LOVELY

Сегодня я встала пораньше и сидела в прогретой машине, когда до начала рабочего дня оставалось около часа. Машина плавно отъехала от дома и заскользила по очищенной дороге. Я уже вырулила на главную дорогу, как на телефон пришло сообщение, и я открыла его.

[08:00] Чонгук-и: Лучшая моя подруженька, ты ведь не спишь?

[08:01] Я: Нет, что-то случилось?

[08:01] Чонгук-и: *вложение*

Я открыла фото и внимательно присмотрелась. Среди белого тумана было едва различимое поле в дали, кажется продуктовый магазин и песчаный карьер, занесённый снегом. Догадки начали появляться у меня в голове, но я решила перестраховаться и быстрее ответить другу.

[08:03] Я: Когда ты сделал эту фотографию? Сейчас?

[08:03] Чонгук-и: Как ты угадала?

[08:04] Я: Какого чёрта? Ты опять напился и потерялся? Тебя преследовали коллекторы и не добили в лесу? Или ты пошёл на поиски Санты?

[08:05] Чонгук-и: Я не помню... Забери меня...

[08:05] Я: ...ладно

Я убрала телефон в карман и схватилась за голову. Снова и снова. Я постоянно вытаскиваю твою задницу из проблем, иду на риск, спасая тебя от неприятностей. Ты заставляешь меня страдать, мучаешь меня, но я всё равно люблю тебя, Чон Чонгук.

Я развернула машину и поехала на песчаный карьер, рядом с элитным районом. Город у нас маленький, так что я быстро сообразила, где сейчас находится мой друг. Остановив машину и выйдя наружу, почувствовала, как снежный туман поглощает меня, и теперь захватывает не только тело, но и душу. Всё вокруг казалось таким холодным, блеклым и загадочным, как в старой страшной сказке. Я набрала номер Чона, но видимо его телефон разрядился, и женский голос автоответчика рвал мне душу. Чертыхнулась, запинаясь о кочку и пошла вперёд по сугробам, чувствуя обжигающе-холодный снег, в которых утопали мои ноги, и никакие сапоги или тёплые колготки не спасали от этого.

- Чонгук!

Мой крик эхом прокатился по карьеру и утонул в пелене. Я испугалась: а вдруг он замёрз и ему больно? Или уснул и может умереть от холода? Может на него напали? Ноги понесли меня в неизвестном направлении, сердце зашлось как бешеное, а голос надрывался и звал его. Деревянная коряга, будто из ниоткуда, появилась передо мной и, споткнувшись, я полетела вниз. Как я могла не заметь обрыв и полететь в карьер? Теперь найдут меня с проломленным черепом, в алой луже на белоснежном снегу. Страшно-красивая, но глупая смерть.

К счастью, умереть мне не дали. Я свалилась прямо в чьи-то объятия, и мы кубарем покатились по небольшому склону. Отдышаться не успела, как меня сжали в объятиях, а жаркое дыхание опалило ухо:

- Ты меня нашла!

Я выбралась из объятий и посмотрела на своего спасителя. Да, это был Чонгук, но в каком виде! Волосы все в снегу, как и прочая одежда, глаза опухли, губа разбита, и взгляд карих глаз был затуманенным и грустным.

- Недоразумение моё, пошли скорее в машину греться, ты совсем замёрз! - стянула с себя шапку и шарф, напялила на парня и потянула его из карьера. - Ругаться пока не буду, но потом ты у меня получишь!

В тишине мы выбрались из карьера и вокруг рассеялся туман, так что я сразу нашла машину и затолкала парня на пассажирское сидение. Сама села вперёд, завела машину, включила печку и поехала к дому Чонгука. Он отогрелся и задремал сзади, пока мы ехали к нему, а я обеспокоенно нашарила телефон и посмотрела на время. Фух, ещё пятнадцать минут до начала рабочего дня, я успею. Чонгук во сне зашевелился и тихо прошептал слова, от которых мне нестерпимо стало больно: «Не уходи, Шихо, не бросай меня...». Я закусила губу и отвернулась. Конечно, кроме Шихо не было другой причины напиться в хлам и потеряться. Она была красивой девушкой, с которой Чон встречался со старшей школы и за этот длительный период отношений, они точно раз двенадцать расставались, но потом мирились и снова сходились. В последнее время их примирения хватало на неделю или от силы на две, а потом по кругу: ссоры, скандалы, выпивка и я снова спасаю друга. Не знаю зачем делаю это всё, но остановиться уже не могу.

