Встреча

Я уже получила аттестат и все справки. Окончив нашу школу, я получила также специальность швея-закройщица. На руках у меня было и направление на работу на местную текстильную фабрику, но не факт, что меня  туда примут.

С жильем было сложнее. Квартиру бабушки как оказалось продали за долги (какие именно объяснять никто не стал), комнату в общежитии обещали дать только после трудоустройства. Так что мне предстояло решать более насущные проблемы. И все же предстоящая встреча не давала мне покоя...

Я сидела в парке на скамейке. Все мои небольшие пожитки уместились в старую дорожную сумку бабушки и мой походный рюкзак, оставшиеся ещё из моей прошлой жизни. Господи, как же это было давно.

На какое-то  мгновение память унесла меня в прошлое, в мое безмятежное детство. Мне вдруг вспомнился вкус пирогов ба: с малиной, с яблоками, с корицей. Вспомнилась ее улыбка, такая светлая, добрая, такая родная. Сердце снова сжалось от нестерпимой боли да так, что захотелось завыть.

Из последних сил я удерживала слезы, до крови кусая губы, плотно зажмурив глаза. Не хватало еще разреветься здесь в парке, на виду у множества людей. Но почему то именно сейчас, глядя как люди проходят мимо меня, спеша по своим делам, не обращая никакого внимания на одинокую девушку с баулами, мне стало вдруг так дико одиноко.

Да, я дала себе немного расслабиться, дала волю чувствам, но хватит. Достаточно! Просто, все как-то навалилось разом. Эти новые взрослые проблемы с работой, с жильем. А я так ждала, долго ждала этой свободы, этой взрослой жизни, что когда оказалась наконец-то по другую сторону интерната, совсем растерялась.

Как же так?!? Вот она - эта долгожданная независимость! Я вздыхаю полной грудью влажный воздух парка,но не ощущаю былой эйфории. Почему-то вместо радости мое сердце переполнено чувством одиночества и безысходности.

Я не знала, с чего начать, за что браться? И тут я подумала о Вере Васильевне, подруге моей ба, та самая, которая жила в соседнем подъезде и к которой приезжала Рита. Может быть она мне подскажет адрес Марго.

Обрадовавшись, что в моих мыслях появилось хоть какая то надежда на просветление, я поехала на железнодорожный вокзал, чтобы оставить в камере хранения свои вещи. Не пугать же старушку своими баулами, еще подумает, что я хочу взвалить свои проблемы на ее голову. Нет, думаю, так будет лучше.

Полная решимости сдав свои пожитки в камеру, я села в свой любимый трамвайчик #6 и поехала до боли знакомым маршрутом домой. Дом, милый дом. От дома у меня остались только адрес да воспоминания.

Я была настолько поглощена своими мыслями, нахлынувшими на меня, глядя на проносящиеся мимо знакомые дома, улицы, парк, магазины. Что-то было новым для меня, что-то до боли родным и знакомым. Поэтому я не сразу заметила пару глаз, с интересом наблюдавших за мной от самого вокзала.

Ближе к своей остановке, я оглянулась, поймав на себе настойчивый знакомый взгляд... Кажется, в то же мгновение весь мир вокруг замер. В глазах потемнело, во рту стало сухо, мне стало нечем дышать. На негнущихся ватных ногах я заставила себя выйти из вагона. Он вышел следом. . .

Я стояла, глотая воздух ртом, глядя на него затуманенным от слез взором. В приступе паники я попыталась бежать прочь, но страх, сковавший и парализовавший меня, не дал возможность сделать и шаг. И вместо побега получилось . . падение.

В ту же минуту, Плаха ринулся мне на помощь. В двух прыжках он оказался рядом и осторожно приподнял меня, полуобняв.

В одно мгновение в памяти всплыли страшные подробности того рокового вечера. И я в истерике стала рычать и вырываться из его сильных рук. Но постепенно приступ страха и паники стал стихать. И только сбившееся дыхание, растрепанный вид, кольцо его крепких, но теперь уже поддерживающих рук напоминали о той последней встрече.

- Прости, прости. . . Я так виноват. . . Котенок. . . Детка. Я никогда. . . никогда бы. . . никогда слышишь. . . Только не плачь, прошу тебя.

Это был его голос, голос Антона. Но чем внимательнее я всматривалась в знакомое лицо, чем больше я пыталась найти те самые жесткие грубые черты, тем в большей растерянности оказывалась. Я смотрела в эти когда то холодные темные глаза, полные злобы и тихой ненависти, но видела совсем другой незнакомый взгляд.

И пусть я знала это лицо, это тело, я знала и его прошлое, но передо мной стоял совершенно другой человек. Новый Антон? . . .

Что то новое появилось в его облике, в его взгляде, даже его голос стал мягче. Этот голос никогда раньше не просил, только требовал.

Мы продолжали стоять, глядя друг другу в глаза, крепко прижимаясь друг к другу. А рядом проходили люди, проезжали машины и автобусы, жизнь текла своим чередом и только для нас она остановилась. Может быть для нас в этот момент начиналась новая жизнь.

Для нас? Да, теперь я точно знаю, этот человек, который так крепко держал меня в руках, буд то боялся вновь потерять, этот человек, которого я ненавидела всеми силами души, Антон и я-теперь это Мы.

И пусть у каждого из нас в прошлом была своя беда, своя горечь потерь, своя боль, то теперь только вместе мы сможем преодолеть всё. Боль, которая не сломала нас, сделала нас сильней.