41. Freak on a leash.

Отряд самоубийц

- Лю­си! До­мой! - кри­чит Фло зыч­но на всю ули­цу. Она сто­ит на уг­лу и ожи­да­ет, ког­да её ма­лыш­ка от­ле­пит­ся от дру­зей, рас­це­лу­ет­ся с ни­ми на про­щанье, встрях­нет коп­ной пе­пель­но-ру­сых во­лос и, ска­ча на од­ной но­ге, пос­пе­шит к ней. Об­ни­мет с раз­бе­гу, спря­чет вес­нушча­тое ли­цо со вздер­ну­тым но­сом у неё в пе­ред­ни­ке и ра­дос­тно про­тянет «Ма­ма». Ра­ди это­го ко­рот­ко­го, са­мого ем­ко­го на све­те сло­ва сто­ит жить, про­сыпать­ся каж­дый день по ут­рам, ды­шать, де­лать, ид­ти впе­ред. Фло обо­жа­ет это са­мое сло­во — на­пол­не­но лю­бовью, ко­торую, мо­жет, она и не зас­лу­жила вов­се.

Се­год­ня Лю­си не то­ропит­ся до­мой. Фло зо­вет нес­коль­ко раз, но Лю­си так и не по­яв­ля­ет­ся. Ос­та­ет­ся толь­ко ждать, нер­вно пос­ту­кивая каб­лу­ком. У них ти­хий рай­он — сплош­ные бе­лые из­го­роди с вь­ющи­мися за­рос­ля­ми бе­шено­го огур­ца, хо­рошие со­седи, ко­торые всег­да прис­мотрят- приг­ля­дят, и улоч­ки, быс­тро пус­те­ющие пос­ле вось­ми ве­чера. Но все-та­ки это Го­тэм — дь­яволь­ский ко­тел — здесь нель­зя быть ни в чем уве­рен­ной на сто про­цен­тов. Фло дав­но бы пе­ре­еха­ла, ес­ли бы мог­ла. 

Ког­да сол­нце поб­лески­ва­ет за­кат­ным бо­ком, а Фло на­чина­ет бес­по­ко­ить­ся, она за­меча­ет его. Муж­чи­ну, в длин­ном тем­ном трен­че и ши­роко­полой шля­пе сре­ди жар­ко­го душ­но­го ле­та. Он смот­рится нас­толь­ко не ор­га­нич­но, не­нор­маль­но, что глаз не­воль­но цеп­ля­ет­ся за его длин­ный су­хопа­рый си­лу­эт. Фло зна­ет, что пя­лит­ся, но ни­чего не мо­жет по­делать, он её пу­га­ет, а от­то­го хо­чет­ся смот­реть ещё вни­матель­ней, ещё прис­таль­ней. 

Ког­да страш­ный нез­на­комец за­меча­ет Фло, она го­това пок­лясть­ся, что он улы­ба­ет­ся. Точ­но Фло ска­зать не мо­жет, тень от ши­роко­полой шля­пы скры­ва­ет вы­раже­ние его ли­ца, но тон­кие ми­мичес­кие мор­щи­ны сет­кой раз­бе­га­ют­ся от глаз. Приз­нак улыб­ки. Нез­на­комец за­кури­ва­ет. Прик­ры­ва­ет ли­цо ру­кой от вет­ра, щел­ка­ет за­жигал­кой, па­ру раз вхо­лос­тую, один — пря­мо в цель. Он вы­пус­ка­ет хрип­ло об­лачка си­зого ды­ма в тем­не­ющее не­бо, сто­ит се­бе на од­ном мес­те, пя­лит­ся на Фло в от­вет, в этом-то она уве­рена.

Ког­да он до­кури­ва­ет, он втап­ты­ва­ет оку­рок нос­ком бо­тин­ка в су­хую рых­лую поч­ву и идет пря­мо к ней. Фло ещё не ус­пе­ва­ет ис­пу­гать­ся как сле­ду­ет, ког­да он нас­ти­га­ет её. Ока­зыва­ет­ся пре­датель­ски близ­ко, дей­стви­тель­но улы­ба­ет­ся. Хва­та­ет за ру­ку, тя­нет в пе­ре­улок. Фло не мо­жет по­нять, по­чему имен­но она не вы­рыва­ет­ся. То ли у неё слиш­ком за­мед­ленная ре­ак­ция, то ли она нас­толь­ко по­раже­на не­кон­трол­ли­ру­емым ужа­сом, что бо­ит­ся и пис­кнуть. 

Джо­кер сни­ма­ет шля­пу и от­ве­шива­ет шу­тов­ской пок­лон. Пя­лит­ся, ска­лит­ся, не­отъ­ем­ле­мая улыб­ка на мес­те. Фло вжи­ма­ет­ся нап­ря­жен­ным те­лом в сте­ну, но взгля­да не от­ры­ва­ет. Джо­кер — за­нят­ный эк­зем­пляр, слиш­ком ужа­сен, что­бы ска­зать хоть сло­во, слиш­ком уди­вите­лен, что­бы не смот­реть. Как тигр в зо­опар­ке — дичь, да и толь­ко, сплош­ные мыш­цы, ког­ти, зу­бы, - смер­то­нос­ная кра­сота. 