Немного пошевелила ногами и скривилась: колени неприятно засаднило. Видимо напоролась на что-то, пока падала, порвала колготки и разодрала колени. Мысленно представила себя сейчас: макияж потёк, волосы растрепались, снег забился куда только можно было, колготки в клочья, кровь течёт. Фыркнула и повернула машину прямо во двор к подъезду Чона. Вышла, открыла заднюю дверцу и толкнула его.

- Вставай, принцесса, а то весь бал проспишь.

Он встрепенулся, широко зевнул и вышел из машины. Потом потрепал меня по голове и пошёл к подъезду.

- Спасибо, мелкая, я угощу тебя чем-нибудь вкусненьким! - крикнул он и скрылся за дверью.

Я вернулась обратно в машину и думала, как буду объяснять коллегам свой внешний вид, и можно ли будет исправить что-то в нём. До начала оставалось пять минут, а я только заехала на подземную стоянку и нашла себе место. Осторожно вылезла из машины, шипя от боли в ранах, стала отряхивать снег с себя.

- С каких пор ты у нас работаешь таксистом? - знакомый мужской голос насмешливо обратился ко мне.

Я обернулась. Точно, это был Мин Юнги. Мой директор, лучший друг Чонгука и по совместительству мой друг тоже. Он был в строгом деловом костюме, классическом пальто, с идеальной укладкой и дорогими часами на запястье. На его фоне я смотрелась просто убого: как маленький потрёпанный воробушек, только что избежавший когтей кота. Я поклонилась ему и опустила глаза. Щёки жгло, и было очень стыдно перед ним.

- Доброе утро, директор. Не понимаю о чём вы.

- Чонгук.

Он вальяжно уронил одно слово, и мне тут же захотелось провалиться под землю. Ну, точно же! Он знал о том, что я постоянно выручаю Чона и тот ему наверно уже позвонил, жалуясь на Шихо и приключения в карьере. Юнги тяжело вздохнул и набрал чей-то номер.

- Мы с секретарём отъедем по важным делам. Ага, я вас понял. Продолжайте работу.

Он повесил трубку и подошёл ко мне. Я боялась посмотреть ему в глаза и ещё сильнее покраснела, когда он убрал выбившуюся прядь за моё ухо.

- Когда же ты наконец повзрослеешь? - он развернулся и подошёл к моей машине. - Моя машина сломалась, будешь сегодня моим водителем, на работу я уже позвонил.

Он сел в машину, я следом. В тишине мы выехали с парковки, а затем Юнги просто вбил адрес в навигатор, проложив мне путь. Мы приехали в уютное кафе. Он вышел, попросив меня подождать. Через десять минут Юнги вернулся с пакетом и бросил его на заднее сиденье.

- За кафе есть стоянка, давай туда.

Я послушно повела транспорт и заглушила двигатель.

- Сиди на месте, - бросил он, вылезая из машины, прихватив с собой пакет.

Потом Юнги открыл мою дверь и развернул меня к себе. То, что произошло дальше, заставило меня ещё больше покраснеть и смутиться: он достал из пакета перекись, обработал мои колени, а затем налепил пластырь. И каждый раз дул на рану, чтобы облегчить мне боль.

- Не нужно, я сама... - попыталась остановить его, но на меня так посмотрели, что я предпочла заткнуться и больше не пикать.

- Готово, - Юнги выпрямился и отряхнул руки. - Есть во что переодеться?

- Да, есть запасные джинсы.

- Жду тебя внутри.

