будильник, и Паша, который ждал нас у дома, не мог дозвониться. Оказавшись в квартире, я первым делом направилась на кухню готовить завтрак, а Серебрянский пошел в душ. Собрав и отправив своего мужчину на работу, я занялась собой. Специально для вернисажа купила шикарный брючный комбинезон темно-синего цвета. Изысканный и в меру экстравагантный наряд идеально подчеркивал достоинства фигуры. Волосы убрала в высокую прическу и надела медальон и серьги, которые подарил Алекс на месяц наших отношений. Обычно я предпочитала простые и удобные вещи, но этим вечером хотела блистать.

Накинув сверху белоснежное пальто, я вошла в лифт, попутно сообщая Павлику, что можно прогревать машину. Двумя этажами ниже в кабину вошел мужчина лет тридцати. Я не обратила на него внимания, пока не убрала телефон в клатч.— Какая сладкая, — промычал незнакомец, — может, познакомимся поближе?

Он нагло распахнул пальто и придавил меня к стенке лифта. От мужчины сильно пахло алкоголем и благодаря тому, что он неровно держался на ногах, я смогла оттолкнуть его. Незнакомец сделал еще одну попытку пристать, но я ударила его клатчем по лицу.

— Сука! — прорычал он и замахнулся, чтобы ударить меня, но двери лифта открылись, и я прошмыгнула в холл.

К моему счастью, прямо около лифта стоял Кирилл Андреевич с кем-то из соседей. Он увидел меня и тут же поспешил навстречу, но тут увидел мужчину и сурово на него посмотрел.

— Ваше посещение в этом доме подошло к концу, — строго сказал швейцар этому типу, — сами уйдете, или позвать охрану?— Старый хрыч! — кинул мужчина, откашлявшись, сплюнул на пол и практически выбежал из дома.— Какой нахал! — возмущенно произнес ему вслед Кирилл Андреевич, — с вами все в порядке, Яночка?— Да, большое вам спасибо! Кто этот человек?— Очередной гость Вероники, — вздохнул пожилой швейцар.— Это таких мужчин водит к себе Ника? — удивилась я.— Да...— Пожалуйста, не говорите об этом инциденте Александру. Боюсь, что он может сильно разозлиться на Веронику. Лучше я поговорю с ней сама.— Хорошо, Яночка, это будет нашим маленьким секретом, — подмигнул мне Кирилл Андреевич, — к сожалению, подобные личности стали частыми гостями в нашем доме в последнее время. Мне, конечно, жаль нашу дорогую Веронику, но боюсь, когда-нибудь это плохо кончится.— Будем надеяться, что ваши опасения не оправдаются, — ответила я и, попрощавшись с мужчиной, направилась в галерею.

***

В фотогалерее все было готово к вернисажу. Экспозиция собрана, залы убраны, шампанское охлаждалось, девочки-официантки занимались закусками. Уже через пару часов соберутся гости и либо нас ждет головокружительный успех, либо болезненный провал...

Заламывая руки от волнения, я прохаживалась по залам галереи, когда ко мне подошел Илья и передал конверт. Первая мысль, что это очередное письмо с угрозами, но я ошибалась.

— От кого это? — недоверчиво спросила я.— Это просил передать Борис, — ответил парень, — ты знаешь, что-то он совсем плохо выглядел.

«Яна, я не заслуживаю твоего прощения. Сам не могу простить себя, что наговорил кучу глупостей, пытался очернить самого светлого человека, которого только встречал. Я поступил как самая настоящая свинья, потерял друзей и остался один.

Я пишу тебе это не для того, чтобы ты жалела меня. Просто хочу, чтобы знала, я действительно раскаиваюсь в своем поступке. Ты счастлива с этим парнем, и я, правда, рад за тебя. Когда мы дружили, я считал, что главное — завоевать твое сердце, но только сейчас понял, что ошибался. Твоя дружба — вот, что было самым главным.

Сегодня у тебя важный день. Надеюсь, все пройдет успешно! Желаю удачи вам с Кристиной! Вы заслужили это.

Не имею права, но все же снова прошу, прости меня. Если когда-нибудь ты все же сможешь это сделать, я докажу, что ты не ошиблась».

Я нисколько не сомневалась, что Борис говорил все это от души. Теперь стало стыдно мне, что я совершенно забыла о человеке, с которым столько дружила, пусть даже мы были в ссоре. Каждый заслуживает второй шанс, если искренне раскаялся.

— Илюш, скажи, где Боря? Он ушел?— Да, передал письмо и ушел, — ответил мальчик.— Ладно, — я потрепала его кудрявые волосы, — иди, готовься, скоро придут гости, а ты у нас встречающий.

Илья был очарователен, как никогда. В черном смокинге, начищенных ботинках и при бабочке он был настоящим джентельменом. По нашей с Кристи задумке, Илюша встречал гостей на входе и раздавал пресс-релизы выставки.

Один за другим собирались гости и пресса. Нас снимало городское телевидение, и даже канал «Культура» готовил репортаж для новостной программы. Конечно, большая часть ВИП гостей были друзьями Юрия Роста, но пришли и приятели Алины, с которыми мы познакомились у нее на вечеринке.

Кристина блистала в шикарном белом платье, выгодно подчеркивающим ее женственность. Истинная хозяйка вернисажа, она распоряжалась всем мероприятием, рассказывая журналистам сценарий вечера.

Юрий Рост расхаживал по галерее, повествуя о каждой сделанной им фотографии, а гости с упоением слушали его увлекательные рассказы. Наблюдая за всем с бокалом шампанского, я с гордостью отметила, что у нас с Кристи и правда все получилось!

Такого успеха я не ожидала. Вечер был в самом разгаре, а гости все еще прибывали. Я умудрилась лично познакомиться с известнейшими деятелями культуры и искусства, о встрече с которыми ранее не могла и мечтать.

Серебрянский приехал после официального открытия выставки. Он подарил нам с Кристи шикарные букеты цветов, а Росту коробку дорогого табака, ведь Юрий Михайлович любит подымить трубкой. Шампанское раскрепостило и немного дало в голову, поэтому я совершенно беззастенчиво высказывала Алексу, как сильно его люблю и как благодарна за все, что он сделал.

— Милая, тебе больше не нужно пить, — усмехнулся он.— Я все прекрасно соображаю, — обиженно надула губки я, — просто нечестно молчать о своих чувствах. Ты должен это знать.— Не сомневаюсь, может, подышим воздухом?— Пойдем.

Я взяла Алекса под руку, и мы направились к выходу, как оба в недоумении замерли. Виктор Абрамов протянул Илье приглашение на вернисаж и смело прошел в мою галерею.

— Ян, что он тут делает? — строго спросил Алекс.— Не знаю... — проговорила я, крепче сжимая руку своего мужчины.