9 серия. Секрет профессора Авалона

POV Кейси.

На следующее утро в Алфее лил дождь. Не просто шёл — он будто впитывался в стены, в пол, в сам воздух. Сырость плотной пеленой висела в коридорах, и даже магические лампы светили тусклее обычного, словно и они устали бороться с этим серым настроением.

В столовой было прохладно и непривычно тихо. Слишком тихо. Тишину нарушал разве что голос Стеллы.

— Ну серьёзно, — протянула она, с трагическим выражением лица глядя на тарелку с кашей. — Как я должна поддерживать сияние кожи с такими порциями? Это же противоречит базовому фейскому этикету питания!

Я молча натянула наушники, прячась от утренней драмы. Никто не знал — и, надеюсь, никогда не узнает, — что я тайком притащила в Алфею свои электронные гаджеты. Музыка потекла прямо в голову, ровная и спокойная, отсекая лишние звуки и мысли.

Честно? Мне хватало и каши. Но если Стелла решит объявить голодовку, это может угрожать всей школе. Так что мысленно я уже планировала после завтрака пробраться на кухню и раздобыть фрукты или собрать для неё хоть какой-нибудь салат. Ради мира во вселенной, не иначе.

Текна сидела рядом, полностью погружённая в свою новенькую книгу с обложкой цвета метеоритной пыли. Она читала что-то про планеты, синхронизацию траекторий и… предсказания?

Я нахмурилась.

Серьёзно? Даже Текна? Та самая Текна, которая всегда утверждала, что судьба — это просто плохо рассчитанная вероятность?

Она перевернула страницу с таким сосредоточенным видом, будто пыталась взломать саму структуру реальности.

Потом был Уизгис. С его прибором клонирования. Я старалась на него не смотреть — утро и так было странным.

И тут в столовую вошёл он.

Авалон. Или кто бы он ни был на самом деле.

Он щёлкнул пальцами — легко, почти лениво — и по залу разлетелись цветы. По одному каждому. На мою ладонь опустился лиловый бутон, влажный от росы, словно его только что сорвали в рассветном саду.

— Доброе утро, юные феи, — произнёс он, расправляя плечи.

Его голос был как шёлк: мягкий, гладкий… и тревожно утешающий. Слишком правильный. Слишком выверенный, чтобы быть искренним.

Блум уставилась на цветок, словно видела в нём нечто большее, чем лепестки и стебель.

— Спасибо… — прошептала она. — Фиолетовый — мой любимый цвет.

— И мой тоже, — тихо добавила Флора, осторожно касаясь своего бутона.

Авалон подошёл к нашему столу и остановился прямо напротив Блум.

— Сегодня ночью тебе приснился необычный сон, не так ли? — спросил он.

Я замерла.

— Да… — ответила Блум после паузы. — Мне снились мои родители.

— Ясно, — мягко сказал он. — Я помогу тебе узнать больше. Приходи ко мне после занятий.

Я чуть не выронила цветок.

Ах вот как.

Значит, он всё-таки ведёт её к истине. Или к своей версии истины.

Я скривилась, делая вид, что поправляю наушники. Конечно, он заботливый. Конечно, он «учитель». Но я знала правду. Это не Авалон. Это слуга Даркара. Маска. Игра.

Настоящий профессор Авалон сейчас в плену. И каждый его жест, каждое слово — ложь, обёрнутая в доброту.

Стелла тем временем задумчиво вертела цветок между пальцами.

— Это, наверное, лучший день в моей жизни, — мечтательно сказала она. — Он будто знает, как выбрать идеальный цвет для каждого.

Муза улыбнулась и кивнула:

— У него особая энергия. Цветок словно… звучит. Он не мешает моим мыслям. Я даже хочу взять его с собой на урок.

Текна прищурилась.

— Подождите, — сказала она. — Вы же сами говорили, что у него были крылья. С каких пор учителя носят крылья? Это не соответствует его архетипу.

— Кстати, да, — вмешалась Диджит, появляясь из-за её спины. — Куда они делись?

Текна медленно кивнула. В её глазах вспыхнула знакомая искра — холодная, аналитическая. Искра подозрения. Она уже что-то быстро печатала на планшете.

О, это будет интересно.

Позже, на уроке, странностей стало ещё больше. Цветы, которые Авалон раздал утром, исчезли из садов. Все. Без следа. И, как будто в насмешку, кто-то из учениц принёс ему букет — из точно таких же цветов.

Текна скрестила руки и тихо сказала:

— Он знает точное количество пропавших бутонов. Даже по видам. Это не совпадение. Это — алгоритм.

Я усмехнулась.

Наконец-то.

Авалон же вёл себя так, словно ничего необычного не происходило.

