Единственная часть

На одной тишайшей аллее, где редко ступала нога человека, тролля или эльфа, шел путник. Это был паучара небывалых размеров. Большой путь он проделал с юга, и наконец заприметил место, где можно было бы сплести прекрасную паутину.

Он вздохнул свежий летний воздух, поудобнее устроился на дереве и начал строить в уме план будущей сети.

А в это время при дворе местного короля за пятьдесят лиг от указанного места случился спор. Двое отъявленных мерзавцев-рыцарей вызвали друг друга на дуэль, не заботясь о творящемся вокруг них празднике Пятидесятницы и наплевав на общественные нормы. Впрочем, смотреть турнир собрались все местные дворяне, рыцари (люди, тролли, эльфы) и прекрасные дамы. Но во время турнира случилось непредвиденное обстоятельство: победивший в поединке рыцарь начал похваляться очень громко и насмешливо. Остальные не вытерпели такого нахальства. Решено было поставить на место наглеца и тайно устроить расправу, смывшись подальше с глаз короля.

Ранним утром все выдвинулись в путь, а один из рыцарей сообщил остальным прекрасное местечко за пятьдесят лиг отсюда.

Однако за время пути все успели перессориться кто с кем. Один тролль уже грозился прибить важного эльфа самых высоких кровей, а один из людей чуть было не скинул с седла непутевого гнома. Такие ситуации наблюдались в отряде повсеместно. Наконец, путники доехали до местечка, о котором говорил рыцарь, и по воле случая оно оказалось той самой аллеей, которую облюбовал паук неделю назад. К этому моменту никто не в силах был сдерживаться. Из глаз сыпались искры, грозно позвякивало оружие в руках разъяренной толпы.

"Наконец-то я начищу тебе морду!" - вскричал воинственный гном, обращаясь к гигантскому троллю, и побежал на него с топором наперевес. Тот высоко поднял меч, дабы отразить удар (что поделаешь, троллья привычка), и задел нить паутины, мирно покачивающейся у них над головами. Надо же было такому случиться, что именно эта нить удерживала паутину на весу. Сеть разом упала на головы незадачливым воякам.

Некоторое время побарахтавшись в океане липких пут, господа наконец уразумели, что они крепко влипли.

Только проснувшийся паук, расчитывавший сегодня завершить свой труд, с ужасом наблюдал за происходящим на поляне с раскидистого дуба.

Надо вам сказать, что наш паук, несмотря на размеры, был жутким паникером. Он из дома-то сбежал, боясь, что его сожрет его собственная паучья матушка.

Здесь же, на аллее, наш герой совсем струсил, и решил быстренько смыться от греха подальше. На этом его роль заканчивается, а вот рыцари долго ещё выпутывались из этой липкой истории.

И вот, спустя почти сутки ярости, выливавшейся на голову бедного тролля, негодования по поводу собственной судьбы-злодейки и грустного барахтанья, рыцари наконец высвободились из паутины и разъехались по домам. Никому уже не хотелось трясти оружием.