Глава 46

Я говорила, что жалею, что влюбилась в Джека и с одной стороны это так, я не солгала, не в этот раз, но ведь у всего в этом мире есть две стороны. С одной стороны я жалею о том, что вообще познакомилась с ним, но с другой я наоборот рада, что Джек был в моей жизни, ведь с ним я испытала все самые прекрасные чувства и эмоции, с ним я испытала то, что скорее всего уже больше никогда не почувствую. Я рада, что так сильно любила его, я рада, что познала те чувства, те эмоции, ту влюблённость, головокружение, ту эйфорию. Я рада, что когда-то это было в моей жизни, что когда-то в какие-то определенные моменты моей жизни я была счастлива, я любила, любила искренне и всем сердцем и была также сильно любима.

Но всё это прошлое, прошлое, которое мне хоть и больно, но в тоже время приятно вспоминать. Эти воспоминания тоже самое, что и моё отношение к Джеку - я одновременно их ненавижу и в тоже время люблю.

Оправляя юбку своего белого платья и взяв Брайана под локоть, мы вместе с ним выходим из Церкви под яркие лучи солнца и чистое голубое небо без единого облачка. За ограждением территории Церкви всё толпятся папарацци и когда мы выходим, они делают нескончаемое количество снимков, ослепляя нас вспышками фотоаппаратов, они выкрикивают наши с Брайаном имена, имена тех, кто идёт позади нас, просят нас остановиться и попозровать, но мы с Брайаном лишь улыбаемся, смотря то друг на друга, то на толпу фотографов и просто людей проходящих мимо и интересующихся что же здесь происходит. Ведь вокруг церкви собрались не только фотографы и зеваки, но и люди, которые следят на нашей с Брайаном жизнью, люди, которым нравится он, которым нравлюсь я, моя одежда, мой бренд.

Но мы с Брайаном хоть и улыбаемся и даже машем окружающим нас людям, прохожим и папарацци, мы не останавливаемся, а проходим к ожидающей нас машине.

Мне требуется помощь, чтобы уместить пышную юбку моего платья в автомобильном салоне и с этим мне помогает Джессика.

Как только двери закрываются, и мы двигаемся с места, моя улыбка начинает медленно угасать. Кольцо на моём безымянном пальце, белое платье и не длинная фата, мой муж подле меня, его рука в моей ладони и когда-то любимый город за окнами дорогого автомобиля. Я должна быть счастлива. Должна? Верно? Ведь я добилась всего, чего хотела, я смогла осуществить мечту всей жизни, но... как бы банально это не звучало, но сейчас я понимаю, что мечтала совершенно не об этом. 

Да, до встречи с Джеком мечтой и целью всей моей жизни была моя карьера, я хотела стать известным дизайнером и я стала, но... после Джека, после того как я в него влюбилась, после всего того, что мы с ним пережили, после всего через что мы с ним прошли, после всех наших расставаний и воссоединений, после всей боли, после всех слёз, после нестерпимого счастья и искренней любви... я мечтала уже совсем о другом.

Моя карьера, моя цель стать успешной в любимом деле отошла как минимум на второй план. Сначала я думала, что эта любовь ничего не значит, но после всех наших расставаний я всё чётче осознавала, что кроме Джека мне уже ничего не нужно, ни карьера, ни успех, только он. Но я долго не принимала это, я думала, что брак мне не помешает, и я всё же исполню свою главную мечту, не понимая, что моей мечтой после Джека была семья.

И сейчас сидя в машине и держа за руку человека, который пару минут назад стал моим законным мужем и имея за спиной огромную компанию собственного бренда одежды, имея популярность и тот самый успех, о котором я так мечтала, я понимаю, что готова отдать всё это, готова пожертвовать мнимой мечтой, готова отказаться от неё лишь бы вернуться назад, лишь бы вернуться в прошлое, но не в то прошлое, где я сбегаю из Нью-Йорка, а в то прошлое, в котором мы с Джеком познакомились, я отдала бы всё, что у меня сейчас есть лишь бы вернуться  в тот день. 