— Истина, — произнёс он, медленно прохаживаясь между рядами, — не всегда содержится в словах. Но открытие и есть правда.

Многие закивали. Даже я на секунду почти поддалась.

Почти.

Но потом я посмотрела на его спину. И вспомнила. У него были крылья. А теперь их нет.

И всё это — цветы, сны, красивые фразы — было слишком идеально. Слишком гладко. Слишком красиво, чтобы быть правдой.

Я поправила наушники. Музыка сменилась на тревожную, напряжённую.

Похоже, пора держать уши — и глаза — открытыми.

На уроке он также расспрашивал нас о первой фее и уверял, что мы глубоко заблуждаемся. Я знала правду. Аркадия была первой.

Но я промолчала.

Иногда молчание — тоже форма защиты.

***

После урока с Авалоном мы вернулись в холл Алфеи. Я уже собиралась снова спрятаться в музыку — привычный щит от всего лишнего, — когда Текна внезапно шагнула вперёд. Лицо у неё было таким серьёзным, будто она сейчас объявит о сбое в системе мироздания.

— Я проверила всё, — сказала она, глядя на нас так, словно мы были рядом серверов, не отвечающих на запрос. — Авалон… или кто бы он ни был… не зарегистрирован ни в одной системе как преподаватель в этом учебном году. Более того, доступ к садовой магии у него ограничен. Он не мог использовать цветы без прямого разрешения Палладиума или директрисы Фарагонды.

Повисла пауза.

Я посмотрела на девчонок. Стелла демонстративно закатила глаза. Блум слегка нахмурилась, будто ей только что сообщили плохую новость, которую она не готова принять. Муза пожала плечами — осторожно, без эмоций, но с интересом.

— Может, его просто ещё не внесли в базу? — предложила Блум. В её голосе сквозила надежда. — Такое ведь бывает.

— Он принёс мне цветок… — мечтательно прошептала Стелла, медленно вращая бутон между пальцами. — Зачем кому-то, кто работает на Даркара, делать такой жест?

Я не удержалась и тихо фыркнула.

— Ага. «Подарки от зла». Классический ход. Очарование, доверие, а потом — удар в спину. Прямо из учебника по манипуляциям.

Стелла бросила на меня недовольный взгляд, но ничего не сказала.

Флора тем временем взглянула на часы и вздохнула:

— Нам пора в класс призыва. Я не хочу опоздать… Сегодня Палладиум ведёт урок.

— Палладиум? — Муза удивлённо приподняла брови. — Он вернулся?

Флора кивнула, и мы двинулись к лестнице.

И тут — он появился.

Мы остановились одновременно, словно кто-то нажал на паузу.

Палладиум.

Но не тот рассеянный, немного нелепый преподаватель, которого мы помнили с первого курса. Перед нами стоял совсем другой человек. Выпрямленная осанка, собранные движения, волосы аккуратно уложены, будто в них вложили не только магию ветра, но и чувство стиля. Костюм — строгий, без излишеств. Взгляд — цепкий, внимательный, даже слегка колючий.

Я поймала себя на том, что слишком долго на него смотрю.

Он изменился. И… да, стал заметно симпатичнее.

— Добрый день, феи, — произнёс он глубоким, уверенным голосом. — Рад снова быть с вами. Сегодня мы продолжим курс по призыву. Только теперь… без хаоса.

Муза наклонилась к Блум и прошептала:

— Как думаешь, будет так же, как в прошлый раз?

— Не знаю, — тихо ответила Блум. — Похоже, он многое переосмыслил. Его ведь раньше почти никто не слушал… ну, кроме Флоры.

Я заметила, как Флора слегка покраснела и опустила взгляд. Конечно. Вечная отличница.

Мы вошли в новую аудиторию. Она совсем не напоминала прежние классы Алфеи — всё сверкало, линии были чёткими, пространство будто само подталкивало к концентрации. Сначала теория, затем нас перевели в актовый зал для практики.

— Сегодня вы освоите основы контролируемой манифестации плазменной энергии, — сказал Палладиум. — Кто готов попробовать?

Несколько секунд — тишина.

А потом, как всегда, шаг вперёд сделала Амарил. Холодная, уверенная, с тем самым взглядом: смотрите и учитесь.

— Я, — произнесла она.

Палладиум спокойно объяснил структуру заклинания, положение рук, вектор концентрации. Амарил сжала пальцы, сосредоточилась…

Вспышка.

В воздухе возникла плазменная сфера — яркая, нестабильная, опасно пульсирующая.

— Хорошо, — начал Палладиум…

Но он не успел договорить.

Амарил резко метнула сферу в сторону Стеллы.

— ЭЙ! — закричала Стелла, инстинктивно закрывая лицо руками.

