3

С тех пор прошло недели три, не больше.

Теплый сентябрь подходил к концу, и все люди переоделись в теплые кофты и легкие курточки.

А я с помощью Никуси, с которой мы снова стали лучшими подругами, восстанавливали мою утраченную молодость: мы гуляли с ее компанией, ходили по клубам. Я познакомилась с Никусиными подругами – вспыльчивой Русланой, амбициозной Тайкой и романтичной Людой. Ничего, хорошие девчонки, на год – два нас старше.

А у меня брат – красавец свободный.

После неудачных попыток вывести его с нами на улицу, от которых он отказывался (нет желания тусить с подростками, наверно), я стала приводить свою компанию в дом.

Кстати, про Эдика. Все с того дня стали считать, что мы с ним встречаемся, и теперь он мой парень. Со стороны, возможно, это выглядело и так: мы ходили с ним за руку, любили поговорить наедине, он чаще всех приходил ко мне в гости, да и чего уж таить – он явно испытывал ко мне какие - то чувства. А один раз даже цветы подарил, лилии: мои любимые, просто так, без повода, объяснив, что они почему – то напоминают ему меня.

Мне было очень приятно.

Но не более того.

Я не могла сказать, что влюблена в него. Да, он мне нравился, но только в качестве близкого приятеля.

А, может, я еще просто не разобралась в себе? У меня же никогда не было парня, поэтому я и не знала, что с ним делать.

Никуся, видя это, посмеивалась и называла меня дикой.

Конечно, может, и дикая, но как нелегко измениться, когда ты еще ни разу в жизни не испытывала на себе чьих – то добрых чувств.

Я до сих пор помнила прилипчивых, пьяных мужиков из ресторана, поджидавших меня после моей смены. Как они липли ко мне, провожая до дома. А я каждую секунду умирала, не выпуская из дрожащих пальцев сигарету (единственный способ тогда успокоиться), и рысью убегала в свой подъезд, не давая ни номера квартиры, ни телефона.

Меня видели знакомые и, наверное, считали последней шлюхой, даже не пытаясь посмотреть на ситуацию с другой стороны. Для кого – то я осталась такой до сих пор, с которой ни в коем случае нельзя водить близкое знакомство, а то мало ли СПИД, например, а вдруг еще и наркоманка?

А какой СПИД? У меня же ни разу еще ни с кем ничего не было, хотя это был бы реальный шанс заработать. Но меня всегда что – то сдерживало.

А потом эти грязные подъезды, и я с тряпкой в руках.

Мимо проходят люди, грязными ботинками снова оставляют грязь, которая уже рябит перед глазами, кто – то плюет мне под руки, кто – то пытается зажать в угол...плохая девчонка!

Я тяжело вздохнула и, как бы избавляясь от плохих мыслей, потрясла головой.

- Ты чего? – спросила Никуся, которая дожидалась меня в моей комнате, пока я искала одежду для выхода на улицу.

- Все нормально, - ответила я, проведя расческой по волосам.

- Лер, - вдруг позвала она. – Скажи, а у вас с Эдиком все серьезно?

- Серьезно? – удивилась я и, посмотрев на ее смущенное лицо, поняла всё. – Это в плане секса, что ли?

- Типа того.

- Не, - протянула я. – Мы с ним и целовались всего один раз. Да и то я не отвечала.

- Ты не любишь его?

- Я не знаю, - ответила я честно. – Может, и люблю, может, и нет. Ведь так сразу и не поймешь.

- Если любишь, понимаешь сразу, - возразила Нинка. – Ты тогда без этого человека жить не можешь, свет не мил. Вот как у меня сейчас, - грустно закончила она.

- Это ты из – за, как его, Антона, да? – догадалась я, подруга кивнула, а я спросила: - Почему я его до сих пор не видела? Он что, не выходит гулять?

- Я спрашивала у Бориса, - хмуро сказала Никуся.

- И что?

- Он опять с какой – то девчонкой завис.

- В смысле? – не поняла я.

- Да бабник! – встала Никуся со стула и подошла к окну. – Ты не представляешь, сколько вокруг него девушек вьется! А он что, дурак, этим не пользоваться? Вот меняет одну за другой. А иногда как сейчас – найдет, что покрасивее да поинтереснее, и тусит с ней. А потом снова бросает, - махнула Никуся рукой. – Он еще ни одну девушку, кажется, по – настоящему не любил. Ему нужно лишь от них одно, а так он считает их дурами. Только дуры делятся на красивых и нет. А последних он не замечает. Эгоист самовлюбленный, короче.