Потому что сейчас я знаю, что мне не нужна мода, мне не нужна моя компания, мой бренд, моя карьера, если в моей жизни нет Джека. И если бы зная всё это, я вернулась назад, я бы исправила все ошибки. Я бы выбрала поехать на день рождения Джека, а не остаться на вечеринку в честь показа и тогда бы Джек не изменил мне с Дианой и тогда бы мы не расстались и такой цепочкой мы бы избежали много боли, избежали бы много ошибок.

И это лишь один пример, когда моя карьера встала на пути наших отношений, нашего счастья и всё это... не оправдало себя. Я была бы счастлива если бы я была с Джеком, но не имела бы компании и карьеры, но имея карьеру, но не будучи с Джеком... я, мягко сказать, не счастлива.

Но ничего уже не исправишь, это конец нашей с ним истории, а у людей вроде нас с Джеком не бывает счастливого конца.

Наша машина останавливается у ресторана, у которого опять же толпятся папарацци и наша охрана спешит помочь нам выйти из машины и избавиться от фотографов.

Всю нашу поездку от Церкви до ресторана я молчала, размышляла, смотря в окно на прекрасные улицы Нью-Йорка, на прохожих, на рекламу, на архитектуру и природу. Брайан что-то говорил то ли мне, то ли водителю, но я его не слушала и даже не слышала, настолько громкими были мои мысли.

Но сейчас, выходя из машины мне вновь приходится вернуться в реальный мир, где мне необходимо улыбаться и быть счастливой.

Мы с Брайаном выходим из машины и, не уделяя лишнего внимания на папарацци, проходим в ресторан, в котором нас уже ждут ведь мы специально ехали медленно, чтобы прибыть последними.

-Готова? - смотря на меня, спрашивает Брайан.

-Да, - довольно тихо отвечаю я, взяв его под локоть, и мы заходим в торжественно украшенный для нас зал.

Яркий свет, громкая музыка, куча людей, большие круглые столы, расположенные по всему залу, улыбки и аплодисменты, смешивающиеся с голосом нашего ведущего... всё это окружает нас, как только мы с Брайаном ступаем в зал, где мы проведём эту ночь.

Я широко улыбаюсь и не могу понять... натянута моя улыбка или нет, потому что... всё это действительно меня удивило... приятно удивило. Здесь красиво, зал украшен всё в тех же нежно-бежевых и розовых тонах, всё выглядит словно воздушным, лёгким, невесомым.

Среди всех присутствующих мне с трудом удаётся найти взглядом Джессику и рядом стоящих с ней Сэма и Адама. Они улыбаются, даже хлопают, как и все остальные, но я всё же вижу или же просто знаю, что они не хотят быть здесь, они не хотят видеть это, впрочем, как и я. Но они моя друзья, я надеюсь, что они всё ещё мои друзья и они здесь ради меня, они пришли, чтобы не оставлять меня одну.

Я от чего-то нервничаю, мне не нравится это чрезмерное внимание такого большого количества практически незнакомых мне людей. На душе привычная пустота уступает место непривычной тяжести и вновь возвращается страх... или же это нарастающая паника. На меня словно начинают давить все эти люди, вся эта толпа, этот шум. Но я стараюсь не подавать виду, стараюсь искренне улыбаться, крепко держась за Брайана и проходя вместе с ним к нашему столу. И я всё также смотрю на приглашённых гостей, ища глазами знакомые лица, пытаясь отыскать Розмари или Бадди... и я замечаю знакомое лицо, и сердце едва ли не останавливается.

В последнем ряду у стены, где свет слегка приглушён, стоит красивая высокая девушка, лицо которой мне очень хорошо знакомо.

Сначала я думаю,  что мне просто показалось, что я обозналась, но проходит пара секунд как мы обе неотрывно смотрим друг на друга, и я понимаю, что не ошиблась, это Аманда.