Он хва­та­ет её за ще­ки, креп­ко, боль­но, ос­та­нут­ся си­няки, вер­тит её ли­цо, по­вора­чива­ет то в од­ну сто­рону, то в дру­гую. 

- По­хожа, - вып­ле­выва­ет он ко­рот­кое сло­во, слов­но ос­кор­бле­ние, буд­то гор­ше таб­летки он под язык не брал.

- На ко­го? - в за­меша­тель­стве пе­рес­пра­шива­ет Фло и тут же при­кусы­ва­ет язык. Яс­ное де­ло, на ко­го. На сес­тру по­хожа. Го­роши­ны из од­но­го струч­ка — так про них го­вори­ли в детс­тве. И хоть дво­юрод­ные, это не по­меша­ло при­роде сде­лать их оди­нако­выми. С од­ним лишь раз­ли­чи­ем — Фло здо­рова, а Хар­ли — нет. 

Джо­кер сме­ет­ся, слов­но Фло смеш­но по­шути­ла, но ис­крен­ней ра­дос­ти в его го­лосе нет, толь­ко хрип­лый со­бачий лай. Слов­но дол­го бе­жал, а те­перь, на­конец, ос­та­новил­ся и не мо­жет от­ды­шать­ся.

- Что те­бе на­до? - Фло, на­конец, на­бира­ет­ся храб­рости. Джо­кер не по­яв­лялся у по­рога её до­ма семь лет. Не мо­жет быть, что­бы при­шел сей­час. Это от­да­ет то­ликой че­ловеч­ности, не при­сущей мань­якам и пси­хопа­там, ко­им без сом­не­ния яв­ля­ет­ся её сво­як. Сло­во-то ка­кое, аж му­раш­ки бе­гут по спи­не. В кош­ма­ре та­кое не прис­нится.

- Сес­тру свою не ви­дела? - спра­шива­ет он ти­хо и нас­той­чи­во. Сло­ва его ис­те­ка­ют ядом, так, что Фло сра­зу по­нима­ет, что ищет он Хар­ли не с доб­ры­ми на­мере­ни­ями. 

- А на что она те­бе? - гор­до за­дира­ет под­бо­родок Фло. Она все ещё тря­сет­ся от ужа­са, гля­дя на его кро­ваво-крас­ные гу­бы, на саль­ные во­лосы с зе­лен­цой, на тон­кие бе­лые паль­цы, сжа­тые в ку­лаки. Но все же в ней на­ходит­ся ще­пот­ка сме­лос­ти. Ес­ли бы Джо­кер хо­тел её убить, дав­но бы сде­лал. Но он ведь в от­ча­янии, раз при­шел к ней. Зна­чит, Хар­ли ута­щила у не­го что-то та­кое, важ­ное, очень до­рогое, и лю­бая по­мощь в ро­зыс­ке бег­лянки ему при­годит­ся. 

- Она взя­ла кое-что ей не при­над­ле­жащее, - от­ве­ча­ет Джо­кер, а го­лос у не­го хо­лод­ный и да­лекий, гла­за чер­ные, пу­га­юще ди­кие. Монстр под кро­ватью шес­ти­лет­ки так бы и выг­ля­дел, ес­ли бы су­щес­тво­вал в ре­аль­нос­ти. Имен­но это чу­дови­ще впол­не се­бе жи­вое, нас­то­ящее. Он жмет её ру­ки, ос­тавля­ет си­няки, ска­лит­ся, брыз­жет ядо­витой слю­ной. Он хо­чет мес­ти.

- Я не знаю, - фыр­ка­ет Фло раз­дра­жен­но, - я не ви­дела Хар­ли поч­ти год уже как.

- Врешь! - ус­ме­ха­ет­ся Джо­кер. - Врешь и не крас­не­ешь, но мы мо­жем ис­пра­вить этот ма­лень­кий не­дос­та­ток! - Джо­кер вых­ва­тыва­ет ма­лень­кий нож в по­теках ста­рой кро­ви из внут­ренне­го кар­ма­на и прик­ла­дыва­ет его к ще­ке Фло. Да­вит, так, что­бы она по­чувс­тво­вала вкус ста­ли, что­бы по­няла, что он серь­езен. 

- По­жалуй­ста, не на­до! - Фло так силь­но тря­сет­ся в его ру­ках, бо­ит­ся, что он её по­режет, да­же не же­лая это­го. - Я ни­чего не знаю! Она при­ходи­ла три дня на­зад, но ни­чего не ска­зала. Толь­ко по­дарок для мо­ей до­чери при­нес­ла — кук­лу-ба­лери­ну! - Фло не пла­чет, но сле­зы неп­ро­из­воль­но те­кут по её ли­цу, она об­ли­зыва­ет со­леные гу­бы, ку­са­ет их до кро­ви.