- И ты любишь такого? – удивилась я, и мне даже стало ее жалко. – Да зачем он тебе, такой мужик? Или у вас что – то уже было?

- Нет, - с какой – то даже обидой сказала Нинка. – Он, наверное, не считает меня достойной, я же не больно красавица какая.

Я пристально посмотрела на Никусю.

Чуть ниже меня ростом, слегка, совсем слегка, полненькая, каштановые волнистые волосы, голубые глаза. Да и вся такая женственная, мягкая. И ничего она, симпатичная, вполне.

- Ты очень даже ничего, - сказала я ей вслух.

- Ага, - капризно протянула подруга. – А ты бы видела его девушек! Все как модели! Хотя чего я? Ты сама вон какая!

Наш разговор прервал звонок в дверь.

Это пришел Эдик.

Мы пошли на улицу.

В нашем дворе явно было оживление, издали слышались знакомые голоса и раскатистый смех Тайки.

- Что – то они веселые, - удивленно проронил Эдик и для уверенности крепче взяд меня за руку.

Никуся прищурила глаза, и вдруг лицо ее странно вытянулось.

- Ты чего? – шепнула я, чтобы Эдик не услышал.

- Он там, - каким – то трагическим шепотом отозвалась подруга, так по – детски покраснев и побледнев одновременно. – Накаркала.

- Кто? – не поняла я.

- Антон.

Я убыстрила шаги. Хотелось же посмотреть на того дон Жуана, по которому сохнет моя подруга.

- Всем привет, - поздоровался Эдик, когда мы подошли.

А я впилась глазами в того самого блондина, который ощущал себя здесь явным королем. Кроме моей Никуськи, на него с обожанием пялилась еще и Тайка. Да ничего... В смысле – ничего такого. Ну блондин и блондин, смазливый такой, в себе уверенный, улыбка красивая. Но держит себя словно царь и Бог. А мы все так... Ну нельзя же быть таким самовлюбленным – я это уже поняла и по первому взгляду, и по рассказам Нинки.

Да, соглашусь, такой парень может понравиться, но влюбиться в него без ума – это, на мой взгляд, было слишком.

Тем самым временем этот Антон обратил внимание на нас, пришедших.

- Привет, - поздоровался он, как я и ожидала, слегка нахальным голосом.

- Здорово, - Эдик пожал ему руку, для этого ему пришлось выпустить меня, и он как – то сразу сник.

А Антон стал рассматривать меня, сначала лицо, потом все ниже и ниже. Мне стало неловко, зато на лице нахала появилась улыбка.

- Привет, незнакомая красавица, - сказал он мне. – Выйдешь за меня замуж?

Все засмеялись.

Эдик недовольно покосился на друга, а я стояла дура – дурой, и от растерянности даже не знала, что сказать.

- Меня Антон зовут.

- Лера.

- И откуда ты такая взялась? Что – то мы с тобой раньше не встречались.

- Это моя подруга, - вклинилась Никуся, подойдя к нам ближе.

- Красивая у тебя подруга, - сказал Антон, не сводя с меня глаз.

А дальше...

Еще совсем я недавно я говорила, что красивой внешностью меня не проймешь, но почему – то, когда Антон смотрел на меня с таким явным интересом, я вдруг ощущала себя самой счастливой на свете.

И даже, когда Эдик обиделся на что – то и ушел, я не обратила на это внимание.

«Я же ему ничего не обещала, - говорила я себе, утешая некстати проснувшуюся совесть. А Антон...ну и пусть смотрит, мне не жалко. Да и тем более – это же ничего не значит.

Но тем не менее, когда он смотрел на меня, я даже один раз ответила кокетливой улыбкой.

А в результате, когда он пошел провожать меня домой, я не сказала ни слова против.

Мы шли за руки и разговаривали обо всем на свете.

Он спрашивал о моей жизни, а я почему – то стеснялась прошлого, предпочитала отмалчиваться и таинственно улыбалась.

А мимо нас проходили люди.

И я с какой – то гнусной радостью подмечала, какими завистливыми взглядами косятся на меня незнакомые девчонки. Еще бы, ведь я иду с таким шикарным парнем.

А в подъезде мы поцеловались.

Я испытывала двойственные чувства: с одной стороны это было странно и даже глупо, а с другой – я просто улетала.

Но так или иначе мы еще стояли и целовались полчаса.

Вот именно так, с сегодняшнего дня, мы с Антоном стали встречаться.

И именно в этот день я предала подругу.