Закоулки утраченных чувств

Молодой человек стоял около огромного здания цвета слоновой кости, что распростёрся посреди исторического центра, окружённый теперь архитектурной ценностью города. Подходящим шрифтом, который не выбивался бы из общей картины, было выведено: «Лаборатория чувств».

Парень уже двадцать минут стоял и смотрел на дверь, откуда люди то приходили, то уходили. Одни были преисполнены чувством радости и облегчения, другие наполнены полным равнодушием, а кто-то был молчалив и задумчив. Он пытался заглянуть в каждое лицо, надеясь прочитать лишь одно – «Сожалеют ли они о принятом решении?».

Через пару минут наступало время приёма, на которое он записался, поэтому, он то и дело проверял часы, пытаясь договориться с самим собой.

Он знал, что принимает правильное решение, лучшее из всех возможных. Он всё рассчитал, все варианты, расписал на компьютере, составил графики, соотнёс каждую цифру. Всё говорило в пользу операции, все дороги вели сюда.

Он набрал в лёгкие побольше воздуха, затем сделал такой же глубокий выдох, сжал кулаки, и, стуча своими белыми кедами по асфальту, направился внутрь.

На входе его встретила милая девушка с планшетом, которая произнесла давно заученную фразу с натянутой улыбкой:

- Добро пожаловать в Лабораторию чувств, просьба взять талон в терминале. Вам нужна будет помощь при обслуживании?

- Нет, спасибо, -даже не взглянув на девушку, произнёс парень и робкими шагами проследовал к серо-голубому терминалу.

Вбив все необходимые данные: «Операция» - «Плановая» - «Удаление чувств», терминал выдал ему талон с номером R - 13.

В другом конце зала стоял автомат с кофе, он был уже готов отправиться туда, как громкоговоритель объявил:

- Номер R - 13, просьба подойти к окну номер 5.

Окно номер 5 оказалось прямо напротив автомата с кофе. За столом сидела похожая девушка, что и на входе. Складывалось такое ощущение, что их специально нанимают по одному шаблону, чтобы пациенты не отвлекались.

- Здравствуйте, чем я могу помочь? – произнесла девушка за стойкой бархатным голосом, словно робот.

- У меня назначена операция на двенадцать, - ответил парень.

- Не подскажите, что за операция, чтобы я могла точно рассчитать сумму? – голос так и не изменился.

- Да, конечно...удаление чувств.

- О, самая популярная процедура. У нас, кстати, сегодня на неё 15% скидка – вам очень повезло. Ещё мне понадобится ваш паспорт.

Пациент молча протянул девушке паспорт. Она, быстро щелкая пальцами по клавиатуре, вбила всё необходимое, а затем протянула ему планшет, где был выведен экземпляр договора:

- Вот, вам необходимо расписаться в конце листа. Ваш экземпляр – уже отправлен вам на почту. Оплата будет наличными или картой?

- К-картой, - мялся парень, когда осознавал, что пути назад почти нет.

- Отлично, - и девушка вбила всю сумму в терминал, - Можете прикладывать.

Пациент приложил карту, мгновенно вышел чек, который ему выдали, после чего попросили ожидать медсестру на соседнем кресле.

По правде говоря, он скорее бы предпочёл, чтобы всё это побыстрее закончилось и его в эту же минуту отвели бы в операционную, где врачи нажмут на нужные кнопки, а его мукам придёт конец.

Медсестра появилась как раз вовремя, прямо перед тем, как он вновь был готов погрязнуть в своих мыслях.

Его вели через вереницу коридоров, из которых выходили такие же люди, что и он. Вот только, если верить чудо медицине – они должны были быть счастливее, а после этого их жизнь могла наладиться.

Кабинет, в котором предстояла операция, находился в самом конце коридора. Белая дверь, желтая табличка с номером и серебристая дверная ручка. Медсестра вошла в кабинет первой, а парень за ней следом.

-Можете присаживаться в кресло, - произнесла женщина.

Первое, что заметил парень — это белое кожаное кресло, которое стояло в самом центре комнаты, и было окутано всякими компьютерами и различными приборами. На самом деле, не будь всех этих гаджетов вокруг, то он бы решил, что просто записался на плановый осмотр к стоматологу.