Реакция была молниеносной. Взмах руки — и сфера рассыпалась искрами, не долетев до неё ни на миллиметр.

— Хватит, — жёстко произнёс Палладиум. Ни капли мягкости. — Ещё одна попытка использовать магию против ученицы — и ты покинешь Алфею. Немедленно. Я не шучу.

В зале стало так тихо, что было слышно, как кто-то сглатывает. Даже Блум замерла.

Я посмотрела на Амарил. На её лицо. Она пыталась изобразить растерянность… но я видела правду.

— Такие сферы могут выжечь глаза, — сказала я вслух. — Стелла могла бы ослепнуть. Навсегда.

Амарил моргнула.

— Я… я не знала…

Ложь. Она хотела попасть. Просто не задумывалась о последствиях.

— Ну конечно, — пробормотала я себе под нос. — Классика.

Палладиум опустил руку, и магическая модель исчезла. Он окинул класс взглядом — не злым, не раздражённым, но таким, что стало ясно: прежней вседозволенности больше не будет.

Я посмотрела на Стеллу. Она всё ещё была бледной.

***

Библиотека Алфеи всегда была чем-то большим, чем просто хранилище книг. Здесь пахло старой магией и тёплым пергаментом, а каждый шорох страниц звучал как отголосок заклинаний прошлого. Мы собрались в одном из боковых залов: я, Винкс и целая стайка пикси.

Блум не было. И это никого не удивило.

Амур лениво крутила сердцевидную серёжку, Локкет сосредоточенно листала фолиант с золотым обрезом. Текна и Диджит синхронно сканировали древний текст. Чатта что-то оживлённо обсуждала с Зинг, а Тьюн безуспешно пыталась навести порядок в дискуссии.

— Сливаем информацию, — сказала Текна.

— Есть упоминания о пророчестве, — продолжила она спустя минуту. — Без имён и дат. Только символы: крылья, свет и двойная истина.

— Это может быть Блум, — осторожно сказала Муза.

— Или Авалон, — добавила Стелла. Теперь уже без прежней уверенности.

Я молчала, прислонившись к колонне. Слушала.

И тут в зал влетела Ливи — сияющая, взволнованная.

— Девочки! Я узнала кое-что важное! Директор Гриффин — специалист по древней астрологии и пророчествам!

Мы переглянулись.

— Значит, нам нужно поговорить с ней, — заключила Текна.

— Без шпионажа, — сразу сказала я, убирая один наушник. — Но да. У Авалона есть секрет. И чем дальше, тем сильнее он пахнет паутиной.

— Ты правда думаешь, что он опасен? — спросила Чатта.

Я кивнула.

— Харизма и розы не отменяют угрозу.

Повисло молчание.

Я вздохнула.

— Просто знайте: если мы во всё это лезем… значит, не зря.

Текна кивнула. Муза — тоже.

А значит, всё только начинается.

***

Текна не пришла. Неудивительно. После вчерашнего она всё глубже погружалась в свои вычисления и алгоритмы, словно если просканировать Авалона под нужным углом, правда вылезет сама собой.

Авалон появился внезапно — словно вырезанный из воздуха.

— Сегодня, — произнёс он, поднимая руку, — мы займёмся практикой внутренней и внешней оценки силы. Не только магией, но и символами — оружием.

Он взмахнул пальцами, и в воздухе возникли два меча: один — сияющий, выгравированный, почти идеальный; другой — потускневший, с царапинами и простым рукоятником, как после сотен боёв.

— Кто вызовется испытать их?

Не успел он договорить, как Блум встала.

— Я.

Все замерли. Даже я. Она выглядела слишком спокойной. Слишком… уверенной.

— Блум, — пробормотала Стелла, схватив её за руку. — Ты уверена?

— Отпусти, Стелла, — мягко, но строго сказала Блум.

Стелла напряглась, но потом отпустила. Приняла маску беспечности, хотя в её взгляде блестела тревога.

Муза скрестила руки, наблюдая за сценой, как аналитик за сложной симуляцией.

К Блум вышла другая ученица — Селена. Мы знали её плохо, вроде из класса зелий. Каждой достался меч. Блум выбрала сверкающий и почти новый, Селена — потускневший.

— Проверим прочность. Без магии. Только контакт. — Голос Авалона звучал, как отдалённый удар колокола.

Они шагнули друг к другу. Мечи встретились.

Звяканье. Секунда. Другая. Меч Блум треснул. Потом — пополам.

Тишина. Воздух будто исчез.

Блум вскрикнула, отступая. Селена опустила свой меч и бросилась к ней, поддерживая.

— Всё в порядке?

Блум кивнула, потрясённая.

Авалон шагнул к обломкам.

