1

Я стояла перед своим бывшим классом и чувствовала... Хотя нет, я вообще ничего не чувствовала: ни злости, ни обиды, ни радости от встречи... Просто тупое равнодушие...

- К нам возвращается Валерия, будем рады вновь ее в нашем коллективе, теперь уже в 10 Б, - вещала классная – Юлия Викторовна. – А еще к вам пришла новая девочка, знакомьтесь, Таня Бочкина.

Я равнодушно скользнула взглядом по полной девушке, стоящей рядом. Бочкина! Бедняга, да ее задразнят!

Та новенькая дрожала и бледнела под любопытными взглядами, а я даже не дергалась.

Встреча с бывшим классом – да разве это испытание? Плюнуть да растереть!

Дослушав монолог престарелой училки, которая с неодобрением косилась все время на меня, я села за свободную парту около окна и достала дневник.

Да, впереди предвиделась нелегкая программа, тем более девятый класс я полностью пропустила, но так как до этого всю школу я была отличницей, мне дали шанс вернуться в свой класс, не пропуская год.

Как и во все традиционные первые сентября, уроков как таковых не было, так, глупая болтовня о прошедших летних каникулах. Даже скучно.

Я посмотрела в окно и сделала нелегкую попытку улыбнуться. Как давно я не улыбалась искренне. Последние четыре года – точно. С того самого дня, как к нам домой пришли люди в погонах и арестовали Костика, моего горячо любимого брата. Дурачок, они с друзьями угнали машину, а попался лишь Костя. И все, ему как раз исполнилось тогда восемнадцать, и дали четыре года лишения свободы.

Как сейчас, я помню слезы матери и застывшее лицо бабули.

Тогда я потеряла всех своих друзей и осталась одна. В классе я стала изгоем, но я не сдавалась и продолжала бороться за существование. Меня ненавидели, презирали, но я делала вид, что меня это никак не трогает.

А потом, спустя три года, как только я закончила восьмой класс и начались летние каникулы, умерла моя мама от обширного инфаркта.

Это стало трагедией само по себе, но рыдать и горевать мне судьба не позволяла. На пенсию бабушки и жалкие государственные деньги мы не могли прожить, а еще нужно было носить передачки Костику, которые тоже были не бесплатные.

Я не выдержала, видя, как бабуля собирается относить в скупку золотой медальон, подарок покойного дедушки и, бросив к чертям школу, устроилась работать официанткой в одно злачное заведение, а иногда подрабатывала и мытьем подъездов.

До сих пор я помнила липкие руки пьяных мужиков, шарящих по моему телу, свои слезы и вечные выговоры администратора Васьки за то, что я не ложусь с клиентами в постель.

Даже сейчас я почувствовала легкую тошноту.

Да ладно, все нормализовалось. Месяц назад Костика выпустили. Я тогда впервые плакала от счастья, глядя на него, повзрослевшего, растрепанного и безумно родного.

Он тоже плакал, узнав, что я целый год не ходила в школу, а вместо этого работала.

Я бы и дальше продолжила работу, но Костик строго – настрого запретил мне это, сказав, что пойдет сам устраиваться. А мне нужно учиться.

Вот поэтому я и здесь.

Классный час прошел незаметно, и нас отпустили домой.

Я стала собираться и заметила испуганно – оживленные лица одноклассников, с недоверием, ужасом и даже восхищением, глядящие на меня. Да, мое появление не оставило никого равнодушным.

Я поджала губы и двинулась вперед.

Пусть думают, что хотят. Мне плевать на них. Не нужен мне никто, я и одна проживу!

Непримиримо выпрямив спину, я вышла из класса, но вдруг меня кто – то окликнул:

- Лер, подожди, пожалуйста!

Я сделала вид, что не слышу.

- Лер!

Я развернулась.

Да, я была права. Нинка. Никуся Кузнецова, подруженька моя, повзрослевшая да похорошевшая. Краситься стала, волосы длинные обстригла.

Я решила пока не здороваться и молча ждала, что она скажет.

А Никуся стояла на месте и мялась, не зная, что она скажет. Потом, видимо, решилась:

- Лер, я так рада, что ты вернулась в наш класс.

- Хорошо, - ответила я, потому что не знала, что еще можно сказать на это. Мы с ней не маленькие, чтобы делать вид, что ничего не случилось.

- Давай поговорим.

- Давай.

Мы вместе с ней вышли на улицу и сели на лавочку в школьном дворе.

Я вытащила сигареты, Никуся тоже.

- Ты куришь? – удивилась я.

- Да, - серьезно кивнула бывшая подруга. – Лер, я хотела извиниться.

- За что?

- За всё. Знаешь, я поняла, что была большой сволочью, поддавшись на приказы матери и бросив тебя. Я знала, что у тебя проблемы и предпочитала оставаться в стороне. А ведь я твоя подруга.

Она замолчала, и я тоже молчала.

Нинка крепко затянулась и продолжила:

- Я понимаю, что нет мне прощенья. Но вдруг может ты хочешь вернуть нашу дружбу? Я клянусь, такого больше не повториться.

- Не боишься, что мама ругаться будет? – не могла не съехидничать я.

- Лер, покраснела Никуся. – Я поняла, что моя мать не всегда права. Впредь я буду руководствоваться только своей головой. И сердцем. Лер, может, мир? – Она протянула мне свой мизинец.

Я устала обижаться, поэтому скрепила его со своим.

- Все будет как раньше? – Никуся ни с того ни с сего кинулась мне на шею и поцеловала в щеку. – Я так скучала без тебя, подружка. Мне так тебя не хватало, только ты меня понимала. А если у тебя дома какие – то проблемы – говори, вместе работать будем где – нибудь.

- Не надо уже, - отмахнулась я и выбросила окурок.

- Костик – то вышел?

- Да, месяц назад, - скупо ответила я.

А Никуся вдруг оглядела меня с головы до ног и восхищенно сказала:

- Ой, Лерка! Ты такой красавицей стала! У нас все девчонки от зависти умрут!

- Брось!

- Да я серьезно. Я так давно тебя не видела! У тебя парней, наверно, до фига.

- Мне нее до парней было, - честно сказала я.

За всю мою жизнь у меня ни разу не было парня. Я ни разу по – настоящему еще не целовалась.

Да мне и не надо этого.

Я уже нагляделась жизни, и не верю поэтому в романтические отношения, да и вообще в любовь.

Я видела много людей противоположного пола, но ни разу ни с одним из них я не испытывала желания связать судьбу или даже, как говорят, встречаться.

- А у тебя – то парень есть? – поинтересовалась я. – Или кто – нибудь на примете?

- Ну да есть один, - нехотя сказала подружка. – Я уже чуть больше года в его компании гуляю, только он на меня – ноль внимания.

- Как зовут нахала? – фыркнула я. Ну неужели и Никуся помешалась на этой любви?

- Антон Богачев.

- Стоящий экземпляр хоть?

- Он очень красивый, - загорелись глаза Никуси. – Блондин натуральный. Глаза синие. Лицо такое...ммм... Я потом тебе его покажу, сама увидишь.

- Хорошо.

- А хочешь, пошли сегодня вместе гулять? Я тебя со своими друзьями познакомлю.

- И с Антоном?

- Обязательно, только он не всегда с нами гулять выходит. Чаще его брат – Борис. Абсолютно полная его противоположность. Но тоже ничего.

- Хорошо. Я подумаю.

- Я тебе позвоню. Только номер дай.

- Записывай.