«Отлично, думай, что ты у стоматолога – так спокойнее» -вертелось у него в голове, когда он усаживался на сиденье.

- Можете регулировать кресло, как вам удобно – доктор скоро придёт, а пока вам придётся ответить на пару моих вопросов, готовы?

Парень просто кивнул, единственное, чего он хотел – чтобы это побыстрее закончилось.

- Итак, какое чувство требуется удалить?

- Любовь.

- Любовь к кому? Маме, папе, домашнему питомцу, девушке, парню...

- Д-девушке.

- Замечательно, какой срок?

- Срок чего?

- Срок влюблённости конечно же, - медсестра предусмотрительно вежливо улыбнулась, чтобы не спугнуть юношу.

- Ааа это, - парень задумался, - Около трёх месяцев, я думаю.

- Уверены?

- Не очень...

- Тогда сделаем погрешность на время, - что-то черкнув у себя в планшете, произнесла медсестра, - Сколько были знакомы с девушкой?

- Три месяца.

- А, тогда обойдёмся без погрешности. Спасибо за ваши ответы, доктор подойдёт через пять минут, а пока отдыхайте.

После этих слов медсестра покинула кабинет, а парень остался наедине со своими мыслями, которые уже принялись блуждать по кругу в его черепной коробке.

«И почему они всё время оттягивают этот момент...» - злясь на всё происходящее, вертелось у него в голове.

Перед глазами тут же всплыл её образ. Её легкое голубое платье с белыми кедами, побитые коленки из-за падения на велосипеде, растрепавшиеся светлые волосы, которые так сильно любит теребить ветер.

«Нет, сейчас не время о ней думать – скоро это закончится».

Но было уже поздно, её образы уже танцевали перед глазами.

Их первое знакомство на тусовке на даче его лучшего друга, куда её привезла подруга. Она была в странных широких джинсах, которые тогда только вошли в моду и в белом топике в цветочек. У неё были тонкие запястья и острые ключицы – это было первым, что бросилось ему в тот день в глаза.

Она много смеялась. Звонко, заливисто, да так, что содрогались стены. Пила дешёвое розе, которое завалялось в закромах на полке и черничный сидр, который ей привезла подруга. Она отвратительно пела, но ему понравилось её желание, а также то, что она любила такую же музыку, что и он.

На крыше они проболтали до четырёх утра, разглядывая звёзды. Он одолжил ей своё чёрное худи и в ту минуту задумался над тем, что всё бы отдал, чтобы она всю жизнь ходила в его одежде.

Но ночь кончилась – она быстро уехала, а он так и не решался ей написать. То слова выходили корявыми, то времени не было – а он так боялся всё запороть, что предпочёл просто переждать.

Он ждал неделю, просматривал все её истории в Instagram, просмотрел все публикации, поставил даже лайк – но так и не написал. Она ему не писала тоже, он от этого как-то злился.

Спустя неделею они столкнулись в одной кафешке, которую он не очень любил, но не успевал и пришлось идти сюда за кофе. Она его заметила первым, назвала его по имени, обняла при встрече – от неё пахло карамелью, а он карамель любил больше всего.

Она рассказала, что это её любимая кофейня, а он соврал, что и его тоже.

Позже он каждое утро приходил сюда, занимал столик и печатал на своём ноутбуке, надеясь её увидеть, а она, как назло, не приходила. Спустя четыре дня его попытки увенчались успехом.

Она была в том самом голубом платье, что ему так нравилось и с побитыми коленками. Она взяла милкшейк, уселась напротив и принялась лепетать, что упала, когда каталась на велосипеде с другом.

Другом. Эта часть ему нравилась меньше всего, но он не подал виду. Не хотел, чтобы она знала, как сильно она завладела его вниманием и мыслями.

На следующий день – он не выдержал и пригласил её прогуляться. Девушка ответила сразу.

Они бродили по его любому скверу, говорили на какие-то высокие темы, обходили самого тяжёлого и близкого, что было в их жизни, она рассказывала, что скоро уезжает с друзьями на море, а он пытался объяснить в чём именно суть его работы.

Он долго не решался: писать ли ей после прогулки или же нет. В итоге, решил дождаться, когда она это сделает – но она этого не сделала, а позже выложила историю из аэропорта, где они с друзьями в масках стоят у самолёта.

