XXIII.

                                   ARIANNA Я проснулась от теплых касаний на своих щеках. Пальцы Энзо выводили узоры вокруг моих губ, и глаз. Яркий свет освещал машину, когда я прищурилась, и начала зевать. —Доброе утро, — шепот около уха заставил меня улыбнуться. —Доброе утро, — ответила я. Во рту был неприятный привкус после сна, но даже это не могло испортить мое хорошее настроение. Шея болела, руки затекли, и плевать. Медленно подняв голову, я встретилась серо голубыми глазами. Энзо широко улыбнулся. —Я проспала всю ночь? — задала глупый вопрос, аккуратно разминая мышцы. —Именно. За последнее время случилось столько событий, и было удивительно, что я спала целую ночь, даже ни разу не проснувшись. Кажется, сегодня был день, когда мой мозг действительно отдохнул. Видимо, вчера папино интервью очень помогло мне принять ужасы, окружившие нас. —Кофе, госпожа? — предложил Лоренцо, но я отрицательно покачала головой. Зубы не почищены, голова болит, лицо не умыто. Нужно попасть домой. —Твоей госпоже нужен душ, — я быстро поцеловала его в щеку, и уселась поудобнее, устремив взгляд вперёд. —Слушаюсь, и повинуюсь, — Лоренцо уложил свою ладонь мне на бедро, и завел мотор. И это было лучшее утро. ***Лоренцо любезно привез меня домой, и мы попрощались. Стоило мне переступить порог дома, как я услышала папин голос, не похожий на обычный. Так, как он говорил сейчас, он разговаривал лишь с солдатами и боссами. —Сегодня в час. Мне плевать, мне нужны все, — я вошла в гостиную, и увидела папу в окна, говорящего по телефону. Мама кивнула мне в знак приветствия, сидя на диване. Ее ноги были укутаны в плед, а в руках красовался планшет. Я нахмурилась. Мама никогда не пользовалась планшетом в качестве холста. Единственное, чем она занималась — смотрела сериалы на фоне, когда готовила. —Все хорошо? — сев рядом с ней, я махнула головой на папу. Мама сглотнула, и погасила экран планшета прежде, чем я в него заглянула. —Мам? — повторила я. —Ночью вышло видео о Бенедетто Крионе, — шепотом пробурчала мама, и убедившись, что папа продолжает свои агрессивные диалоги, продолжила, —И твой папа и дядя подозревают, что это дело рук Энзо. —Какое видео? Кожа покрылась мурашками от наплыва паники. —Там..., — мама не успела договорить. —Видео, где Бенедетто Крионе делает минет какому-то мужику, — сказал папа без капли стеснения, откладывая телефон в карман. Мои глаза округлились, и я открыла рот от изумления. Минет мужику? Что? Во-первых, меня интересовал вопрос, правда ли это? Во-вторых, с чего папа и дядя Невио взяли, что это дело рук Энзо? И черт, в-третьих, с каких пор папа говорит при мне слово "минет"?! —Так... Я пыталась сформулировать вопрос, и пока я делала это, папа кратко поцеловал меня и маму в макушки, и двинулся к двери. —Куда ты, пап? — я вскочила вслед за ним. —Энзо должен сделать заявление перед боссами, что теперь ты... — он сжал челюсти, я видела, как он злился. — Принадлежишь ему. Как будущий капо он обязан пригрозить всем, что будет, если они посмеют обсудить ваши отношения. Я замерла от неожиданности и страха одновременно. Заявление перед людьми мафии, которыми управляют наши с ним отцы. Это же... Это же... Черт, я совершенно забыла, в каком именно мире мы живём, и кем Энзо является. Будущий капо, будущий убийца, будущий страх всех, кто попытается воевать с Ндрангетой. —Буду не скоро, — бросил отец, и за ним захлопнулась дверь. Я с полным страхом в глазах развернулась к маме. Она призвала меня рукой, и я села рядом. —Что он должен сказать там? Что доказать? Разве папиной конференции было мало? Он рассказал на весь мир о том, что я не ваш кровный ребенок. Что им ещё надо? — с каждым сказанным словом где-то в груди болезненно кололо. Вчера я смотрела конференцию со слезами на глазах, потому что мой отец был моим супер героем без