Он закрыл мою дверь и зашагал прочь, оставляя меня в полном смятении. Почему он так поступил? Я слишком хорошо его знаю, и это поведение разниться с обычным Юнги. Всегда холоден и ответственен, не общался с девчонками (я была исключением), хотя не был обделён женским вниманием. Не знаю почему он терпел нас с Чонгуком - один был слишком эмоционален и вспыльчив, попадал в неприятности, был сорвиголовой, а другая вечно молчаливая и скромная, постоянно разруливала эти самые неприятности. Это сейчас я стала немного смелее, потому что повзрослела и поняла, что моя тихая натура не всегда играет мне на руку, и нужно иногда уметь постоять за себя. А так почти не изменилась с того времени, как и мои друзья. Чонгук связал работу с активным образом жизни, и я не удивилась, увидев Юнги моим начальником в кампании. Но сегодняшний день... Неожиданно, что он показал мне свою заботливую сторону. Я знала, что он на самом деле очень добрый и заботливый, но он впервые показывает это открыто, и он точно никогда не вёл себя так со мной. Пожалел меня? Или это просто вежливость? Ай, да неважно! Пока я тут сижу думаю, время бежит, а Юнги ждёт меня. Я быстро залезла в бардачок и достала джинсы, которые надела поверх колготок, схватила сумку, закрыла машину и пошла в кафе.

Тепло обволокло меня с ног до головы, я почувствовала аромат свежей выпечки и корицы. Юнги сидел за дальним столиком на диване и смотрел в телефон. Я подошла к нему, осторожно села напротив и облокотилась на мягкие подушки. Парень слегка мазнул по мне взглядом и снова уткнулся в телефон. Наше неловкое молчание нарушил официант, который принёс нам по кружке какао и шоколадному кексу. Юнги смерил грозным взглядом официанта и надменно произнёс:

- Почему здесь два какао?

Официант понял, что перепутал заказ и задрожал как осиновый лист.

- Быстрее поменяй на молоко с мёдом, пока я не пожаловался твоему начальству.

Официант закивал так часто, что я подумала, у него отвалится голова, прижал к себе поднос и убежал на кухню. Вернулся он очень быстро и поставил молоко нам на стол. Юнги кивнул юноше, и тот просто испарился. Теперь Юнги перевёл свой взгляд на меня, который тут же смягчился, и пододвинул кружку ко мне.

- У тебя же аллергия на какао, верно?

Я молча кивнула и взяла кружку в руки. И откуда он узнал про какао? Я как-то говорила об этом, но это было так давно...

- Ты любишь его.

Кекс выпал у меня изо рта, а я уставилась на Юнги. Что он сказал?

- Знаешь, то, что мы храним очень давно, может потерять свою ценность, - невозмутимо продолжил Юнги. - Мы можем и не считать это нужным, но по-прежнему храним, потому что нам жалко выбросить.

До сих пор он смотрел куда-то в окно, но теперь перевёл свой взгляд на меня, и я встретилась с внимательными ореховыми глазами. Сердце пропустило удар, я затаила дыхание, смотря в его глаза.

- Не думаешь, что стала для Чона именно такой вещью? Памятной, но ненужной...

Меня как будто холодной водой окатили и я резко очнулась. От едких слов друга, в глазах появились непрошенные слёзы, пришлось опустить взгляд, чтобы он не видел их.

- Ты для меня очень дорогой друг, так что подумай на досуге об этом и не держи на меня зла. За еду я заплатил, сам доеду на такси.

Он встал, запахивая пальто, и вышел, хлопнув дверью, а в моей голове всё ещё продолжали звучать его слова. Я закрыла глаза и положила руки на стол, спрятав там лицо. Сейчас я испытывала смешанные чувства - хотелось зарыдать и разозлиться, но я просто встала и вышла из кафе, села в машину и понеслась прочь. Машину остановила прямо у подъезда, пулей пролетела по лестнице три этажа, и только оказавшись в своей родной квартире, спокойно упала на диван в зале и устало закрыла глаза.

