Открой говнюк!

Томми стоял в твоей комнате, вначале просто присев на кровать, рассматривая что-то на полке — может, книгу, может, висюльку на стене. Но потом до него донёсся шум снизу. Громкий. Сперва — приглушённые голоса, потом уже почти откровенный спор, топот, хохот. Он вышел на лестницу и застал ровно тот момент, когда твой брат, смеясь, подхватывает тебя и перекидывает через спинку дивана, будто ты пушинка, а не человек.

Ты с глухим шлёп свалилась на пол за диваном, сопровождая это бурей возмущения и обзывательств, а твой брат победоносно уселся на диван как на трон, но уже через секунду вскочил и рванул наверх, унося "добычу". Ты — за ним, со злостью в голосе, но с явной игрой в глазах.

— "ОТКРОЙ, ГОВНЮК!!" — тарабанишь в дверь, тяжело дыша, в полном боевом режиме.

А Томми… стоит у стены в коридоре, прямо напротив этого представления. В первый момент — абсолютно ошарашен. Щека чуть дёрнулась, будто не знает, как на это реагировать. Потом губы дрогнули, он сдержал смешок.

— "...вы всегда так?" — наконец выдавил он, когда ты, не добившись открывания, выдохлась и прислонилась лбом к двери брата.

Ты оглядываешься на него, всё ещё раздражённо пыхтя, но без капли настоящей злости — наоборот, щёки розовые от смеха и усталости.

— "Это моя месть. Он знает, что заслужил."

Томми медленно подходит, оглядывает тебя с ног до головы, потом смотрит на дверь.

— "Я понял, почему у тебя такая физподготовка. Ты живёшь в боевых условиях."

Ты фыркаешь, прикладывая ладонь ко лбу.

— "Подлый ублюдок. Забрал моё. А я упала, между прочим."

— "Зато красиво. Как в кино." — говорит он, и, наконец, позволяет себе легкую, но искреннюю улыбку. Потом добавляет:— "Я, кстати, был готов спускаться спасать тебя. Ну, если бы он тебя реально выкинул в окно."

— "Ты бы проиграл. Он тренирован. И бесчестен."

— "Тогда, видимо, я бы просто стащил твою собаку и сбежал."

Ты смеёшься. Лёгкая потасовка и полный бардак — но в этом всëм для Томми была странная… теплотa. Неидеальная, громкая, но настоящая. Он снова посмотрел на закрытую дверь, потом на тебя, и, мягко коснувшись плеча, добавил:

— "Ты с ним почти как с Фарадеем. Только с ударом по печени."

— "Ну. Любовь такая." — пожимаешь плечами.

И вы вместе возвращаетесь в гостинную, где тебя кинули через диван — ты всё ещё пыхтя, а он чуть ухмыляясь, будто сдерживая вторую волну смеха.