Неожиданный поворот, часть 5

Все вокруг кружилось, не давая ухватиться хоть за что-то. Вокруг одни тайны, интриги и предательства. Ко мне снова возвращалась апатия, глуша собой все остальные эмоции. Мне не хватило сил прочитать дневник, дальше первой страницы. Единственная надпись на первой странице, но она подвергла меня в шок.Я не могу больше держать-это в себе. Осознание того, что я натворила душит меня. Я предала его. Мой милый, я никогда не прощу себе того, что я сделала. Я не хотела. Он говорил так убедительно, что я поверила ему. Андрей, ты лучик света в моем аду. Ты подарил мне прекрасную дочь, но я не заслужила вас.Я продала весь компромат на твою деятельность. Он сказал мне, что тем самым спасет тебя, но он сделал все наоборот. Он убьет его и меня, но дочь я ему не отдам. Она не должна расплачиваться за наши грехиГлаза застилали слезы. Как она могла предать его?! Я не могу поверить, что она смогла-это сделать. Но что с ними стало. Может они и не умерли? Мысли смешались в кучу и не давали мысли в нужном направлении. Хотелось выть от, того что, родная мать предала нас с отцом. Её больше ничего не сможет оправдать. Если окажется, что она не умерла, то для меня-это не будет значить ровным счетом, ничего. Она умерла для меня. Предательство семьи-это самое страшное, что могло случиться в моей никчемной жизни.Тем временем я осушила не один бокал вина. Бутылка была наполовину пуста, а может и наполовину полна. Неважно. Голова начинала кружиться и в теле появилась приятная истома. После еще одного бокала я совсем расслабилась и откинулась на спинку дивана, позволяя всему ненужному выйти из головы. Трель дверного звонка заставила меня снова напрячься, но тут же подумала, что незваный гость может и подождать. Но он не собирался исполнить, то что я желала всей душой. Скрепя душой я подошла к злополучной двери и резко распахнула ее, даже не смотря в глазок. Увиденное подвергло меня в шок. Передо мной стоял блондин с голубыми, как лазурное небо глазами. Он был одет аккуратно, в нем все было идеально до чертиков, начиная с укладки волос, заканчивая четко отглаженными стрелками на штанах. К моему удивлению-это был Власов Ваня. На его лице была глупая улыбка, а в глазах искорки. Мне было непонятна его радость и я прямо перед его носом закрыла дверь. Но он снова решил нажать на этот злополучный звонок, но теперь его трель не только надоедала, но и отдавала в голову резкой болью.— Что тебе нужно, — Я не была настроена на разговоры, мне хотелось побыть одной.— Белла, я кое-что хочу сказать тебе. Открой, пожалуйста, — ну, что ему от меня надо...Медленно открываю дверь и в глаза сразу бросился небольшой букет ромашек.— Это тебе. Может зайдем? -его наглость поражала, но я его впустила, потому что знала, что врятли он отстанет. С Власовым мы никогда толком не общались, раньше он был любителем поиздеваться надо мной, но потом я показала себя и ко мне никто не лез.Мы зашли и на его лице появилась кривая усмешка. Что-то было с ним не так, но не трезвый мозг не мог это определись.— Не люблю, когда девушки пьют и курят...— Мне насрать, что ты любишь. Либо говори зачем пришел, либо вали— Послушай, ты очень клевая... Короче... Ех... Ты мне нравишься... Может ты согласишься быть моей девушкой? — и в этот момент он припал к моим губам почти невесомым, но чувственным поцелуем. Я не заметила, как начала неумело отвечать: терзать податливую плоть, прикусывать зубами и чувствовать металлический вкус на языке. Вкладываю в него всю боль, все страдания, но не чувствую ничего. Из невиного он быстро перерос в страстный. Грубо прислоняет меня спиной к стене и в это в этот момент я запускаю руки в его волосы, легонько оттягивая и поглаживая. Ваня подхватывает меня и заставляет обхватить себя ногами. Углубляет поцелуй, исследует языком мой рот. Но я абсолютно ничего не чувствую. Нет тех бабочек в животе, что так яро описывают в книгах.Но в этот момент его хватка ослабевает и он падает придавливая собой меня. Что происходит? Мысли стали трезветь, весь алкоголь окончательно выветрился. Тело Вани резко откидывают и только сейчас я замечаю, что-то теплое на руках. ЭТО КРОВЬ!!!!!!!! Меня начинает трясти как осиновый лист на ветру, паника накрывала меня с головой. Чьи-то руки поднимают меня и прижимают меня к себе, разливая ручейками тепло по телу. В этих объятиях я чувствовала себя защищённой.— Цветочек, как ты? — сейчас передо мной стоял наш химик. В глаза было чистой воды беспокойство.— Ч-что вы з-здесь делаете? Это... вы? Его... но...