Улыбка начинает спадать с моего лица и я спешу отвести взгляд с улыбающейся мне девушки, которую я ненавижу и кажется боюсь, потому что паника внутри меня переросла в самый настоящий страх, от которого по спине пробегаются мурашки, а ноги становятся ватными.

Боже,.. какого чёрта она здесь делает? Неужели Джек не успокоился и даже уехав из страны продолжает свою сделку с Амандой? Неужели он не отменил её? Неужели нападение на Молли напугало его недостаточно, чтобы, наконец, успокоиться и оставить всё так, как есть?

Мы с Брайаном проходим к нашему столу, под всё не стихающие аплодисменты, которые я едва слышу из-за собственных мыслей и теперь я с уверенностью могу сказать, что напугана, что боюсь.

Сев за стол, за которым помимо нас сидят родители Брайана, его друг Алекс и Сэм и Джессика, которая явно заметила моё вдруг сменившееся выражение лица. Подруг настороженно смотрит на меня пытаясь понять, что со мной случилось, но я даже не знаю, стоит ли ей говорить, что чёртова Аманда здесь.

Пока проходит официальная часть, где своё вступительное слово говорит ведущий, я не могу думать ни о чём другом как об Аманде. Я не понимаю,... я была уверена, что всё кончено, что Джек уехал и увёз с собой все свои попытки помочь мне, но кажется, он наказал Аманде или не отступать и доделать всё до конца уже без его присутствия и контроля или же он просто послал её следить и наблюдать за мной.

Когда слово дают родителям Брайана, я пытаюсь отвлечься от этих мыслей и наконец, обратить внимание на происходящую вокруг меня реальность.

-Любимые и дорогие наши дети, - говорит Лили, жутко нервничая, а рядом стоящий с ней Ричард наоборот полон уверенности. – Мы вас очень любим, мы очень рады, что вы, наконец, узаконили свои отношения и стали семьёй, - говорит она, обращаясь к нам. - Кларисса, дорогая, мы с Ричардом рады, что именно ты стала женой нашего сына, что именно ты стала частью нашей семьи, - смотря на меня, уже со слезами на глазах вдруг выдыхает она и у меня на душе от чего-то становится только тяжелее. - И мы счастливы за вас, мы вас любим и хотим пожелать вам не только счастья, но и взаимопонимания, уважения к друг другу и  заботы. Всегда думайте головой, прежде чем что-то сделать или сказать и всегда говорите друг с другом, решайте все проблемы вместе! 

Лили отдаёт микрофон мужу, а сама смахивает непрошенные слёзы, но Ричард ничуть не проникся речью жены и мне кажется, что он уже успел выпить, слишком уж весёлые у него глаза.

-Брайан, - вдруг обращается он лишь к сыну и от прежнего веселья почему-то не осталось и следа, - береги Клариссу, люби её и всегда её защищай, - говорит Ричард, сверля взглядом сына, и по всему моему телу пробегаются мурашки, а Брайан лишь сильнее сжимает мою ладонь. – Гордись своим выбором, сын, и не забывай, какая прекрасная женщина согласилась стать твоей женой. И ты, Клэр, - переводит на меня взгляд Ричард, - будь терпелива, мудра и... оберегай этот брак. Мы с мамой желаем вам счастья, и я прошу, не затягивайте с внуками, - улыбается Ричард и по всему залу проходят вздохи согласия, смешки и аплодисменты.

Да уж, с внуками затягивать мы уж точно не будем,... моя беременность всё ещё находится в тайне.

Родители Брайана садятся на места подле нас, и наступает небольшой перерыв на еду и пока все отвлекаются, я оглядываю зал. Хоть я и отвлеклась на пару минут от окружившей меня паники, но про Аманду я всё равно не забыла и я должна узнать, что она здесь делает, пока её ещё кто-нибудь не заметил.

Улыбаясь и касаясь плеча рядом сидящего со мной Брайана, я оборачиваюсь назад и, как и думала, встречаюсь взглядом с Амандой, которой, кажется, не терпится со мной поговорить.

