«Радуйся, Равви!»

Как серебро сливается со ртутью,Так из ушей его парила амальгама,И затекала кипятком на руки Первосвященникам, среди монастыря.

Прикрыв змею отравленную грудью,Глаза откинувшую в запахе ладана.Что разъярилась громко о разлуке,О вероломстве, поцелуем одаря.

А Гефсиманский сад в ночи прекрасен. Восьмеркой у подножия цветёт,И окружает маслянистыми плодами Подошву стёртую в песок.

Двенадцатый апостол не согласен,Морщинистая гладь, да скошенная бровь.Затягивали швы над гнойной раной,Гвоздем двуглавым забивали приговор.

Лишь умысел предателя неясен,Как по запачканным рукам стекала кровь,,И опадала вниз обрубленной лианой,На смешанный с землёй затвор.

Слепая ненависть поводыря не знает,Не видела им пройденных границ.Петля на шее никого не оправдает,И гвозди кормят перелётных птиц.