- язык заплетался и отказывался произносить, что-либо.— Тихо-тихо. Все хорошо. Я не дам тебя в обиду цветочек. Так все, собирайся, — и тут я натыкаюсь на изумрудные глаза, которые заглядывают прямо в душу. Но как? У Александра Владимировича глаза почти карие.— Это мой настоящий цвет глаз, а там были линзы, — ответил он на мой немой вопрос, — Так, сейчас иди собирай вещи и пошли.Он подтолкнул меня к моей комнате, что бы я собрала вещи. Совершенно не соображая, я чисто на автомате достала чемодан и кинула все, что попалось мне под руку. Как только последняя вещь была в чемодане, я краем глаза заметила мамин дневник и тоже положила его в чемодан. Медленно выхожу из комнаты, химик сидит на стуле в прихожей и о чем-то размышляет.— Ты уже собралась? — я утвердительно кивнула, — тогда пошли.Я все еще не отошла от шока. Тело Вани лежало в луже крови. В его крови. Стараюсь не смотреть на его тело и выхожу в подъезд.Лифт едет мучительно долго. Видимо он не хотел, чтобы я вышла на улицу. Но как только я открываю дверь подъезда, то снова стою в шоке. Около дома стоят, штук 5 за тонированных машин черного цвета. Такие показывают в криминальных фильмах. Из каждой машины выходит по одному бугаю, у каждого в руках пистолет. «Все мне пизда, щас меня грохнут и увезут в лес"-это единственное, на что способен мой мозг. И тут на мои плечи ложатся широкие ладони. Страх сочится из каждой жилки, но я не могу вскрикнуть. Голос, как будто испарился. И единственное, на что смог мой организм-это просто отключиться.К носу преподнесли, что-то отвратительно пахнущее. Провожу рукой, чтобы убрать, от себя тот дурно пахнущий предмет, но вдруг натыкаюсь на чью-то руку и резко открываю глаза. Пытаюсь встать, но затылок отдает тупой болью. Начинаю оглядываться, но не узнаю места в котором нахожусь.Я лежу на большой кремовой кровати с балдахином. Через большое окно просачивался дневной свет, освещая полностью всю комнату, которая была выполнена в светло-бежевых тонах.— Так, ложись обратно, тебе нельзя вставать, — Сильные рука подоткнули меня, для того чтобы я легла обратно, — не бойся-это теперь твой новый дом. Ты будешь жить тут со мной.Мои брови резко поползли вверх. Смысл слов еще не совсем дошел до меня.— Всмысле, жить тут, да еще и с вами? Нееет, вы сейчас же отвезете меня обратно домой, — Вот мне интересно он дурачок или прикидывается? Видимо химику на уроках кто-то случайно мозг вышиб.— Вот ведь пошли люди неблагодарные. Я тебя значит спасаю, а ты даже спасибо не скажешь? — Вот сейчас он был похож на обиженную женщину. Очень обиженную.— А я и не просила меня спасать. И вообще с чего вы взяли, что меня нужно спасать?— Тебе это знать не обязательно. Тебе угрожает опасность, поэтому мне был дан приказ увезти тебя в безопасное место. Ты не сможешь выйти дальше этого дома, еще некоторое время. Школа тоже отменяется. С тобой буду заниматься я. Этот дом абсолютно в твоем распоряжении, кроме самой последней комнаты. Там находится мой кабинет. А теперь отдыхай, я позову тебя на ужин, — с этими словами он вышел из комнаты. Его резкое изменение настроения меня напугала. Я совершенно не понимала, какая опасность может мне угрожать. Ведь до этого все было нормально.Поведение химика ожидало желать лучшего. То он обеспокоенный, то он серьезный, то как шут гороховый. И кто вообще дал ему приказ? Опять одни вопросы и нет ни одного ответа.Аккуратно встаю с кровати и тщательно осматриваю комнату.Она достаточно большая и светлая, в ней чувствуется уют. Прямо как дома, как жаль, что этого уже никогда не будет. Я не прощу свою мать.— Эх... Кто бы мог подумать, что все так закончиться. Хотя какой тут конец-это видимо только начало, — проговорила я в пустоту. Нда... Уже разговариваю сама с собой.Легкой поступью иду к окну по-мягкому коричневому ковру. Длинные ворсинки приятно щекочут ноги. В комнате было 2 окна, но одно было панорамное, а другое гораздо меньше его, только у него был большой подоконник, на котором можно спокойно посидеть с книгой или с чем-нибудь другим. Осторожно забираюсь на него и всматриваюсь в открывшийся мне пейзаж.Красивый еловый лес был покрыт снегом, лишь изредка мелькал серо-голубой цвет иголок. Нереально волшебное место, но до жути знакомое. И тут в голове замелькали обрывки странного сна. Это точно такое же место. Даже не так далеко виднеется тот самый обрыв. На душе теплеет. Но тот незнакомец, на кого он похож?— Оболенская, выходи. Скоро будет ужин. Тебя подождать или нет? — он вошёл настолько неожиданно, что я невольно вздрогнула.