Я несколько секунд не свожу с неё пристального взгляда, а затем вновь оборачиваюсь к столу, замечая, как Джессика смотрит на меня.

-Я отойду в туалет, - говорю я Брайану, и поднимаюсь из-за стола, приподнимая юбку свадебного платья.

Краем глаза я замечаю, как Джессика внимательно за мной следит и мне остаётся надеяться лишь на то, что она не пойдёт следом за мной. Я должна поговорить с Амандой наедине.

Я благополучно выхожу в коридор абсолютно одна, но всё это время я словно задерживала дыхание, всё моё тело напряжено до предела. Мне страшно, сердце стучит так, словно я только что пробежала целую милю.  Наверное, на подсознательном уровне я всё ещё боюсь Аманду хоть и понимаю, что в этот раз она на моей стороне, но чёрт знает, что она задумала! Я только-только начала верить в хоть и не счастливое, но спокойное будущее, как вновь возвращается всё то, от чего я только нервничаю, переживаю и боюсь.

Зайдя в уборную, я становлюсь напротив зеркала и, не сводя взгляда со своего отражения, касаюсь ладонью своего живота, делаю глубокий вдох, а затем выдох.

И не проходит и пяти минут как дверь уборной отрывается, и сначала я думаю, что это Джессика решила всё-таки пойти за мной, но это не она.

Аманда заходит в уборную и закрывает за собой дверь на замок. На девушке облегающее её тело белое платье с открытыми плечами, её волосы собраны в высокую причёску, а макияж на лице кажется совсем незаметным. А она всё такая же красавица...

Между нами повисает недолгая тишина, и я первая прерываю её.

-Что ты здесь делаешь? - не сводя с неё пристального взгляда, спрашиваю я, чувствуя, как внутри всё словно остановилось и застыло. - Неужели Джек не...

-Нет, он сказал, что всё отменяется, - перебивает меня Аманда, облокачиваясь рукой о раковину. - Но знаешь, возможно, из-за нашего прошлого общения или же просто из-за жалости к тебе... я сама решила всё закончить. На самом деле я просто ненавижу начинать какое-то дело и не заканчивать его.

-Аманда! – нервно усмехаюсь я. - Какого чёрта ты делаешь?

-Спасаю твою шкуру! - тихо, но сквозь зубы шипит на меня она, подавшись вперёд. - Если бы Джек вдруг не уехал и всё же помог мне, то я бы смогла вытащить тебя ещё неделю назад, но разница не велика и я справлюсь и без его мнимой помощи, поэтому сейчас мы выйдем из уборной, - смотрит на свои наручные часы она, - и вернёмся в зал, а потом... думаю, через пару часов свет вдруг погаснет, и я выведу тебя отсюда.

-Что ты несёшь...

Аманда поднимает на меня взгляд, который говорит за неё, она смотрит на меня так словно я полная дура. 

-Я вывезу тебя из страны, Клэр, и приведу прямо к Джеку, и не одна газета, ни один человек этого не узнает и не заметит, - сдерживая своё недовольство, говорит Аманда. - Так что соберись и сделай лицо попроще...

-Я беременна...

-Я в курсе, - поджав губы и саркастично улыбнувшись, кивает мне Аманда, - я поэтому и рассказываю тебе весь план, чтобы ты не родила мне тут раньше срока.

-Я не могу, - с всё быстрее бьющимся сердцем говорю я ,качая головой, - я уже замужем за Брайаном, ты опоздала, всё кончено...  - мой голос неуверен, напуган, он дрожит и... я не знаю, неужели я так боюсь сбежать или я так боюсь последствий от этого бегства?

Аманда вдруг стихает, меня удивляет то, что она абсолютно спокойна, она совершенно не волнуется, хотя собирается вывезти из страны беременную жену сенатора штата Нью-Йорк. Она... собрана, дисциплинированна и спокойна, но сейчас Аманда вдруг внимательно на меня смотрит, она неотрывно с изучением смотрит мне в глаза и на её лице вдруг начинает показываться улыбка.