И не­ожи­дан­но Джо­кер так же быс­тро и прос­то от­пуска­ет её, хва­та­ет за за­пястье, сно­ва тя­нет на свет глав­ной ули­цы. Они сто­ят на уг­лу, сол­нце поч­ти се­ло. Фло ути­ра­ет сле­зы, ку­лаком раз­ма­зыва­ет по ще­кам тушь для рес­ниц. Джо­кер сно­ва на­дева­ет шля­пу, поп­равля­ет шарф на чу­довищ­ной ух­мылке. 

- Да­вай, по­зови её, - он не улы­ба­ет­ся, мор­щи­ны не тро­га­ют ко­жу вок­руг глаз. Он так серь­езен, что Фло не ос­ме­лива­ет­ся от­ка­зать. Мо­жет, хоть при Лю­си он не ста­нет ни­чего де­лать. Не смо­жет, не пос­ме­ет, не важ­но. Она же ре­бенок. 

- Лю­си! - сно­ва кри­чит Фло. Вы­ходит хрип­ло и сдав­ленно. Она мо­лит­ся, что­бы де­воч­ка её не ус­лы­шала. Но все вы­ходит на­обо­рот. Хо­хоча, Лю­си выс­ка­кива­ет из-за уг­ла, бро­са­ет­ся к Фло, уты­ка­ет­ся ли­цом ей в пе­ред­ник и счас­тли­во тя­нет: «Ма­ма».

Фло всю тря­сет, она при­жима­ет ре­бен­ка к се­бе, гла­дит дро­жащи­ми паль­ца­ми по свет­лым куд­ряшкам. 

- При­вет, ма­лыш­ка, - скри­пуче вы­гова­рива­ет Джо­кер, при­каса­ясь длин­ным бе­лым паль­цем к во­лосам Лю­си. Де­воч­ка вздра­гива­ет, раз­во­рачи­ва­ет­ся в объ­ять­ях Фло, смот­рит на Джо­кера. Он нем­но­го сдви­га­ет шарф, улы­ба­ет­ся ей сво­ей шра­миро­ван­ной, зас­тывшей в од­ном по­ложе­нии улыб­кой. 

- Чу­дище, - нес­ме­ло вы­гова­рива­ет Лю­си, ти­хонь­ко ух­мы­ля­ет­ся. Фло смот­рит на неё и бо­ит­ся ды­шать. Страш­но, по­тому что ни­кому Джо­кер не поз­во­лит се­бя так на­зывать, го­лову сни­мет с плеч тут же. Уди­витель­но — Лю­си так по­хожа не толь­ко на её не­путе­вую сес­тру, на от­ца силь­но по­хожа. Как две кап­ли во­ды. Нель­зя им бы­ло встре­чать­ся. Нель­зя смот­реть друг на дру­га. Не­зачем.

- Ес­ли.. - на­чина­ет Фло, а у са­мой го­лос тря­сет­ся, - ес­ли ты все спро­сил, что хо­тел, то мы пой­дем. Лю­си зав­тра в шко­лу.

Джо­кер ух­мы­ля­ет­ся. Сно­ва за­кури­ва­ет. Жу­ет кон­чик си­гаре­ты. Са­люту­ет од­ной ру­кой и го­ворит:

- Ес­ли уви­дишь сес­три­цу, ска­жи, что я её ис­кал. Пусть вер­нет то, что заб­ра­ла, и все бу­дет за­быто. 

Фло сгла­тыва­ет, ки­ва­ет го­ловой, креп­ко сжи­ма­ет ла­дош­ку Лю­си в сво­ей. 

- По­ка, ма­лыш­ка, - на про­щанье го­ворит Джо­кер, вне­зап­но дос­та­ет из кар­ма­на трен­ча ма­лень­кую мо­дель го­ноч­но­го ав­то­моби­ля и вру­ча­ет Лю­си. 

- По­ка, чу­дище. Воз­вра­щай­ся ско­рее! - ра­дос­тно вы­да­ет де­воч­ка, сжи­мая по­дарок в ла­дош­ке. 

Фло за­мира­ет на мес­те, смот­рит на ре­бен­ка, бо­ит­ся отор­вать взгляд. А Лю­си про­дол­жа­ет ма­хать ру­кой с за­жатой в ней ма­шин­кой уда­ля­ющей­ся фи­гуре в тем­ном трен­че. Она ведь дочь сво­ей ма­тери, лю­бит. Фло не уве­рена, что имен­но ута­щила Хар­ли у Джея, но зна­ет, что это не день­ги, не поб­ря­куш­ки, что-то ку­да важ­нее. Фло не уве­рена, что Джо­кер хо­чет вер­нуть про­пажу, не во­ров­ку. Фло не сра­зу за­меча­ет, что в ру­ках у Лю­си за­жата крас­ная ма­шин­ка с на­тяну­той на неё ро­зовой ба­лет­ной пач­кой. Фло бы проп­ла­кать­ся. Не бу­дет. Вмес­то это­го улы­ба­ет­ся.