плаща. —Милая, я понимаю, что ты переживаешь за Лоренцо, но это его прямая обязанность. Он будущий капо, он должен показать всем, что его слово имеет вес сейчас, будучи ещё мальчишкой, иначе дальше его не будут уважать, — сказала мама, и погладила меня по плечу. — А ещё, чтобы защитить тебя. Вместе со слухами придут и враги. Ари, этот мир устроен так, что если есть трещина в семье или в клане, враги будут бить прямо в них. Боссы и все солдаты должны знать, что все, что между вами происходит — чистая правда, и Энзо готов отдать жизнь за тебя. Да, ты дочь Адамо, но также ты... Я будто сама уловила мамину мысль. —Будущая жена капо? — у меня перехватило дыхание. Мама молча кивнула. —Этим заявлением он сделает тебя своей единственной, и когда-то в будущем, возможно, он попросит тебя заключить кровавый договор. Я знала о законах клана, но также знала, что мама с папой его не заключали. Я слегка успокоилась, но где-то глубоко тревога присутствовала. Быстро заварив нам с мамой по чашке чая, я села рядом с ней в позе лотоса, и нервно стучала ногтями по чашке. —Это видео... Вы уверены, что это Энзо? — все же не сдержалась я. Мама тихо кивнула. —Адриана подтвердила, что вероятнее всего, ее племянник Лиам помог ему в создании этого шедевра. Мама неожиданно усмехнулась, и я, увидев ее улыбку, почти засмеялась. Мы столкнулись взглядами, и уже засмеялись в голос. Я отхлебнула чая, качая головой. —Ты осуждаешь его? —Да ни за что, — отмахнулась она. — Этот ублюдок совершил мерзкий поступок, а Энзо отплатил ему тем же. Удивленный взгляд я кинула на маму. Сегодня они с отцом удивляют меня своими высказываниями. —Тогда я спокойна. Осталось дождаться папу, — выдохнула я, и снова сделала глоток. ***Я даже не заметила, как пролетели эти часы. Сначала мы с мамой просто болтали, болтали обо всём — о пустяках, о фильмах, о том, как раньше она с папой устраивали себе "итальянские вечера" с пастой и вином, и будто снова возвращались в молодость. Впервые за долгое время мне было спокойно. Потом я наконец-то решилась принять душ — горячая вода смывала с меня остатки тревоги, выжигала изнутри все ужасы. Когда я вышла, в кухне уже пахло лазаньей. Мама стояла у стола в фартуке и резала свежие помидоры с привычным, почти медитативным выражением лица. Я подошла, она сразу улыбнулась, протянула мне нож, и мы вместе начали собирать слои — тесто, соус, сыр, снова соус. Всё просто, всё привычно. И, наверное, именно в этой простоте я почувствовала, что дом — это не стены, а запахи, разговоры, люди. После обеда я принесла в гостиную свой планшет и стилус. Мама села рядом и, как всегда, начала поправлять меня — не критикуя, а мягко направляя, будто я всё ещё та маленькая девочка, которая рисовала её портреты на стенах и верила, что мама самая красивая женщина на свете. —Тёплый оттенок сюда, — сказала она, указывая пальцем на край планшета. — Этот цвет делает свет мягче. Я кивнула и, улыбнувшись, добавила немного охры. Всё выглядело идеально. Почти идеально. Я уже собиралась сказать, что наконец понимаю, почему мама всегда говорила о гармонии цвета, когда вдруг распахнулась входная дверь. —Папа? — удивилась я, оборачиваясь. Он вошёл в дом быстрым шагом, запах улицы ворвался следом. Папино лицо было странно спокойным, но не угрюмым, скорее собранным, как перед важным разговором. Я уже хотела спросить, как прошёл день, но в этот момент за его спиной появилась фигура, из-за которой у меня подкосились ноги. Энзо. Я не сразу поверила, что это он. Он стоял на пороге, в белой футболке, насквозь пропитанной кровью. На руках — кровь. На лице — кровь. И при этом, боже, он улыбался. Безумно и победно. —Лоренцо?! — выдохнула я, подбегая к нему. — Что с тобой?.. Он поднял взгляд, и я впервые за всё время увидела в его глазах не растерянность, не боль, а ярость, переплетённую с