-Не было ведь никакого нападения на Молли, верно? - вдруг спрашивает она  и всё внутри меня опускается на дно, а кровь в моих венах словно застывает. - Я знала, что в этом уж больно странном нападении какой-то подвох, но я думала, что это дело рук Молли, но... - с довольно улыбкой сощуривается на меня Аманда, - это всё твоя работа.

Я не спешу отнекиваться и говорить, что она просто сошла с ума. Плевать, она уже ничего не изменит.

-Боже, - отведя взгляд, вдруг начинает смеяться Аманда, - я, конечно, догадывалась, что у тебя с головой не всё в порядке, но чтобы настолько!

-Ты не знаешь, о чём говоришь, - раздражаюсь я, ощущая, как страх вдруг начинает меня покидать. 

Улыбка вдруг покидает лицо Аманды, и девушка задерживает на мне полный серьёзности взгляд.

-Думаешь? - словно играя со мной, спрашивает она.

-Джек ведь рассказал тебе всё про Брайана, рассказал, что он со мной делал... что он мне угрожал, - с тяжестью во всём теле выдыхаю я. - И я не хочу, чтобы Джек или его семья хоть как-то пострадали...

-Поэтому ты устроила нападение на них сама? - усмехается она.

-Чтобы Джек прекратил подвергать себя и свою семью опасности ради меня, чтобы он понял, что всё это более чем серьёзно и чтобы он уехал и был подальше от Брайана и этого места.

-Нет, - вдруг на полном серьёзе говорит Аманда. - Ты сделала это не ради Джека, а ради себя. - Что она несёт? - Ты ведь не хочешь уезжать, верно? Не хочешь, чтобы я сейчас тебе помогла?

-Уже поздно, мы обручились час назад, ты опоздала, - уже куда более уверенно говорю я, начиная злиться на неё.

-Просто твой Брайан необыкновенно хорошо подготовился. В Церкви была хорошая охрана, и я не смогла подобраться ближе, чем папарацци. Он молодец, - говорит она. – Но я бы могла помочь тебе с аннулированием брака, когда вывезу тебя из страны, - словно ожидая, что я ещё могу сказать, какую ещё отговорку смогу придумать, спрашивает Аманда.

-Ты не понимаешь!

-Хватит! – уже без усмешки, повышает голос она. - Это ты не понимаешь! Ты думаешь, что я никогда не сталкивалась с людьми подобным Брайану? - спрашивает Аманда и после чего усмехается. - Ты действительно думаешь, что разбираясь с такими людьми как Брайан, твой любимый Джек и ещё с людьми намного более опаснее, чем все твои знакомые, я не нажила себе врагов, я не сталкивалась с проблемами?

Я молчу, внимательно смотря на девушку, не понимая, зачем она всё это мне говорит?

