Глава 17

«Ты больше не чужая. Ты — в моей жизни»(от лица Адрианы)

Мой будильник орал что-то ненавистное, и я вяло вытащила руку из-под подушки.— Понедельник. Чудо из чудес, — пробормотала я, вскакивая с кровати.

Я успела только натянуть футболку и открыть косметичку, как зазвонил телефон.Номер — уже знакомый.Джейс.

Я улыбнулась, и в ту же секунду ответила:

— Доброе утро, любимый разврат.— Вот это я понимаю — романтика, — усмехнулся он. — Надеюсь, ты сейчас не с другим.— Только с тональным кремом.— Ревную. А теперь слушай.

Он сразу перешёл к делу.— Я на днях уезжаю. Гостевая игра в Чикаго. Неделя. Хочу, чтобы ты поехала со мной.

Я замерла.— Что?— Не как трофей. Как моя девушка.— Джейс, я... У меня учёба и работа.— Где ты работаешь?

Я закатила глаза.— В редакции студенческой газеты. Пишу всякие обзоры, тексты для сайта.— А учишься на кого?— Журналистика. Профиль — спортивный медиа-аналитик.— Серьёзно? — его голос резко потеплел. — Да ты же идеальная.— Не льсти.— Я не льщу. Я думаю, ты должна поехать.

Я закусила губу.— Не знаю, Джейс...— Я всё решу. Скажи «да» — остальное сделаю я.— Я... подумаю.— Думаешь — значит хочешь. Я заеду после работы.    •   

После смены в редакции я вышла — и он уже ждал.Облокотившись на капот своей машины, в чёрной футболке, улыбка дьявола.— Поехали. К тебе. Переоденемся — и в клуб.— Ты решил, что я согласна?— Ты надела губную помаду. Значит — да.    •   

У меня дома он бросился на диван, а я открыла шкаф.— Что надеть?— Что-то короткое. Чтобы мои друзья знали, что я забрал богиню.— А ты не перегибаешь?— Ты не видела, как ты выглядишь, когда злишься. Я должен этим хвастаться.    •   

Когда мы вошли — его команда уже была внутри. Громкая музыка, столики, алкоголь, неон.Он сразу обнял меня за талию, притянул ближе.

— Ребята! Это Адриана. Моя. Не трогать. Только любоваться.

К нему подошли трое парней — и все с девушками.— Это Мэтт и его Джесс, — он показал на высокого блондина.— Ник и Тара.— И это Деймон. Он холост, дерзкий и уже хочет с тобой потанцевать.— Ему в глаз или по коленке? — спросила я.— За это я тебя люблю, — засмеялся Джейс.    •   

Мы пили, танцевали, я уже расслабилась.Джейс постоянно прикасался: то ладонь на бедре, то рука на затылке, то поцелуй в шею.И шептал всякую пошлость:

— В этом платье твои соски видно, когда ты двигаешься.— Ага, и что?— Я чувствую угрозу.— Кому?— Всем, кто их увидит. Я убью.

— У тебя шов на трусиках сегодня есть?— А у тебя мозг есть?— Не уверен. Кровь ушла ниже.

— Я хочу снять с тебя платье прямо на барной стойке.— Я тоже. Но только твою репутацию.— Моя репутация внизу твоих бёдер, детка

Он шепнул мне в ухо:— Поехали ко мне. Я хочу закончить то, что начал.    •   

Как только дверь закрылась — он притянул меня к стене и поцеловал жадно.Руки скользнули по спине, бёдрам, под платье.Он прижимал меня телом, дыхание рваное, губы — горячие.

— Я думал о тебе весь день. Как ты сидишь на мне. Как ты стонешь.

Он поднял меня на руки, понёс в спальню, положил на кровать.

— Сними это, — приказал.Я медленно стащила платье.Он сорвал с себя футболку и джинсы.Его тело — напряжённое, красивое, сильное.Моё — готовое.

Он склонился, провёл губами по животу, груди, шее.— Я хочу съесть тебя.

И начал.Его язык скользнул по моей коже, по клитору.Я выгнулась, схватила его за волосы.— Джейс...

— Молчи.— Не могу.— Стой.— Не остановлюсь.

Он поднялся, опустился между моих ног.И вошёл.Резко. Сладко.До конца.

Я застонала. Он начал двигаться.Сильные толчки, глубокие. Ритмичные.Он сжимал мои бедра, говорил пошлости:— Ты моя.— Ты вся во мне.— Смотри мне в глаза, когда кончаешь.— Вот так. Вот так, Адри.

Я кричала его имя. Он — моё.Мы потеряли счёт времени.    •   

Когда всё закончилось, он обнял меня, прижал к груди.

— Я хочу, чтобы ты была рядом. Не просто сегодня. Не просто в Чикаго.— А если я скажу «нет»?

Он поцеловал меня в висок.— Тогда я скажу «ещё не вечер».