удовлетворением. —Всё хорошо, — выдохнул он, хотя дыхание было сбито. — Просто... я доказал всем, кому принадлежит Арианна Тиара. На секунду я перестала дышать. Мама застыла, прижав ладонь к губам. —Я больше не позволю никому произносить твоё имя с грязью, — сказал он, и его голос дрожал, но не от страха. — Ни одной душе. Я ощутила, как холод пробежал по позвоночнику, как в висках запульсировала кровь. Я не знала, что именно он сделал, но в этот миг поняла, что бы это ни было, оно было ради меня. И от этого стало страшно. Я коснулась его щеки, под пальцами была засохшая кровь, шершавость кожи. Он выдохнул, закрыв глаза, будто этот мой жест — единственное, что удерживало его на плаву. —Энзо... — только и смогла произнести я. Он аккуратно коснулся губами моего кончика носа, и прошептал еле слышно: —Поехали со мной, сейчас, пожалуйста. Я кивнула без лишних вопросов, и повернулась к родителям. Папа, на удивление, был спокоен. —Мне нужно, — сказала я, смотря ему в глаза. Папа молча кивнул, и я благодарно улыбнулась. Схватила Энзо за руку, и мы вышли из квартиры. Оказавшись на улице, я уже хотела засыпать Энзо вопросами, но не успела. —Прости за кровь, — сказал он, и поцеловал меня так, что ноги подкосились. Его язык блуждал по моему рту, руки легли на талию, а я почувствовала металлический привкус, и гребаное наслаждение. Стоять посреди холодной улицы в кровавых объятиях мужчины, которого любишь — верх кайфа. Он разорвал поцелуй, когда я прижалась к нему ближе. Энзо кивнул на машину, и мы сели внутрь. Я корпусом повернулась к нему, и посмотрела в глаза, что сияли радостью. —Что произошло? — сорвалось с моих губ раньше, чем я успела подумать. Энзо усмехнулся, и коснулся моей щеки. Я, как кошка, потерлась об его ладонь. —Я был вынужден убить одного из младших боссов. Я сглотнула. —И заявил свои права на тебя. Как будущий капо. Как мужчина. Приоткрытый рот, отсутствие слов, и широко раскрытые глаза. Он убил человека ради меня. Ради нас. И, черт, меня это не пугало. Отойдя от легкого шока, я замялась прежде, чем задать ещё один вопрос касаемо Бенедетто. —То видео... — Энзо перебил меня, не дав договорить. —Это сделал я. Папа уже с самого утра ведёт , — он показал знак кавычек, — "переговоры" с Каморрой. Они пытаются сказать, что это видео клевета, и мы поступили бесчестно, но они сделали это первыми. Мы смотрели друг другу в глаза обсуждая все, что случилось из-за нас. Из-за наших противоречивых и неправильных чувств. Из-за нашей любви. Улыбки присутствовали на губах каждого из нас, и теперь уже без капли стыда. —И теперь война? Мы больше не вернёмся в университет? — спросила я. Лоренцо с хитростью прищурился. —Завтра мы с Рози идём на первое собрание, как будущий капо и его советник. Там папа скажет точно, как мы будем действовать дальше. Кажется, у него есть план, — произнес Энзо, и продолжая смотреть мне в глаза, на ощупь завел машину. Я удивилась тому, что Рози будет его советником, но не стала вмешиваться в их дела. Если кем я и буду в мафии, то женой капо, в золоте, шубе, с кучей охраны и самым сексуальным мужиком в мире. Я медленно прошлась взглядом по кровавой одежде Энзо, и мои глаза нашли его пах. Именно сейчас мне хотелось впервые ощутить его член в себе. Игриво проводя ногтями по его плечу, я улыбнулась. —Поехали на наше место, — скомандовала я, и Энзо повиновался. Как только мы приехали, я по хозяйски включила музыку, и сев поудобнее, медленно сняла с себя футболку, оставаясь в одном бюстгальтере. Я чувствовала на себе взгляд Энзо, и краем глаза видела, как он напрягся. Улыбка выступила на моих губах, и в такт музыке, я подделка лямку бюстгальтера, и медленно спустила ее по плечу. Наши взгляды столкнулись. Лоренцо без стеснения, буквально пожирал меня глазами. Я коснулась его руки, но он отдернул ее, от чего я