Вначале он расстроился, потом злился. Позже сдался и написал ей, но ответила она спустя два дня, списав всё на неполадки со связью – его это уже не волновало.

Он решил, что ей он попросту не нужен, неинтересен и вероятнее всего, она решила деликатно его отправить во френдзону. Он во френдзоне быть не хотел, поэтому принял для себя, как ему казалось, самое верное решение – отстраниться от неё.

Чем больше он пытался о ней не думать – тем больше он вспоминал о ней. Он заваливал себя работой, но всё безуспешно. Она не уходила из его мыслей, танцевала вальс в его голове, наслаждаясь тем, как он разрушается.

Она стала ему сниться. Много.

Он начал пить с друзьями. Много.

Они говорили, чтобы он написал ей, просто поговорил, выяснил, что к чему. Но он знал, что если у него и был шанс – то он давно его упустил.

Позже он не мог есть, не мог спать, потому что во всех снах была она. Перестал смотреть сериалы, потому что герои то и дело чем-то напоминали её. Возненавидел розе и сидр, перестал слушать те песни, что играли на даче. Он зарывался всё глубже в попытках убеждать от неё, но этим только глубже погряз в мечтах о ней.

Он промучился слишком долго, а потом резко встал с кровати и понял, что ему стало лучше. Да, он всё ещё думал о ней, но будто уже смирился, что ничего с ней не выйдет. И это придало ему сил – сил идти дальше, пускай и неся её всё ещё в сердце, но уже хотя бы, не убиваясь по ней.

Доктор вошёл в кабинет, внимательно изучил его анкету у себя в планшете, затем уселся за аппарат, и посмотрел внимательно на парня:

- Я знаю, что вы уже проделали весь этот путь, но всё-таки по правилам нашей больницы, я обязан вас спросить – вы уверены в своём решении?

Он задумался. Меньше всего сейчас ему нужны были эти вопросы, которые могли отвести его от истинной цели.

Он вспомнил, как две недели назад встретил её на перекрёстке. Он тогда замер, будто призрака увидел, а она шла ему навстречу в своём длинном чёрном пальто, улыбаясь. Она улыбалась так, будто всего этого месяца игнорирования и не было.

«Наверное, она просто не заметила моего отсутствия».

Она была доброжелательна, открыта и искренна. Его пугала её улыбка, потому что она могла тут же разрушить всё то, что он так тщательно выстраивал все эти недели, сломать ту стену, что он воздвиг, чтобы больше не подпускать её так близко к своему сердцу.

Но было поздно. Слово за слово, и вот он уже сидит с ней в той же самой кофейне, пьёт кофе и слушает о том, как она резвилась с друзьями на море: про все пьяные вылазки, про поход в горы с палатками, про езду на мотоцикле, про еду. Смотрит фотографии и видео, которые она сохранила на память.

Он знал, что нужно было бежать, отстраниться от неё – но он не мог. Он физически был не в состоянии оттолкнуть её, отшвырнуть куда-то вдаль и идти дальше.

Позже они виделись. Много.

Говорили, обнимались при встрече. От неё всё также пахло карамелью, а он всё также понимал, что для неё он просто случайный знакомый, возможно, друг, с которым она проводит время, когда никто не может.

Он возненавидел себя. Возненавидел себя за то, что вместо того, чтобы развивать все свои победы по её уничтожению в своей жизни – снова позволил ей быть в ней.

Он возненавидел её волосы, её зубы, родинки, ключицы и запястья. Ему стала отвратительна её одежда, голос и движения.

Из-за неё он снова не спал, мало ел и пил виски с друзьями в своём любимом баре. Из-за неё он пропускал эпизоды любимого сериала, потому что главная линия отношений так походила на их, что ему было невыносимо на это смотреть, так как он знал, что «happy end» не случится.

Он шёл к этой идеи долго, вынашивал её. Он понимал, что она не виновата в том, что его чувства так завладели им, что он влюбился, как четырнадцатилетний мальчишка и теперь вынужден скитаться по этому городу, словно призрак.

Она была хорошим человеком и верным другом, она не заслужила того, чтобы он её ненавидел за то, что полюбил. И он не был готов с ней расстаться.