Мысли с новой силы стали рождаться в моей голове. Что если Юнги прав? Что, если Чону просто жалко меня? Может я для него всего-навсего девочка на побегушках, которую можно легко использовать? Встречается-то он с Шихо, а ко мне приходит жаловаться на неё или за помощью. С ней он ходит на свидания, дарит цветы, нежно обнимает и целует, а со мной только пьёт или просто зовёт иногда в караоке, которые я не люблю. Он курит, зная, что я не переношу сигаретный дым. В моём шкафу всегда стоит банка с какао для него, хотя после того как мы пьём его, моя кожа покрывается сыпью и зудит. А знает ли он? Может, в отличие от Юнги, он никогда не обращал на такие вещи внимания. Если задуматься, то он всегда был внимательнее Чонгука. Когда мы вместе возвращались домой он шёл со стороны проезжей части, закрывая меня от машин. Всегда помогал таскать мне сумки, которые Чон сбагривал мне. Помогал мне выпутывать Чона из всяких передряг или как сегодня - помнил про мою аллергию. Почему я всё время не замечала этого? Юнги прав, Чон привык ко мне как к удобной вещи, которую можно всегда использовать. Я столько лет молчу о своих чувствах, что они уже, как цепи, душит меня и не даёт начать свободную жизнь. Тянут вниз, мешают посмотреть на кого-то, кроме Чонгука. Мне пора признаться ему. Выяснить раз и навсегда отношения между нами.

Мозг от долгой мыслительной деятельности устал и скоро отключился. До самого утра я проспала без сновидений и бодро собиралась на работу. Вчера я привела все свои мысли в порядок и мне стало легче дышать, как будто разом решила все свои проблемы и меня ждёт отдых. Но работа есть работа, и я снова вернулась в рутину. Это отдай, то распечатай, здесь измени. С Юнги мне никак не удалось переброситься и парой слов, кроме сухого "здравствуйте". Тот вёл себя как обычно, и я тоже не стала паниковать и волноваться. В обеденный перерыв я робко постучала в его дверь и зашла внутрь. Юнги сидел в кресле и массировал затёкшие плечи. Он был немного удивлён видеть меня и я первой заговорила с ним:

- Юнги, я насчёт вчерашнего. Ты прав, мне давно нужно было подумать об этом и я ничуть не сержусь на тебя.

Юнги махнул рукой, подзывая к себе, и я подошла ближе. Теперь я свободно могла провести по его волосам или даже взять за руку... Но о чём я думаю? Это же мой начальник и друг! Только вот очень уставший...

- Может сделать тебе массаж? - выпалила я и прикусила язык. Вот зачем я это сказала?

- Хорошо.

Он неожиданно согласился, а я встала позади него и положила руки ему на виски. Мягкими массирующими движениями я начала массаж, а Юнги издал какой-то стон и хрипло прошептал:

- Чёрт, где же ты была раньше...

Хоть в этом тексте не было ничего такого, мои щёки всё равно покраснели, ведь из его уст это звучало очень пошло и притягательно. Закончив с головой, я перешла на плечи и услышала расслабленный вздох. В течении десяти минут я массировала его широкие плечи, а когда закончила, обнаружила, что он уснул. На кожаном диване, у стены, лежал плед, которым я укрыла друга и тихонечко вышла из кабинета, предупреждая весь отдел об уставшем директоре. Рабочий день через пару часов закончился, и я, прежде чем вернуться домой, заехала в торговый центр купить продуктов. Я ходила с железной корзинкой среди стеллажей и снова встретила Юнги. Он стоял в отделе стиральных порошков и никак не мог выбрать нужный.

- Что тебе нужно постирать? Чёрное, белое? Или цветное? - спросила я.

- Всё, - коротко ответил он.

- Тогда возьми вот это - для цветного, это - для чёрного, а это - для белого. Я указала на упаковки, а Юнги послушно сложил всё в свою корзину.

- Помочь с чем-нибудь ещё? - он кивнул головой, и мы пошли исследовать магазин дальше.

Когда с покупками было закончено, я напоследок зашла в мебельный салон, уточнив ещё раз время и дату приезда их машины.

- Переезд? - спросил парень.

- Да, на этих выходных. Чонгук обещал помочь с вещами.

Юнги кивнул и мы вместе вышли из торгового центра. Распрощавшись, каждый из нас пошёл своей дорогой. Дома я поужинала, упаковала последние вещи и легла спать, в ожидании переезда и Чонгука.

Утро меня порадовало солнцем и отсутствием снегопада. Я сидела на кухне и мешала сахар в кружке с какао для друга, но ни через десять минут, ни позже, он не позвонил и не приехал. Я набрала его номер, но мне ответила Шихо, которая заспанным голосом сообщила, что он очень занят и не может разговаривать. Стало обидно, ведь мы договаривались с ним, так что я вылила какао в раковину и убрала посуду в коробку. Скоро должна приехать машина и забрать вещи, а я всё вожусь здесь. Я надела одежду, взяла в руки коробку и спустилась вниз. Выгрузила её на скамейку и вздохнула.

