24 глава от имени Невио

It was easy till it got a little deeperВсё было просто, пока не стало немного серьёзнейNow I don't know how to deal with youТеперь я не знаю, как с тобой обращаться So I'ma disappear Так что я просто возьму и исчезнуI'm a ghost Я призракNow you see me, now you don't Сейчас ты меня видишь, а теперь нет I'm a ghost Я призрак Every time you hit the phone Каждый раз, когда ты набираешь телефонI'm a ghostЯ призрак

- из песни „Ghost" от Conffeti

Долгое время я злился на свою сестру за то, что она уехала от меня. Лас-Вегас был нашим домом, наша семья была нашим домом, я был её домом. Но она всё равно развернулась и уехала в поисках того счастья, которое мы не могли ей дать.

   Потом я не столько злился, сколько ощущал двойное предательство со стороны Авроры, когда та уехала. Ещё больше, когда она угрожала тем, что может уехать. Лас-Вегас всё также был нашим домом, но теперь я был тем, кто покидал его. Возможно, это было справедливо.

   В прошлый раз Аврора обожглась об свои чувства и уехала, в этот раз я обжёг её своими чувствами, поэтому я должен был быть тем, кто отступит. Чего я искренне не ожидал, так это того, что она действительно попросит моего отца как-то повлиять на меня. Это показывало насколько сильно её могло сломать убийство Марко. Но я не жалел об этом.

   Пусть она лучше будет морально сломана, чем физически мертва. То, что она не верила моим словам - показывало насколько сильно это доверие было подорвано.

Я лежал в своей комнате, глядя в потолок, думая о том, что произошло сегодня днём. Почувствовав вкус Авроры на своих губах, я знал, что уже стал зависимым от неё. Больше всего мне хотелось трахнуть её прямо там, но я знал, что возненавижу себя после этого, даже если Аврора умоляла об этом.

   Но вот в чём проблема. Пока я хотел её, ей было всё равно, кто её трахнет. Лишь бы это было что-то, чем она могла заглушить боль, которую ей принёс Марко. В дверь постучали, прервав меня из моего потока мыслей и в комнату, не дожидаясь ответа, вошёл папа.

- Нам надо поговорить, - он закрыл за собой дверь, облокотившись на неё.

   Я почувствовал дежавю с того нашего разговора, когда я улетел в Нью-Йорк вслед за Авророй.

- О чём? - я приподнялся на локтях, поворачивая шею в его сторону.

- О том, что происходит между тобой и Авророй, - моё тело сразу напряглось и вытянулось, как тетива.

Отец же не мог знать о том, что сегодня я делал кунилингус Авроре, не так ли? Не то, чтобы я когда-то стеснялся своих сексуальных похождениях, но разговаривать об Авроре в таком ключе было неправильно. Я знал, что она бы не оценила, если бы кто-то, кроме нас узнал о том, что сегодня произошло.

- А что происходит между мной и Авророй? - начал я, прощупывая почву на этой опасной территории.

- Это ты мне объясни, - усмехнулся отец, прекрасно зная мои навыки манипуляции. Он сам меня им учил.

Что происходит между мной и Авророй? Не думаю, что кто-то из нас мог дать какой-то внятный ответ на этот вопрос. Чем больше сменялись дни в календаре, чем больше ударов отдавали часы, тем больше я ощущал, как мои монстры съедали мои мысли и пытались сорваться со своих цепей.

   Сначала Аврора приехала с гонок и у неё не осталось никаких чувств ко мне. Это заставило что-то щёлкнуть во мне. Я разглядел её соблазнительную фигуру, красивое лицо и дерзкий характер и вместе с тем чувствовал непонятное смущение от того, что она больше не краснела при моём виде.

   Извращённой части меня хотелось испытать её. Понять насколько прочной стала её бронь, действительно ли она смогла забыть меня. Чем больше я её испытывал, тем больше я замечал её, как девушку. Я справился с этим челленджом куда хуже, чем она.

   А потом начался Марко. Возможно, если бы не он, я смог бы намного дольше и лучше сдерживать свои порывы. Абсолютно все наши поцелуи и даже сегодняшний инцидент в кладовке кафе был связан с ним тем или иным образом.

   Зная вкус её губ, её сладости, её борьбы и её отчаяния я становлюсь зависимым. Сначала я испугался своих эмоций, которых даже не мог описать и скорее того, что они могут сделать с Авророй, когда моё представление о будущем не включало ничего серьёзного и Рори в том числе.

   Потом я опять надвигался на неё, когда монстры больше не могли себя сдерживать. Отступал. Наступал. Шаг вперёд. Два назад. Три на неё. Переломным моментом стал наш поцелуй в её подъезде. Тогда я решил, что больше не отпущу её, но мои действия опять не соответствовали моим мыслям, потому что я почти перестал ей писать. Не знаю почему, не считал это необходимым.

