Глава 14. Я убью её!

НОЧЬ БЫЛА ТОЧНО ИСПОРЧЕНА. Женя ушла, как ни в чем не бывало, оставив Камиллу в своих раздумьях и догадках. Может, Соня сама попросила рассказать ей об этом? Хотя... Софья предпочла бы это скрыть. Королькова тяжело вздохнула. Ни танцевать, ни знакомиться с кем-то, ни пить алкоголя больше не хотелось. Брюнетка взяла свою сумку и вышла из клуба, чтобы подышать свежим воздухом, а точнее покурить.

Ночной воздух режет легкие, шум остается за дверью, и тишина оказывается хуже музыки. Камилла садится на скамейку, достает сигарету, зажимают между губ и поджигает. Дым окутывает легкие, заставляя их сжиматься, но, по правде, немного стало легче. Брюнетка поднимает голову вверх и прикрывает глаза, выпуская дым. Дверь хлопнула, но это не волновало.

Кто-то садится рядом и чья-то коленка соприкасается с её. Она знала, кто это. Камилла не успевает открыть глаза, как рядом сидящий человек берет её сигарету и затягивается. Королькова медленно открывает глаза и переводит взгляд на неё.

— Знала, что курение вызывает рак легких? — спросила Соня, сама при этом затянувшись.

— Как же мне не знать, если два года назад мне кое-кто говорил об этом каждый день? — усмехнулась девушка.

Соня улыбнулась. Они встретились взглядами и у обеих что-то екнуло в сердце. Низ живота приятно потянулся, а щеки закололи. Камилла улыбнулась и отвела взгляд.

Они передавали сигарету друг другу, пока она не закончилась. Они делали так всегда, когда застукивали кого-то за курением. Девушки сидели в полной тишине, но это молчание было даже комфортным. Слова не имели смысла, но все же вопросы в голове Камиллы душили её.

Софья выбрасывает сигарету в мусорку. Камилла медленно переводит взгляд на девушку.

— Почему?

— Что почему?

— Поступила так со мной? — спокойно спросила она, не дожидаясь ответа. Она заправила прядь волос за ухо.

Соня молчала. Королькова тяжело вздохнула и потянулась к пачке сигарет, чтобы взять еще одну, но вдруг теплая рука опустилась на её. Дыхание перехватило.

— Курение вызывает рак легких, — напомнила Софья. — Не думаю, что переживу, если ты умрешь от рака. — усмехнулась она и, взяв пачку сигарет, она встала в полный рост и зашла в клуб.

Сердце охватил трепет. Королькова посмотрела на только что захлопнувшуюся дверь и слегка приподняла уголки губ. Она усмехнулась.

Эти игры предельно достали, но, может быть, Камилле даже нравилось это. Внутри создавалось ощущение, что Соня все еще не отпустила о ней и жалеет о том глупом споре. Но Королькова сама это начинает навязывать себе. И лучше прекратить сейчас, пока это не переросло во что-то большее...

***

Софья аккуратно взяла девушку за талию и, тихо поругавшись под нос, открыла входную дверь. Дома тихо и темно. Соня, наощупь, направилась к лестнице, таща за собой пьяную Камиллу. Она остановилась напротив лестницы. И как она дотащит её до комнаты? Русоволосая устало потерла виски и подхватила Королькову на руки. Брюнетка усмехнулась и уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но Кульгавая перебила:

— Тише будь.

Камилла тихо рассмеялась и закрыла глаза. Софья вспоминала пятнадцатилетнюю пьяную Камиллу, которая вела себя, как ребенок всегда, когда напивалась.

Кульгавая аккуратно опустила девушку на кровать, сняла с неё каблуки и накрыла одеялом. Камилла перевалилась на бок и мирно засопела. Соня слегка приподняла уголки губ и медленно дотронулась до её щеки, но, слова матери тут же всплыли эхом в голове:

«Если подойдешь к ней, то я убью её!»

Софья прикрыла глаза и быстро убрала руку, словно её ошпарили кипятком. Она открыла глаза и снова расплылась в улыбке. Камилла всегда успокаивала её одним своим присутствием.

— Прости, я не могу относится к тебе по-другому.

Соня вышла из комнаты и направилась вниз, чтобы выпить воды. И когда только Королькова успела так напиться? Она же всегда за ней следила, даже в туалет за ней ходила, но Камилла либо слепая, либо слишком пьяная, ведь ни разу не заметила Соню. Софья усмехнулась и уже потянулась к кухонной ручке, но внезапно она заметила, что свет горит. Сердце бешено застучало, а воздуха стало не хватать. Осталось только надеяться, что там сидит Андрей.

Русоволосая отдернула руку и уже собиралась развернуться, но строгий голос мамы заставил остановится:

— Зайди.

