Я живу одна потому что...

Спор накалялся, слова становились всё резче, а эмоции — всё сильнее. Томми уже направился к двери, собираясь уйти, тяжело дыша, словно ему нужно было сбежать от всего этого. Ты чувствовала, как внутри сжимается ком, не могла отпустить его так просто.

Когда он уже почти открыл дверь, ты резко произнесла:

— Я живу одна потому что...мои родители они... не подарок.. Моя мама сначала вышла замуж не по любви, потом развелась, мой родной отец не хотел моего рождения и он вообще уехал когда я родилась, но потом вернулся. А потом мама встретила отчима и они тоже постоянно и сильно ругались и мой отчим изменял маме, даже ребёнка на стороне сделал но моя мама его до сих пор любит. И из-за того, что она была очень расстроена, мягко говоря. Она и так была агрессивна и я почти всё детство маленькой была с бабушкой, мама стала ещё агрессивнее и мы часто... ссорились и.. короче всё было очень плохо. И вот я с братом. Но с родными я общаюсь... кроме отчима, с ним не хочу. И я не хочу.. чтобы ты уходил.. не так.

Томми стоял спиной, не сразу повернулся. Его плечи дрожали — не от гнева, а от того, что услышал. Слова проникли глубже, чем любые споры.

Наконец, он медленно повернулся к тебе. Глаза блестели, будто чуть влажные.

— Я… не знал, — тихо сказал он. — Спасибо, что рассказала. Мне жаль, что тебе пришлось всё это пережить.

Он сделал шаг назад, словно чтобы поверить, что ты здесь, рядом.

— Я не уйду. Не так. Я обещаю. Ты не одна.

Ты почувствовала, как напряжение между вами спадает, и впервые за долгое время внутри стало немного теплее.

После того, как ты рассказала всё о своей семье, наступила тишина. Воздух в комнате стал тяжёлым от эмоций. Ты почувствовала, как внутри поднимается неловкость — будто открылась слишком сильно и слишком много.

— Знаешь, — тихо сказала ты, чуть опуская взгляд, — теперь мне немного неловко... Наверное, я слишком много сказала.

Томми посмотрел на тебя, и в его глазах не было ни осуждения, ни удивления. Было что-то мягкое и понимающее.

— Нет, — ответил он. — Я рад, что ты рассказала. Потому что теперь я понимаю тебя лучше.(он немного улыбнулся)— У меня тоже семья не простая. Мы оба знаем, как это — жить с такими сложностями. И, может, именно поэтому… я чувствую, что могу понять тебя по-настоящему.

Ты кивнула, чувствуя, как напряжение медленно уходит. Томми протянул руку, и ты позволила ему обнять тебя. Его объятия были крепкими и тёплыми, как будто он хотел передать тебе свою поддержку и сказать без слов: «Ты не одна».

Вы сидели так некоторое время, молча, просто вместе. В этом молчании было больше смысла, чем в любых словах.

После долгого молчания и объятий в комнате словно снова вошёл свет. Томми чуть отступил, улыбнулся тебе и тихо сказал:

— Знаешь, я вспомнил, как на прошлой неделе пытался сделать кофе и пролил его на себя полностью. Весь день ходил как мокрый кот.

Ты прищурилась, пытаясь не рассмеяться, но смешинка уже зародилась в уголках губ.

— Ну, значит, ты всё-таки не идеален, — улыбнулась ты.

Томми ответил лёгкой ухмылкой:

— Абсолютно! И я уверен, что ты бы тоже умудрилась что-то неуклюже сделать, если бы сильно старалась.

Вы оба рассмеялись, и смех как будто сбросил остатки напряжения. В этот момент стало понятно — несмотря на все сложности и ссоры, вы были рядом и могли вместе переживать не только трудности, но и радости.

— Спасибо, что ты есть, — тихо сказала ты, глядя ему в глаза.

— И тебе спасибо, — ответил Томми, — за то, что позволяешь быть собой и за то, что понимаешь.

В этот вечер между вами поселилась настоящая близость — лёгкая, искренняя и настоящая.