   В итоге она улетела в Нью-Йорк, а я, как главный герой романтических мелодрам, поехал за ней. Потом звонок и убийство Марко. Я снова отступил на пару дней, не связываясь с ней, разбираясь с тем дерьмом, которое вылезло наружу и только тогда, когда его смерть была объявлена, я снова выждал время, чтобы сделать шаг вперёд.

   Потому что всё это время я катался на американских горках, на которых случайным пассажиром стала сама Рори. Желание обладать ею сменялось желанием быть другом. Разумная часть сменялась безумием. Монстр сменялся человеком. Это были качели, от которых зависели мои действия по отношению к Рори и я, как никто другой, знал, что она заслуживала намного лучшего, но я не мог и даже не пытался предложить ей больше, чем уже давал ей.

- Между мной и Рори ничего нет, - выдохнул я, ложась на кровать, продолжая смотреть в потолок.

   Отец замолчал на несколько секунд, потом я услышал звук приближающихся шагов и почувствовал то, как он сел на край кровати возле меня.

- Тогда почему ты убил Марко Росси? - отец тоже не поверил в нашу версию.

Конечно, ведь кому нужны сфабрикованные улики, когда они достаточно хорошо знали нас. Если бы за этим не скрывалась моя небольшая тайна, мы бы с Алессио и Массимо отвезли его в пыточную, а не порезали в собственной квартире, не вынудив выдать нам хоть кусочек информации.

- Он был предателем, - выдохнул я.

- Не ври, я знаю, что дело в Авроре, - выпалил он.

   Больше всего он не мог терпеть ложь, когда ему врали, смотря в глаза. Когда мы не доверяли ему достаточно, чтобы выложить всю правду. 

- А если я скажу, что он хотел воспользоваться Авророй, чтобы добраться ближе к нам и рассказать о нас мексиканцам? - не сдержался я, повышая свой голос с каждым новым предложением. - Тогда ты мне поверишь? Извините, у меня нет доказательств, потому что я был настолько зол, что выпотрошил его на месте только за одно его упоминание о ней.

Папа долго смерял меня своим тёмным взглядом, видимо, проверяя можно ли мне доверять или нет. Я уже не ощущал, будто это моя забота. Я не мог постоянно заставлять людей верить мне.

- Чего ты хочешь от неё? - более спокойно, неожиданно спокойно спросил он.

- Я просто хочу её, - выдохнул я.

Мне не понравился мой голос. Будто я заразился отчаянием у Рори.

- Ты не можешь просто хотеть её. Она - член семьи, а не первая попавшаяся девушка, - он повторил те слова, которые держали меня подальше от неё всё это время, пока демоны в конце-концов не побеждали.

- Я знаю.

- Ты готов предложить ей нечто большее? Не только то преследовать, то избегать её?

- Я не знаю. Я знаю, что должен, но я не знаю, как это. Я привык поддаваться первым импульсам, а их я не могу изменить.

- Потому что ты знаешь, что есть люди, которые возьмут за тебя ответственность, - заключил папа.

- Возможно, - пожал плечами я.

Я искренне не знал ответа на этот вопрос, но может отец был прав. Я привык действовать, когда хотел и отступать, когда хотел, потому что знал, что мои проблемы в любом случае решат. Жизнь и отношения не могли идти подобным образом.

- Знаешь, когда-то Адамо был очень похож на тебя. Только это было ещё до Динары и он преимущественно убегал от себя.

   Мы никогда раньше не слышали эту сторону жизни нашего дяди. Единственное, чем они делились за семейным столом - тем, что он выпил кровь с папиных вен больше остальных.

- И что же ему помогло?

- Мы отправили его в Нью-Йорк, чтобы он научился самостоятельности, - я застыл на его слова, не ожидая такого поворота событий.

- Вы отправили его под руководство Луки? - уточнил я.

- Да, он проработал там немало времени в качестве простого солдата.

- Только не говори, что мне придётся пахать под дудочку Амо Виттиело, - прошипел я. - Моя сестра станет вдовой.

- Нет, ты не полетишь в Нью-Йорк. Как бы это не было заманчиво, я не хочу, чтобы Грета страдала, - его улыбка растянулась между безумством и мечтательностью.

- Куда же ты меня отправляешь?

- Ты полетишь в Италию к нашим родственникам и будешь помогать им отстраивать Каммору.

   Я никогда раньше не был за территорией американской Камморы и Нью-Йорка. Тем более, я раньше никогда не летал в Италию, не виделся со своими родственниками там и не отлучался от своей семьи дольше, чем на одни сутки.

- Ты ведь знаешь, что я не буду ходить там на ципочках перед ними? Наверняка, они будут бояться лишний взгляд кинуть в мою сторону.