Софья вздрогнула. Ноги стали ватными, а руки задрожали. Соня зажмурилась, но рука сама потянулась к ручке. Она потянула дверь на себя и вошла внутрь. За кухонным столом сидела мама, нарезая апельсин. По телу пробежалась дрожь. Соня сжала кулаки и набрала воздух в легкие.

— Специально это делаешь? — прошипела мать.

— Что? — тихо спросила Софья.

Женщина подняла глаза на Соню, кажется, в них пылало пламя. Русоволосая неосознанно попятилась назад, пока не врезалась в стену. Внезапно мама кидает нож в сторону Сони, но он падает рядом с ней. Сердце бешено забилось, а руки задрожали.

— Что у вас с ней? — строго спросила мама, взяв дольку апельсина.

— Ничего, Андрей сказал же взять ее с собой, я и взяла... — объяснила Софья.

Внезапно женщина сжала ладонь в кулак, в которой лежала долька апельсина, и сок потек по её руке. Запахло цитрусом. Дыхание сбилось, а руки задрожали. Что с ней сейчас будет? Но Соня ничего не могла с собой сделать! Она не может отказать Камилле.

— Я же сказала тебе, что если начнешь общаться с ней, то я убью её! — крикнула женщина, встав в полный рост. — Мало было тебе в Бразилии? Зачем вообще взяла её?!

Женщина подошла к дочери и ударила кулаком, но благо, по стене, но от ее лица оставалось пару миллиметров. Соня зажмурилась и пискнула от страха.

— Мам, я... Я не общалась с ней...

— Тогда почему на руках понесла её в комнату?!

— Не могла же я оставить её пьяную в клубе! С ней могли сделать все, что угодно! — воскликнула Софья, позволив повысить тембр своего голоса. Однако быстро об этом пожалела.

У мамы, кажется, загорелись глаза. Она резко схватила Софью за горло и начала душить собственную дочь!

— Лесбиянка хренова! — закричала мать. — Я устрою тебе и этой Камилле райскую жизнь, если ты еще раз подойдешь к ней! Поняла?! Я спрашиваю, ты поняла?!

— Д-да... — прохрипела русоволосая. Женщина резко убирает руку и Соня падает на холодный, твердый пол. Она хватается за свое горло и жадно глотает воздух.

Мама выходит из кухни, хлопнув дверью. Сердце бешено бьется, руки дрожат, а виски ужасно давят. Соня поджала колени к груди и опустила голову. Горькие слезы потекли с её щек, попадая на колени.

Хотелось к Камилле. Снова в её объятия. Хотелось, чтобы она снова прижала её к себе и шептала какие-то поддерживающие слова, от которых становилось тепло на душе. Хочется, чтобы она поцеловала её и снова доверяла и верила ей. Однако она сама растоптала её доверие. Соня сама сделала её такой, какой она сейчас является. Что же ей делать? Как справиться с притяжением, которое становится с каждым днем все сильнее и сильнее?

Но... Она ведь поступила так ради её же блага! Она просто боялась... Собственную маму. От воспоминаний дрожь пробежалась по телу.

Софья возвращалась домой после прогулки с Камиллой, улыбаясь, как ребенок, вспоминая её прикосновения.

Соня улыбнулась и потянула входную дверь на себя. Свет везде был выключен, кроме кухни. Но девушка не обратила на это никакого внимания. Ей было не до этого. Все её мысли наполнены Камиллой, голова забита тоже ею.

Софья разулась, сняла куртку и повесила её на крючок. Она направилась в свою комнату, однако...

— Подошла, — строгий голос матери заставил быстро стереть улыбку с лица.

Сердце забилось. Страх наполнил душу. Что она успела сделать? Софья сжала кулаки, впиваясь ногтями в кожу. Она ведь не узнала о них?.. Ведь так?

Кульгавая стояла в дверном проеме, опустив голову, боясь посмотреть на мать.

— У тебя новая подруга? — спросила женщина, указав взглядом на экран своего телефона.

Она развернула телефон. Соня медленно подняла взгляд на экран смартфона и её передернуло, словно на неё облили горячую воду. На экране горела фотография, выложенная в социальной сети, в которой Камилла чмокает Соню в губы. Холодок пробежал по спине, лоб покрылся холодным потом. Мгновение и пост исчез. Видимо, Камилла ошиблась фотографией...

— Ох, слишком поздно удалила, — ухмыльнулась женщина. Внезапно она отбрасывает телефон в сторону. Он разбивается об кафельную плиту.

Мама встает в полный рост и открывает первый ящик возле крана, в которой лежит ремень. Соня зажмуривается. Она чувствует, как начинает гореть её кожа от ударов.

Я думала, что никогда не дойду до этой главы. Начинается самый разнос 🔥Буду рада вашим звездочкам и комментариям!