замерла. —Прости, госпожа, — на выдохе произнес он, и завел машину. — Но мне срочно нужен душ. Я бы трахнул тебя прямо сейчас, но не кровавыми пальцами. Он так быстро сдал назад, что я почти вылетела в лобовое стекло. Мы мчались по городу, но, удивительно, что не в сторону его дома. Между нами было молчание, и я чувствовала себя дурой, когда натягивала футболку. Но когда мы остановились у незнакомого мне дома, Энзо резко поцеловал меня, а затем сказал: —Десять минут, госпожа. Не теряй энтузиазма. Он вылетел из машины, как ошпаренный. —Я хочу, чтобы ты трахнул меня, а ты мне про энтузиазм, — пробурчала я себе под нос. Сидя в машине в полном одиночестве и жутким желанием поскорее ощутить вкус губ Энзо на себе, я нервничала. Вертела в руках зажигалку, которую нашла в подлокотнике. Энзо вернулся спустя пятнадцать минут, чистый, в другой футболке, но всё с таким же заинтересованным взглядом. —Где ты был? — спросила я, когда он в очередной раз завел машину, посмотрел по зеркалам, и вжал газ в пол. —Дом Лиама ближе, чем наш, — Энзо игриво подмигнул мне, и я приняла это, как вызов. После всего, что мы пережили, между нами не было границ. Пока мы мчались по улицам Чикаго, я бесцеремонно протянула руку к паху Энзо, и медленно стала расстёгивать ширинку, тем самым вогнала его в шок. Он вцепился в руль двумя руками, пока я искала край его ремня, в полусогнутом положении. Футболка задралась, и лёгкий сквозняк щекотал поясницу. —Арианна, — выдохнул Энзо, и я посмотрела на него снизу вверх. От него пахло мятным гелем для душа, с волос ещё капала вода, а руки были напряжены до предела. Я видела, как он жал газ сильнее, видимо, желая быстрее приехать на место. Мои руки продолжали колдовать над его джинсами. —Арианна, перестань, — нехотя протянул он, а я разогнулась, и приподнявшись, коснулась губами его шеи. —Ты двадцать пять минут катаешь меня по городу вместо того, чтобы трахнуть. Я не перестану, Энзо. —Еще пять минут, — сквозь зубы процедил Энзо, а затем буквально за несколько секунд, ещё сильнее разогнался, одной рукой обхватил меня за шею, и поцеловал очень страстно. — Пять минут. Огонь во мне разгорелся ещё сильнее, поэтому я с психом села на место, и свела руки на груди. И действительно, через пять минут мы уже стояли на нашем месте. Мотор заглох, Энзо резко отодвинул свое сиденье дальше, и только я хотела что-то сказать, как он обхватил мою талию руками, и заставил оседлать его. —Вот теперь я в твоём распоряжении, госпожа, — ухмылка появилась на его лице, и я с вызовом вскинула брови. —Госпожа мечтает о чем-то очень грязном, — ответила я, и поцеловала его. Прикусила его верхнюю губу, прижалась сильнее к его паху, и обвила руками его шею. Ни капли крови, одна лишь свежесть и чистота. Энзо же схватил меня за задницу, и активнее стал целовать, наши языки переплелись, я чувствовала, как тело бросает в жар, и жаждет большего. Мне было плевать, что мы находились в машине, и наш первый секс не такой романтичный, как в сопливых сериалах. Мне было важно, что он был с ним. Только с ним. Когда дышать было нечем, я оторвалась от его губ, и посмотрела в глаза. Пламя желания, и страсть танцевали в его зрачках. Его дыхание обжигало мою кожу. Я приподняла бедра, которые сжал Энзо, и спустила штаны вместе с трусиками. Между ног скапливалась влага, кожа пылала, а желание ощутить Энзо внутри, росло все быстрее. —Пожалуйста, — хрипло протянула я, и прильнула губами к его шее. Грубоватая, вкусно пахнущая кожа рождала во сне новую волну удовольствия. Энзо, придерживая меня одной рукой, быстро расстегнул джинсы и оттянул боксеры. Через пару секунд, я прижалась складками к его горячему члену, и стон невольно вырвался с моих губ. Энзо кусал мои плечи, сжимал задницу, покрывал поцелуями шею, а затем я аккуратно приподнялась, ожидая момента. —Блядь, — вырвалось из его