-Ещё в начале моей, так скажем, карьеры, я наткнулась на таких людей, о которых ты даже подумать бы не могла. Я ввязалась в такое дерьмо, Кларисса, с которым ты никогда в жизни не сталкивалась и не столкнёшься. Я помогала одному человеку, как и тебе сейчас, но только более влиятельному, и я помогла, но... я тогда только начинала и не знала всех тонкостей самозащиты. Меня быстро нашли те, кому я изрядно испортила жизнь, но не только для того, чтобы отомстить мне, но и для того, чтобы отомстить моему клиенту. Меня пытали несколько дней, пытаясь вытащить из меня ответы на их вопросы, пытаясь узнать секреты, которые я знала. Я прекрасно понимала, что они убьют меня даже если я соглашусь с ними сотрудничать и всё им расскажу, поэтому я молчала и просто ждала своей смерти, - говорит Аманда, пристально на меня смотря, и я не понимаю... как она так спокойно говорит о таком своём прошлом? - Я знаю, что тебя изнасиловали, знаю, что ты потеряла ребёнка, знаю, что Брайан бьёт тебя и запугивает, но поверь мне, это ничто по сравнению с тем, что я тогда испытывала. Меня насиловали, избивали и не только руками, меня пытали, лишали воды, воздуха, пытались меня утопить и удушить, - со стеклянным взглядом говорит она. - Но когда они поняли, что я всё равно ничего им не скажу и что я навряд ли уже вообще смогу говорить и даже дышать, они ушли, оставив меня умирать в луже крови в своей собственной квартире, но... как видишь я здесь. Я думала, что умру, я была в этом уверена, но не знаю, - со злостью усмехается Аманда, но я всё же замечаю, что ей тяжело всё это говорить. - Я нашла в себе силы просто жить. Куча переломов, ссадин, порезов, ушибов и гематом, сотрясение. Я скрылась, уехала и... притихла. Почти год я была в полном затишье, я никуда не лезла, пыталась быть незаметной и просто выживать, зализывая раны и молясь, чтобы никто меня не узнал, чтобы ни кто не узнал, что я всё ещё жива. Но, - улыбается Аманда, - меня та жизнь не устроила, я поняла, что лучше умру в тех страшных муках, чем буду прятаться всю свою жизнь, как жалкая крыса. Я доработала свою стратегию, свою защиту, я сделала всё, чтобы защитить себя, отгородить от подобных неприятностей и вернулась к работе, - с нескрываемой злостью смотрит на меня Аманда. - Видишь, Клэри, в чём наше с тобой различие? Я смогла переступить через страх, а ты нет. Я смогла идти дальше, смогла вновь встать, а ты нет. И это ты не понимаешь. Ты, а не я! -  с искренней ненавистью смотрит на меня девушка, делая ко мне шаг. - Страх внутри тебя, - уже подойдя ко мне едва ли не вплотную, тыкает в меня пальцем она, - он победил тебя, ты сама ему поддалась и теперь не ты решаешь, а он. Ты подстроила нападение на Джека не для того, чтобы защитить его, а для того, чтобы не уходить от Брайана, для того, чтобы лишний раз не усложнять себе жизнь. Ты смирилась с Брайаном в своей жизни, смирилась со своим страхом, ты с ним подружилась, ты его приняла и тебя всё устраивает. Тебе так удобнее, тебе удобнее постоянно страдать, изображая из себя несчастную бедную Клэри, на которую ополчился весь мир. Ты искренне веришь в то, что уже ничего не сможешь изменить, что такова твоя судьба, что ты... бедная, несчастная Кларисса, которой не остаётся ничего другого как принять свою судьбу, но ты просто жалкая.

Аманда с какой-то ненавистью и даже с отвращением смотрит на меня, а её слова... пробирают меня до костей, и я знаю, она права.

-Ты просто жалкая, Кларисса, - с отвращением сощуривается она. - У тебя есть всё для того, чтобы изменить свою жизнь, для того, чтобы её наладить и сделать её такой, какой ты хочешь. У тебя было всё для того, чтобы быть с человеком, с которым ты хочешь быть! И я искренне хотела помочь тебе, а уж поверь, это бывает крайне редко. Я хотела помочь тебе выбраться из этого дерьма, потому что прекрасно помню, как было тяжело мне одной. Мне было тебя по-хорошему жаль, и я хотела тебе помочь, как и Джек, но... тебе не нужна помощь, - качает головой Аманда и она очень зла, зла на меня. – Я знаю, ты боишься, но ты должна была хотя бы попробовать сделать хоть что-то! – Аманда разошлась не на шутку, я никогда не видела её такой злой. Наверное, её раздражает тот факт, что она самостоятельно смогла выбраться из передряги куда хуже, чем моя, а мне пытается помочь столько людей, а я добровольно отказываюсь от этой помощи. Аманда считает меня неблагодарной, и она права. -  И раз помощь тебе не нужна, я ухожу, - отходит от меня она. - Я думала, что ты не в силах справиться с этим самостоятельно, я думала, что раз Джек не по своей воле вышел из игры, то я из чистой солидарности и сочувствия сама помогу тебя, но теперь я не буду этого делать, потому что знаю, что помощь тебе не нужна. Ведь если бы ты действительно хотела уйти от Брайана, то ты бы не прогнала Джека и уже давно бы ухватилась за первую протянутую тебе руку помощи. И жаль, что я поняла это только сейчас, жаль, что я зря потратила на тебя столько времени!