- Теперь ты и грузчик у нас?

Снова этот насмешливый голос. Сзади стоял Юнги в тёплой куртке и, скрестив руки, разглядывал меня. Я подошла к нему намотала ему на шею свой шарф.

- Ты можешь заболеть. И нет, я не грузчик, если тебе интересно. Просто...

-... у Чонгука опять появились неотложные дела, - продолжил за меня друг. – Или, скорее, дело.

- Ты посмеяться пришёл?

- Нет, помочь. Показывай, где тут у тебя квартира.

Я впала в ступор на какое-то время, но отбросила лишние мысли и повела парня в квартиру. Он за один раз взял три коробки и с лёгкостью спустил их вниз. Мы быстро перетаскали вещи вниз, а потом так же быстро загрузили их в мою машину. Затем мы поехали в мою новую квартиру, где нас уже ждала машина мебельного магазина, с моим заказом. Они установили мне газовую плиту, которая очень долго шла ко мне в отличие от другой мебели, и перетащили все вещи из моей машины в новую квартиру. Я предложила Юнги остаться на ужин и тот согласился. Пока я подогревала еду, он помогал распаковать последние вещи и расставлял их. Скоро мы сели за стол и приступили к еде. Юнги был очень голодным, раз так быстро съел свою порцию и захотел добавки. Потом Юнги предложил помочь с посудой. Я сначала отпиралась, но он всё равно отобрал у меня губку и помыл тарелки. За окном уже было темно и на небе стали появляться крохотные звезды.

- Юнги, уже поздно, давай я подвезу тебя.

- Не стоит, - он провёл руками по волосам и посмотрел в окно. - Я живу этажом выше.

- Что? - я была откровенно удивлена. - Почему ты раньше не сказал?

- А ты и не спрашивала.

Он встал и вышел в коридор, где стал одеваться. Я последовала за ним.

- Спокойной ночи, не забудь закрыть за мною дверь, – он вернул мне шарф и погладил по голове. – И если тебе опять будет нужна помощь, позови меня, а не Чонгука.

- Спасибо! – успела ответить я, прежде чем дверь закрылась.

Я вернулась на кухню и расставила тарелки по местам. Потом переоделась в пижаму и неожиданно громко чихнула. По коже пробежала лёгкая дрожь, я поспешила забраться под одеяло и удобно устроить голову на подушке.

На следующий день я проснулась в отвратительном состоянии. На голову будто надели железный обруч, в горле была сухость и неприятное першение, тело накалилось до самой высокой температуры и очень хотелось спать. Приключения с другом и вчерашний переезд решили обрадовать меня и подарили такой ма-а-аленький подарок – простуду. Встать с кровати не получалось – голова кружилась, но работу никто не отменял, да и начальство не хотелось снова напрягать. Хватит, отдохнула уже! Собрав последние силы, я кое-как встала с постели, выпила молока, немного привела себя в порядок и покинула квартиру. В кармане куртки нащупала ключи и двинула в сторону машины, но голова закружилась сильнее и земля ушла из-под ног. Я завалилась в сугроб и даже не попыталась встать – холодный снег показался мне мягкой периной, с которой не хотелось вставать.

- Это такой новый вид спорта – в снегу валяться? – раздался знакомый голос и тут же сильные руки оторвали меня от созерцания кружевных снежинок и поставили на ноги.

- Просто голова немного закружилась, – виновато прошептала я и уткнулась лицом в пальто друга.

Руки Юнги покрепче прижали меня к себе, не давая снова упасть, а я, забыв обо всём на свете, вдыхала свежий морозный воздух вместе с запахом дорогих духов, исходящих от парня. Он пах так приятно – лёгким морским бризом с нотками бергамота и чем-то таким неуловимым и давно забытым...

- Да ты заболела! - Юнги посадил меня на лавочку, всё ещё придерживая за плечи.