Но и к новой порции боли, апатии и гоняющихся мыслей в голове – он тоже был не готов.

- Да, я уверен, - твёрдым голос произнёс парень, посмотрев врачу прямо в глаза.

- Хорошо.

«Хорошо» - было последним, что он помнил. На его голову водрузили какой-то аппарат, провели какую-то махинацию на огромном компьютере и через пятнадцать минут уже отпустили домой.

Из побочных эффектов обещали тошноту и головокружение, но ему было на это всё равно – главное, что он больше ничего к ней не чувствовал.

Он, правда, ожидал, что будет чувствовать хотя бы теплоту или нотки дружеской связи – но, по правде говоря, у него в душе было пусто.

Всё то, что раньше вызывало у него такой восторг и трепет – будто исчезло, превратилось в пыль, которую срочно нужно было вытряхнуть из своих внутренностей и отнести на помойку.

Когда он пришёл домой, то сделал себе кофе, открыл ноутбук и включил серию своего любимого сериала, удивляясь, как много эпизодов он пропустил из-за мыслей о ней.

Она написала ему первой, спустя три дня после операции, предложила встретиться, так как хотела с ним о чём-то поговорить. К счастью, в его расписании был свободный вечер, специально всё менять под неё – он уже больше не хотел.

Он больше не выбирал одежду часами, надеясь, не выглядеть глупо. Просто взял первое, что попалось на глаза. Встречу попросил назначить недалеко от дома, чтобы не мотаться далеко, ради какого-то там разговора.

Встретились они в его в любимом сквере, его это порадовало, и он решил, что возможно они даже подружатся.

Она волновалась – это было даже слишком заметно. Постоянно поправляла свои волосы, хотя даже ветра не было. Половину дороги они говорили о чём-то отстранённом.

Он был первым, кто не выдержал этой пустой болтовни и просто спросил:

- Так о чём ты на самом деле хотела поговорить?

Девушка остановилась, выглядела она так, будто её резко окунули в чан с холодной водой. Сердце у неё колотилось с такой скоростью, будто готово было выпрыгнуть, она смотрела на свои чёрные ботинки, боясь встретиться с ним взглядом.

Он хотел было ей помочь, сказать что-то ободряющее, но не успел – она начала разговор первой.

- Слушай, я знаю, что это довольно странно, но думаю, что ты уже догадался, что ты мне очень нравишься. Я всё ждала, когда ты первый признаешься, но ты этого не делал, да и я уже решила, что тебе неинтересна. Ну, а потом мы встретились, и я подумала, что у меня есть шанс, но, видимо, нет...прости, я просто уже не могла молчать. Лучше сказать сейчас, чем потом жалеть всю жизнь, что возможно я упустила свой шанс.

Он молчал. Смотрел куда-то вдаль, боясь произнести хоть слово.

Хотя что уж тут скажешь, он свой выбор уже сделал - а она сделала свой.

Он посмотрел в её глаза, которые были наполнены болью и страхом. Она уже и так догадалась какой будет ответ, но всё равно надеялась, что ошиблась. Верила, как маленький ребёнок, который ждёт письмо из Хогвартса, как только ему исполняется одиннадцать.

Он никогда не говорил тех слов, что должен был сказать сейчас и ему было тяжело, ему было жалко её, но лучше порезать её этими словами сейчас, чем бродить вокруг да около, а потом уже добить.

- Ты прекрасная девушка, но прости, ты мне не нравишься.

Она поникла, опустила глаза, стараясь не выдать тех слёз, что готовы были в эту же секунду политься по её щекам. Она дрожала, сжала кулаки, старалась сделать свой голос ровнее и не сорваться. Она испытала такой удар под дых, что даже не было сил дышать, но надо было.

Она произнесла сухо и пусто – «Ясно».

А затем ушла. Шла быстро, чуть ли не бежала, старалась уйти от него так далеко, как только можно.

А он стоял, смотрел на то, как когда-то самая красивая для него девушка в мире, бежит, чтобы больше к нему не вернуться.

На следующее утро она будет стоять на том же самом месте, где когда-то стоял и он. Изучит каждого пациента, что зашёл и вышел через эти двери. Будет вести долгий монолог с собой, но всё-таки переступит порог Лаборатории чувств, возьмёт талон и больше его никогда не увидит.