— Во-первых, надо стучаться. Во-вторых, у меня вообще-то есть имя, — теперь обиженной женщиной была я. Не ну, а что. А если бы я голой.— Ну дк мне тебя ждать или сама найдешь столовую. Поверь, этот дом достаточно большой для того, чтобы тут заблудиться. Один раз мы уже так потеряли одну девчонку, она была до жути вредной, — я в шоке посмотрела на него, пытаясь узнать врет он сейчас или нет. Но его лицо было до жути серьёзным, — да расслабься, шучу я. Не хватало еще, чтобы тебя удар хватил, с меня тогда три шкуры снимут.Я облегченно вздохнула и слезла с подоконника.— Одень тапочки, — он показал рукой куда-то около кровати. И почему я их раньше не увидела.Неуверенно подошла и одела простые домашние тапочки.—Не бойся, я пока еще кусаться не начал, но если будешь себя плохо вести, то начну, — ну вот опять его смена настроения. Я не успеваю подстраиваться под его темп. Ну и намучаюсь я тут.Как только мы оказались в столовой, то горничные судорожно начали накрывать на стол. Но даже это копошение, не мешало чувствовать уют дома.На ужин у нас была утка запеченная с картофелем и овощной салат. Но есть мне совершенно не хотелось и я вяло тыкала вилкой в салат.— Хочешь заморить себя голодом? Я не думаю, что эта хорошая идея, если ты не будешь есть, то я буду кормить тебя сам, — в данный момент я чувствовала себя пятилетним ребенком, который в силу вредности не хотел есть.—Я просто не хочу есть.—А что у тебя с Власовым? — резкая смена темы, но к сожалению Александр Владимирович был последним с кем я хотела это обсуждать.— Александр Владимирович, а вам не кажется, что это не ваше дело? — да-а, этот мужчина умеет выводить людей из себя.—Не кажется. Ты ответила на мой вопрос, -он был абсолютно спокойный, но от этого мне становилось не по себе.—Я не собираюсь рассказывать вам все аспекты моей личной жизни, -я попыталась ответить в тон ему, но у меня получилось достаточно жалко— И все-таки, я задал тебе вопрос? -он начал постепенно раздражаться. Но в моей голове резко возник очень гаденький план. Я решила вывести его из себя, но к сожалению я не подумала о последствиях— — Ну думаю, вполне могло быть, что-нибудь если бы вы так нагло не прервали нас. И кстати с ним все хорошо? — вот тут я и забеспокоилась ведь, на моих руках была его кровь.— Поверь цветочек, ему нужен был только одноразовый трах. На большее он не способен, — в его глазах промелькнула едва заметная тревога, но она так же быстро испарилась. Я чуть не задохнулась от возмущения. Да откуда ему знать, что именно нужно было Власову. Может я сама этого хотела! Меня тут же передернуло от этой мысли, я явно этого не хотела. Да еще и в нетрезвом состоянии.— Александр Владимирович...- я хотела возразить и спросить еще раз про Власова, но от меня перебил— Просто Саша. Я ведь больше не твой учитель, — и опять эта наглая ухмылка озарила его лицо. Сжала под столом кулаки. Как же он меня бесит.— Я не буду так вас называть! Мы с вами не друзья, а значит я буду называть вас Александром Владимировичем. А если вам не нравиться, то могу называть Полоумным химиком, — оу... Его реакция тешила моё самолюбие. Выражение его лицо нужно было снять на камеру. Я и не выдержала и залилась громким смехом. Нет, даже не смехом, а это был чистой воды ржачь.— — Оболенская, — он резко встал со стула, его лицо перекосилось от злости, но это вызвало у меня еще одну волну смеха, — Это я полоумный? Мне кажется, что на полоумную больше похожа ты— Я?! — приступ смеха резко прекратился и я тоже встала, — это я полоумная? Ну знаете, вы больше на психа похожи, — и тут я демонстративно отвернулась от него.— Теперь ты больше похожа на ежика, — медленно поворачиваюсь и тут же его руки ложатся мне на талию. Огромными глазами смотрю то на него, то на его руки. Но он идет против системы и начинает меня щекотать.— Ал-александр Владимирович, хватит! — я пыталась вырвать, но у меня не получалось, так как силы были не равны. Резкое падение на диван и мы заливается заливистым хохотом.Встречаюсь с его глазами и между нами взрывается тысяча искр. Его глаза такие изумрудные, будто в них вставили небольшие драгоценные камушки. Я поняла, что он и есть тот самый незнакомец из сна. И тут мой лед внутри тронулся, так как эти глаза осветили душу, заставляя бабочек ожить в животе и трепетать в тон сердцу.Неизвестная мелодия прерывает нас. Он встает и напрягается, эта резкость снова пугает меня. Голос из трубки заставил напрячься уже меня— Зря ты Белов затеял игру против меня. Ой, как зря...