Я посмотрела на него и улыбнулась – никогда ещё не видела его так близко. А он оказывается красавчик – мягкие черты лица, выразительные глаза и розовые губы, пусть и немного потрескавшиеся от мороза. Вот же! Что только не приходит в больную голову! Совсем крыша поехала, давно надо было мужика себе завести, а не пускать слюни на собственного начальника.

- Температуру мерила? – я мотнула головой.

Он приблизился ко мне и коснулся шероховатыми, но тёплыми губами моего лба. Мысли из головы мгновенно улетучились, и почему-то захотелось, чтобы этот момент длился вечность.

- Совсем крыша поехала, у тебя же минимум тридцать восемь! - я согласно кивнула: крыша точно поехала, раз я сейчас думаю только о твоих шершавых губах, которые хочется поцеловать. – Зачем на работу собралась?

Я оставила вопрос без ответа: тело совсем меня не слушалось и мысли путались в голове. Юнги громко вздохнул и осторожно поднял меня, перекинув через своё плечо. Он занёс меня в подъезд и вызвал лифт. Остановившись около моей двери, он свободной рукой залез в карман моей куртки и нашёл ключи. Не разуваясь, сразу пошёл в мою комнату и осторожно посадил меня на кровать. Я даже возмутиться не успела, когда он присел передо мной на колени и стал снимать обувь. Потом с какой-то нежностью и заботой снял куртку и шарф. На мне ещё оставалась рабочая блузка и тёплые штаны. И если в штанах я смогу спокойно поспать, то в блузке мне станет ещё жарче и она вся пропитается потом.

- Дай мне футболку. В комоде, второй ящик, – попросила я Юнги об услуге.

Он послушно подошёл к комоду и достал мне чёрную футболку. Он кинул её мне и вышел из комнаты. Я еле переоделась и заползла под одеяло, желая уснуть.

Разбудил меня скрежет ключа в замочной скважине, хлопок двери и чьи-то шаги. В спальню вошёл Юнги.

- Проснулась? – поинтересовался он и поставил на кровать пакет. – Я купил тебе лекарств и некоторые продукты.

- Спасибо...- смущённо отозвалась я, но тут же спохватилась. – Слушай, а ты не боишься, что я тебя заражу?

- Нет, не боюсь, – он достал несколько таблеток и положил мне в руку. – Зараза к заразе не пристаёт.

Мы оба улыбнулись, и только сейчас я заметила, какая у него улыбка: такая очаровательная и притягательная. Когда он улыбается, он обнажает ряд белых зубов и его глаза превращаются в маленькие полумесяцы. Никогда раньше не замечала этого.

- Пойду принесу воды.

Я кивнула и потрясла головой. Что за мысли такие? То запах, то улыбка, то поведение – ничто не даёт мне покоя. С каких это пор я стала смотреть на Юнги, как на своего парня? Бред какой-то! Мы же друзья! И вообще, мне нравится Чонгук! Или уже нет?

- Прими таблетки, – я послушно проглотила таблетки и выпила воду, которую принёс мне друг. - А теперь ложись спать, я ещё приду.

Я проболела две недели. И хоть и чувствовала себя неплохо, Юнги каждый раз хмурился и не пускал меня на работу. Целыми днями я читала книги, смотрела фильмы или просто спала. Юнги навещал меня каждый день, приносил продукты, лекарства и проводил со мной все вечера. Я радовалась нашей дружбе, которая перешла на новый уровень, и старалась не думать о том, что у нас могли бы быть отношения. Может, друг – даже лучше, чем парень, убеждала я саму себя. Да и с Чоном тоже нужно расставить все точки над «i».

В субботу я почувствовала себя окончательно выздоровевшей и в голову пришла отчётливая мысль - сейчас или никогда. Сегодня всё решиться между мной и Чонгуком. Мой настрой подкрепило сообщение от Юнги, который задерживается и не знает, во сколько придёт ко мне. Я договорилась о встречи с Чоном в нашем любимом кафе и целых два часа готовилась. Надела никогда не ношенное белое платье с кружевом, распустила волосы и накрутила локоны, нанесла макияж. Я вышла из дома и села в такси, которое понесло меня по указанному адресу. Войдя в кафе заметила, что его ещё нет. Заняла свободный столик и обнаружила с досадой севший телефон. Надеюсь, он не отменил встречу, и я не зря жду его.