— Не всё, что сверкает, прочное, — сказал он спокойно. — Сила — не в блеске. Этот меч, — он указал на меч Селены, — простой, поцарапанный, тусклый. Но сплав, из которого он сделан, в сотни раз прочнее, чем хрупкий металл бравады.

Он окинул нас взглядом, скользнув и по мне — но не задержался. Не так, как обычный учитель. Как знаток.

— В жизни, как и в битве, истина не всегда на поверхности. Те, кто гонится только за красивым фасадом, натыкаются на ложь. Учитесь смотреть глубже. Потому что доверие к внешнему виду… — он опустил взгляд на сломанный меч — может быть вашей самой слабой защитой.

В зале повисла тишина.

Я выдохнула. Не потому что впечатлилась. Потому что слова были правдой. Чертовски правдой.

И в этом — самое пугающее.

Авалон умел говорить. Он знал, что мы хотим слышать. Он не делал ничего явно подозрительного. Но ощущение было такое, что он поднимает занавес, а настоящая драма идёт за кулисами.

Я посмотрела на Блум. Она сжимала меч, глядя на него с удивлением — может, даже с восхищением. Стелла украдкой наблюдала за ней. Муза — за Авалоном. Лейла просто стояла, пытаясь переварить всё происходящее.

***

Вечер в Алфее носил оттенок странного спокойствия — как будто школа дремала, но одним глазом следила за тобой. Воздух стал прохладнее, а коридоры — пустыми и гулкими. Я переоделась в домашнее, села на пол своей комнаты и расчёсывала мягкую, пушистую шерсть Каори — своей лисички. Она тихо урчала, почти мурлыча, если такое возможно для лис.

И тут — шаги. Быстрые, смешанные со шёпотом и лёгким топотом.

Я приподняла голову и еле фыркнула:

— Ну конечно. Все идут к Авалону. Какой сюрприз.

Каори приподняла уши, внимательно посмотрела на дверь.

— Наверное, Текна уже всех подговорила, — усмехнулась я, продолжая вычёсывать ей бока. — Великое разоблачение века. Заговор. Тайны. Обвинения. В итоге? Выговор от бабушки.

— А ты? — спросила Каори.

— Нет. Мне и так всё ясно. Он не тот, за кого себя выдаёт. И если честно… — я вздохнула, — я бы с радостью избавилась от этого «недопрофессора».

Каори посмотрела на меня своими бездонными глазами и, едва слышно, произнесла:

— Нам скоро придётся искать книги.

Я замерла.

— Книги?

— Книги, которые помогут вернуть Бесконечность, — шепнула Каори, её голос был как ветер, скользящий по стеклу. — Твоё королевство не исчезло. Оно спит. И ты должна быть готова его пробудить.

Я молчала. Не сон. Не фантазия. Каори знала. И я знала, что она права.

— Бесконечность… — прошептала я. — Оно ведь называлось именно так, да?

Лисичка кивнула, зевнула, свернулась клубком и уткнулась в мой бок.

Я осталась сидеть молча. Ни шагов, ни голосов. Девочки, наверное, уже у Авалона, строят свои планы, заглядывают в его магические шкафы, пытаются понять, где прячутся крылья… или готовят новый «разоблачительный рейд».

А я… я просто легла и закрыла глаза. Если они решат сжечь школу изнутри — я хотя бы высплюсь перед катастрофой.

***

Проснулась я от ощущения натянутого воздуха — словно каждая струна дома была на пределе. Даже пение птиц за окном казалось нервным.

Комната пуста. Я встала, потянулась и подошла к зеркалу. Сон был странным, но спокойным. Каори уже сидела у двери, хвост свернут под себя.

Я только собралась позвать её, как в коридоре послышался голос Музи:

— Это был выговор! Официальное предупреждение! От самой директрисы!

Я вышла, застёгивая куртку.

— О, сюрприз-сюрприз, — фыркнула я. — Кто бы мог подумать, что ночные вылазки к «подозрительному» профессору приведут к дисциплинарным мерам?

Флора выглядела обеспокоенной. Стелла — как будто это не касается её. Муза — злая. Лейла — озадачена. А Текна… Текна выглядела так, будто считает, что всё того стоило.

— Тебя там не хватало, Кейси, — пробормотала Муза.

— И слава свету, — бросила я, поворачиваясь. — Я предпочитаю готовиться к урокам, а не к объяснительным.

Каори выбежала за мной, весело подпрыгивая. Я погладила её между ушами:

— Пойдём, малышка. Уроки, королевства и куча лицемерных учителей. Такой у нас завтрак сегодня.

В голове всё ещё эхом звучало слово: Бесконечность. Даже если я держалась в стороне от чужих спектаклей — у меня была своя сцена. И она только начиналась.

Продолжение следует…