27

Май. Если бы Анну попросили описать одним словом свою девятнадцатую весну, она озвучила бы тяжеловесное и немного высокопарное: "неприкаянность". Более подходящего в ее словарном запасе не было. Бабушка, вырастившая Анну, проболела весь ее выпускной класс и в середине лета умерла. Анна любила ее, ценила ее доброту и мягкость. Болезнь бабушки вывернула девушку наизнанку. Кругленькая, смешливая, с пухлыми руками старушка за год превратилась в изможденную, высохшую тень самой себя. Перед смертью она не узнавала никого вокруг, даже внучку. Умерла она в одно из Аниных посещений: посреди долгого вдоха неожиданно захрипела, вытянулась и перестала дышать. Кое-как сдавшую экзамены, опустошенную и безразличную ко всему Анну забрала к себе мать. Девушка впервые видела свою маму в сознательном возрасте. С четырех лет, когда мать последний раз приезжала на день рожденья Анны, остался лишь мутный образ: легкий флер духов, конвертик в протянутой бабушке руке. Он плохо вязался с тем, что теперь видела Анна. Яркая косметика, визгливый смех, в целом какая-то чужая, незнакомая женщина. В новом доме все было непривычно. Телевизор на кухне, а не в общей комнате, стареющий отчим с рыбьими глазами, храп за стеной по ночам, вместо запахов лекарств - дешевый освежитель воздуха, тщетно мимикрирующий под цветущую сирень. Город тоже очень сильно отличался от того, из которого выдернули Анну. Шумный, дымный, жаркий, полный людей, машин и рекламы, он пугал девушку. Первым делом, переехав, Анна повесила плотные темные шторы, обещая себе снять их, как только привыкнет. За год она так и не смогла. Не смогла она и хоть как-то устроиться в жизни. Подав документы в колледж, и походив туда пару недель, Анна твердо решила больше туда не возвращаться. Обезумевшие от гормонов однокурсницы, еще не повзрослевшие, агрессивные однокурсники, хвастовство вещами подростков побогаче, пресмыкание подростков победнее; от всего этого Анну буквально физически тошнило. С работой дела обстояли не лучше: Анну, заикающуюся, помятую, с кругами под глазами, не брали. Иногда собеседования заканчивались сразу же, как только она заходила в кабинет. Ей улыбались, просили положить резюме на стол, и обещали перезвонить. Ни одного звонка она, естественно, не дождалась. Закрывшись в своей комнате, девушка проводила дни за днями, качаясь на стуле перед стареньким ноутбуком, лениво посматривая сериалы. Ночью она обычно не могла заснуть, и таращилась в монитор, бездумно пролистывая сайты или обновляя страницы, а под утро курила на балконе, глядя, как светлеет небо. Анна не знала, что делать дальше, куда идти, где искать свое место. Она не была больше единым целым со всем остальным миром. Словно в дурном сне, в котором падаешь и никак не можешь проснуться. Да, пожалуй, ее девятнадцатой весне как нельзя лучше подходило слово "неприкаянность". До тех пор, пока она не встретила Фисташку. Фисташка был добродушный, полноватый и лениво-спокойный. Анна была маленькой, худой и нервной. Если бы не ненавязчивый разговор в чате, соединившем случайных людей в интернете, вряд ли они заметили бы друг друга в толпе. На первом свидании Анна была немного обескуражена внешним видом Фисташки. Он носил длинные зеленые волосы, тоннели в ушах и круглые солнечные очки в стиле шестидесятых. Хотя она старалась никогда не судить о людях по внешности, ей почему-то казалось, что ярко выглядящие люди могут говорить только о себе, моде и о непонятости их миром. К счастью для приунывшей Анны, Фисташка полностью разрушил этот стереотип. Он оказался разносторонним и занятным парнем, слышавшим или знающим почти обо всем, что слышала и знала девушка.