- Вы готовы сделать заказ?

- Да, – ответила я официанту. – Какао и молоко с мёдом, пожалуйста.

Я отвернулась и устремила свой взгляд в сторону, за пределы окна, где творился настоящий хаос. Поднялся страшный ветер, хлопья снега кружились с немыслимой скоростью, сплетаясь в пелену, скрывая магазины и прохожих. Раздался мелодичный звон колокольчика, хлопок двери и я посмотрела на дверь. В кафе зашёл Чонгук, отряхивая с себя снег и оглядываясь по сторонам. Завидев меня, он помахал мне рукой и пошёл в мою сторону. Заняв стул напротив, снял с себя куртку и повесил на спинку стула.

- Давно не виделись! – он широко улыбнулся мне, а я почему-то с неудовольствием отметила его внешний вид: рваные джинсы, белая футболка с пятном и лохматая голова. – О чём ты хотела поговорить?

Официант принёс нам заказ, сделав несколько глотков молока, я отодвинула стакан и посмотрела на друга. Взгляд ещё раз зацепился за неопрятный вид, и в голове тут же мелькнула картинка, молодой человек с безупречной укладкой и в классическом пальто. Почему же я в такой момент думаю о Юнги? Передо мной сейчас сидит моя любовь, сам Чон Чонгук! Я тряхнула головой, отгоняя лишние мысли, и глубоко вздохнула, настраивая себя на разговор.

- Чон Чонгук, ты мне нравишься, – довольно спокойно сказала я.

На лице парня отразились удивление и шок. А я спокойно наблюдала за его реакцией и ждала ответа. Он немного отошёл от шока, но продолжал смотреть на меня чуть приоткрыв рот, задавая немой вопрос: ты серьёзно?

- Как давно? – единственное, что смог выдавить из себя удивлённый парень.

- Со школы. Ты никогда не замечал? – ухмыльнулась я.

Он смутился и потупил глаза. Было видно, что он волнуется: начал кусать свои губы и теребить край майки. Но наконец, справившись с волнением, он поднял голову.

- Прости, но ты для меня просто друг. Я...

Дальше я не слушала. Услышав ответ на своё признание, я ничуть не разочаровалась. Наоборот – мне показалось, что тяжёлые цепи покинули меня, и стало легче дышать. Я вдруг почувствовала невероятное облегчение, которое окрыляло меня, и ноги сами понесли меня в нужное направление. Куда – мне было неизвестно, да и не важно, главное – оно нужное, я знаю. Я быстро что-то сказала другу, оставила оплату, накинула пальто и в спешке покинула кафе. Снежная буря тут же окутала меня холодным покровом, а ревущий ветер разметал волосы. Но я не обращала внимания на свирепствующую стихию – я просто шла, шла и чувствовала, как холодеют руки и как бешено стучит сердце. Сквозь тяжёлую пелену снега я едва различила очертания деревьев, детскую площадку и деревянные лавочки. В какой-то миг буря закончилась и вся природа замерла. Я заметила впереди себя Юнги. Он стоял по другую сторону парка, такой потерянный. Затем он тоже посмотрел на меня. Время вокруг нас замедлилось – я не замечала ничего, для меня был важен лишь Юнги. Чем дольше я смотрела на него, тем больше убеждалась в том, что сделала правильный выбор. Мы медленно шли навстречу друг к другу, и с каждым шагом моё сердце пропускало новый удар. Когда мы оказались почти вплотную, я подняла голову и посмотрела ему в глаза. О, его глаза! Такие прекрасные и таинственные, что я не против утонуть в них. Через секунду он крепко обнял меня и я обняла его в ответ.

- Снова и снова. Я постоянно вытаскиваю твою задницу из проблем, иду на риск, спасая тебя от неприятностей. Ты заставляешь меня страдать, мучаешь меня, но я всё равно люблю тебя. – прошептал парень.

Щёки обдало краской и, немного отстранившись, я потянулась к его губам. Они были ничуть не шершавые, наоборот – мягкие и податливые, и очень тёплые. Сердце заколотилось ещё сильнее, и я поняла, вот она – истинная любовь. Не та, которую ждешь и боишься, а та, за которую борешься и идёшь ей навстречу.