губ, когда он вошёл в меня, и закатил глаза. Я не могла дышать, лишь только чувствовать, как что-то большое растягивает меня изнутри. Я замерла, когда Энзо толкнулся глубже, и смогла только застонать. Я так сильно хотела этого, что боли почти не чувствовала. Ощущала лишь как мои стенки жадно сжимали его член, как хотелось оседлать его до самого основания. Лоренцо будто читал мои мысли, и приподняв свои бедра, вошёл в меня по самые яйца. Раздался шлепок кожи о кожу, и я застонала, но Энзо умело перехватил его губами. Овладел моим ртом словно сумасшедший, и именно в эту секунду начался экстаз. Энзо стал двигаться во мне, прижимать ближе. Я ощущала каждый толчок, который сопровождался током по всему телу. Я дрожала от того, как между ног все горело от наслаждения, как его поцелуи заставляли меня закатывать глаза. Окна потели вместе с нашими телами. Я стянула с себя футболку, и мы столкнулись взглядами с Энзо. Он вколачивался в меня, губы приоткрыты, а взгляд сумасшедший, страстный, возбуждённый. Я ощущала себя будто в лапах зверя. И мне это чертовски нравилось. Я потянулась к нему, чтобы поцеловать, но Энзо покачала головой. —Я хочу, чтобы ты смотрела мне в глаза, когда кончишь, госпожа, — прохрипел Энзо, и стал активнее двигать бедрами, нагло сжимая мои. Хватка была стальной, а взгляд ещё более бешеным. Я скакала на нем, как на гребаном родео, стонала так, что кажется, если бы вокруг были люди, они бы явно обратили на нас внимание. Это наслаждение, когда любимый мужчина трахает тебя, и соблюдает зрительный контакт. Когда он любит тебя не только членом, но и глазами. От этой атмосферы я стала гореть ещё больше. Я видела, как кожа Энзо покраснела от напряжения и возбуждения, чувствовала, как будто его член каменеет с каждым толчком все сильнее, прямо во мне. Мои волосы прилипли к потной спине, когда я наблюдала за тем, как Энзо зарылся носом между моих грудей, и целовал ложбинку меж них. Это было последней каплей. Ноги задрожали, я хотела задрать голову, но Энзо сжал мои бедра, напоминая о нашем зрительном контакте. Кончая прямо на него, я была готова рыдать от того, насколько мое тело пронзали кончики наслаждения. Будто куча маленьких игл вошли в кожу, а ноги затряслись так, что я не могла их контролировать. Ногти впились в мокрые плечи Энзо, и я смотрела в серый омут его глаз, пока моя вагина сжималась вокруг его члена быстрыми частотами. —Черт, — вырвалось у меня с протяжным стоном. Но не успела я отдышаться от сумасшедшего кайфа, скручивающего все тело, как Энзо проскользнул рукой между нами, и стал массировать клитор, от чего новая волна удовольствия и желания кончить, промчалась по мне. —Да, госпожа, кончи ещё раз, — произнес Энзо, и я стала активнее скакать на нем, не замечая, как ноги немеют от неудобной позы. Сейчас мне просто хотелось утонуть в этом удовольствии. Когда сил почти не осталось, стоны переходили в крики, а губы Энзо издевались над моей шеей так, что я не могла терпеть этой страсти, я наконец кончила снова, а вслед за мной, Энзо вытащил член, и излился прямо на нас обоих. Теплая сперма стекала по моему животу, а я лишь прижалась к Энзо, нежно кусая мочку его уха. —Если у меня спросят, что такое кайф, я несомненно назову твое имя, госпожа, — вдруг произнес Энзо, обвивая мою талию руками. Лицо загорелось новой волной пламени. —Оставь это в тайне. Только для тебя такой кайф, — ответила я ему шепотом. Энзо сжал мое тело сильнее, но моя возбуждённая плоть будто бы желала продолжения. Я умолчала об этом. —Милый, а у тебя есть влажные салфетки? — с лёгким стыдом в голосе, произнесла я. —Думаю, папа будет не рад, если я вернусь домой со спермой на животе. Энзо рассмеялся, и упёрся лбом в мое плечо. Отношения — это когда вы сначала трахаетесь, а потом вместе смеётесь. Или я не права? —Есть, Ари. Для тебя все что угодно.