пркиол

Даня действительно пытался. Приносил фрукты, мыл полы, читал Вике сказки хриплым голосом, пока я пряталась на кухне. Но его глаза всё чаще застывали где-то вдали, пальцы нервно барабанили по столу. Обещания растворялись в тишине, как сахар в холодном чае. 

Аня, сияющая в новом пальто от Сереги, забежала за Викой в субботу:  — Покатаемся на катере! У Сереги клип снимают, Вика будет звездой! 

Даня, чинивший кран в ванной, резко выпрямился:  — Катер? С этим… рокером-придурком? 

— Он не придурок, — бросила я, заворачивая дочь в шарф. 

Он швырнул гаечный ключ в раковину, брызги воды попали на зеркало:  — Ты его в постель зовешь, пока я тут пашу?! 

Я фыркнула, укачивая Вику, но он вдруг рванул меня за рукав. Глаза дикие, как у загнанного зверя:  — Я всё вижу! Ты смотришь на его фото! Смеёшься! 

— Это Анина жизнь, а не моя! — вырвалась, прижимая Вику. 

Он зарычал, схватил ремень с гвоздями, висевший как «декор» со времён ремонта. Первый удар пришёлся по спине. Вика заревела. 

— Ты… как он… — задохнулась я, падая на колени. Боль жгла знакомо, по-детски страшно. 

— Я не твой отец! — орал он, замахиваясь снова. — Я люблю тебя! 

Ремень свистел, цепляя шею. Я прикрыла Вику собой, чувствуя, как пряжка рвет кожу. Он вдруг остановился, задыхаясь, и… привязал меня ремнями к батарее. Вика ползала по полу, рыдая. 

— Ты… обещал… — хрипела я, дергаясь против холодного металла. 

— Молчи! — он схватил моё лицо, воняя потом и безумием. — Ты сама виновата! Дразнишь! 

Тогда я засмеялась. Кровавым пузырём на губах. 

— Точь-в-точь… как папа. Он тоже… извинялся после. — плюнула ему в лицо. — Твари… вы все твари… 

Он замер, будто получил удар. Потом медленно поднял ремень, но не ударил. Слёзы капали на мои колени. 

— Я… не хотел… 

— Врешь! — завопила я, рванув наручники из кожи. — Ты хотел власти! Как он! Чтоб я боялась! 

Вика доползла до его ног, схватив за шнурок. Он взглянул на неё и вдруг завыл, как раненый:  — Прости… 

Он распутал ремни дрожащими руками. Я схватила Вику, побежала к двери, но он преградил путь:  — Куда?! Ты не выживешь одна! 

— Лучше умру, чем позволю тебя касаться! — прошипела я, и в его глазах что-то сломалось. 

Он отступил. Я выбежала в ночь, без телефона, в тапочках на босу ногу. Аня открыла дверь в слезах — Серега уже набирал номер полиции. 

Вика учится ходить, цепляясь за диван. Когда она падает, я не бегу поднимать. Пусть учится вставать самой. 

_____________Маленькая глава перед большим концом

Тгк: АНТ3Х1ЙП