Аманда задерживает на мне недолгий взгляд полный злости, взгляд, в котором едва ли не горит огонь от ярости, а затем она отходит от меня к всё ещё закрытой двери.

-Счастливой семейной жизни, Кларисса, - оборачивается на меня она. -  Надеюсь ты никогда не пожалеешь, что упустила и самовольно попрощалась с возможностями всё изменить, но это навряд ли.

Аманда отпирает дверь и выходит из уборной, оставляя меня здесь одну.

Я несколько минут стою без движений посреди туалета и только потом оборачиваюсь к зеркалу, переводя взгляд на своё отражение.

Я знаю, что Аманда права, я и до неё знала всё то, что она мне сейчас сказала, но... всё это хранилось глубоко внутри меня, я просто не хотела в это верить, но теперь мне придётся.

Я трусиха и всегда ею была. Я могла защитить друзей, могла подставить себя опасности, защищая их, но только не себя. Я всегда бежала от собственных проблем, не желая в них разбираться и их решать, но в это раз я не бегу, а наоборот стою на месте.

Сначала я боролась, но потом... сдалась и как сказала Аманда - смирилась. Я нашла комфортную точку в отношениях с Брайаном и эта точка - точка молчания.  Я начала его слушаться, начала ему поддаваться и поняла, что это довольно удобно. Он не поднимал на меня руку и меня это вполне устраивало. Страх жил во мне, но я к нему привыкла также, как и привыкла постоянно себя жалеть, также, как и привыкла говорить самой себе о том, что в моей жизни всегда что-то идёт не так, что всё это просто моя судьба, от которой мне никуда не деться и которую мне не изменить. А когда у меня появился реальный шанс уйти от Брайана, шанс вновь стать собой, вновь вернуть себя настоящую, когда у меня появилась помощь... я этого не захотела. Страх, неуверенность... не знаю, что именно не дало мне рискнуть, наверное, всё вместе.

Я боялась, что ничего не выйдет и станет только хуже, но как сказала Аманда: я даже не попробовала, я даже не попыталась.

Я больше боялась не за Джека или его семью, не за своих друзей или сотрудников я больше всего боялась того, что если ничего не выйдет, я потеряю тот комфорт, что обрела, я боялась, что мне вновь придётся привыкать к заточению, вновь искать покой. И я знаю, что не права, знаю, что сама всё испортила и далеко не в первый раз, но я не такая сильная, как Аманда, я просто не могу справиться со страхом, просто не могу справиться с самой собой. 

И я уверена, что ещё пожалею об этом, что в будущем, возможно даже в недалёком будущем я буду корить себя за то, что не воспользовалась ни одним шансом на лучшую жизнь. Я знаю, что буду винить себя за слабость, за бездействие, я знаю, что буду себя ненавидеть за то, что даже не попробовала, что даже не попыталась, что самовольно отказалась от помощи, что самовольно её оттолкнула. Я знаю... и эта правда, которая должна меня освободить, которая должна меня отрезвить, которая должна дать мне толчок на смелость, на действие... она меня не освобождает, а лишь заставляет себя ненавидеть. И эта правда отбирает у меня лживую надежду, которая всё это время жила в моём сердце, она отбирает у меня надежду, которой я мучила себя, хотя заранее знала, что никакой надежды у меня нет. Я просто обманывала себя, как и всегда.

И больше эта правда никак на меня не действует, она лишь убивает меня, она лишь меня душит, но она меня не спасает, она мне не помогает, потому что я этого не хочу, потому что я боюсь, и я знаю, что буду бояться уже всегда.