- Мне и не нужно, чтобы ты или перед тобой ходили на ципочках. Мне нужно, чтобы ты, во-первых, побыл далеко и смог разобраться в своих демонах сам. Никто кроме тебя не сможет выиграть эту борьбу. А во-вторых, чтобы ты наконец понял, что такое, когда вся ответственность на тебе. Там не будет никого, кто тебе поможет. Поверь, они слишком тупы для этого, - я кинул сухой смешок.

   Слова отца имели много смысла. Если я хотел стать кем-то, кто был стабильным и ответственным не только для Авроры, но и для своей семьи и себя, мне нужно было научиться сталкиваться с последствиями своего деструктивного поведения самостоятельно.

- И как долго ты хочешь, чтобы я там был?

- Пока ты не поймёшь, что готов жить не только в соответствии с твоими демонами в игре «горячо-холодно». Мир - намного больше, чем твои эмоции в нём. В первую очередь в нём есть много людей, которых мы обязаны защищать.

- Это бред, - запротестовал я. - Я больше не собираюсь избегать Аврору.

- Думаешь? Потому что ты прекрасно никак не коммуницировал с ней, когда у нас были задания.

Я не хотел избегать Рори, но на деле мне всё равно хотелось этого, потому что какая-то часть меня ещё продолжала отрицать то, какими способами я хотел её.

- Она заслуживает лучше, чем я, - выдохнул я.

- И ты можешь стать таким, - отец взял меня за плечо. - Или ты можешь вообще забыть её, я не знаю. Но ты не можешь больше играть в свои игры и скрываться с ней, как пятнадцатилетний подросток.

   Вот этот разговор, который произошёл два дня назад и привёл меня сюда. Я вдохнул свежий, итальянский воздух земли своих предков. Впервые я оставил Лас-Вегас и свою семью позади, но это не означало, что я собирался отступать. Нет, мне просто нужно было время. Я выключил телефон, не желая давать себе соблазн кому-то написать, вместо этого пошёл встретиться со своим двоюродным дядей.

- Невио Фальконе, это большая честь, что вы приехали к нам с самих Штатов, - начал он на ломаном английском.

   Я лишь усмехнулся, пожимая ему руку и продолжая наш разговор на итальянском языке. Хорошо, что папа заставлял меня учить его. Не думал, что пригодиться, хотя мой разговорный уровень хромал.

- Мы можем говорить на итальянском, я ещё помню свои корни, - мужчина облегчённо выдохнул, разгладив лицо.

- Я познакомлю вас сегодня с моей семьёй. Вы, наверное, устали с дороги.

   Он завёл меня в свой огромный особняк, который даже и не подавал виду, что итальянская Каммора переживала трудные времена. Возможно, если бы он больше денег вкладывал в свою армию солдат и бизнес, вместо шика и пафоса, то ему и не понадобилась бы наша помощь.

   В большой гостиной, украшенной картинами в позолоченых рамках, хрустальными люстрами и коврами со шкур убитых животных, меня ждали все наши дальние и давно забытые родственники.

- Это моя жена Мария.

   Он указал на женщину, лицо которой, казалось, могло сдуться, как воздушный шар, если к нему дотронуться. Я бы не смог сказать цвет её глаз, потому что они были настолько натянуты, что их почти не было видно.

- Это мой сын Альберт.

   Мальчику на вид было около десяти лет - слабый помощник в мафиозных битвах, но мне стало интересно такой же ли у него извращённый ум, как был у меня в его возрасте. Мы могли бы найти общий язык, когда я буду делиться с ним своим многолетним опытом пыток.

- Это моя дочь Лайла.

   Девушке на вид было намного больше, чем её брату, но неудивительно, что её не представили первой. Если папа отказался от всего консервативного дерьма, то в Италии это до сих пор проповедовали, как собственную религию.

- А это наш гость, сын самого Римо Фальконе, будущий капо Камморы - Невио Фальконе, - я ухмыльнулся, смотря на свою семью, которая смотрела скорее с заинтересованностью и осторожностью, чем с дружелюбием.

- Я пришёл помочь вам, а не причинить вреда, - мои губы растянулись в улыбке. - Надеюсь, вы не дадите мне повода передумать.

   Двоюродный дядя нервно рассмеялся на мою шутку. Мама всегда говорила, что своим юмором я никогда не смогу расположить людей к себе. Возможно, она права.

   Ужин был достаточно роскошный. Конечно, эта еда, сделанная поварами, не сравниться с блюдами от Джеммы или даже вегетарианской стрепнёй Киары. Ощущения были странными, потому что я действительно никогда не находился так далеко и так надолго от семьи. В сердце ощущалась настоящая дыра с пустотой внутри, которую нечем было заполнить.

- Это твоя комната, в которой ты будешь спать, - дядя провёл мне экскурсию по дому и указал на одну из гостевых спален, которая находилась на одном этаже с его спальней с женой и спальнями их детей.

   Я принял душ и улёгся в кровать. Я достал телефон и снова включил его, но в этот раз я просто хотел почитать новости, зная, что сегодня был новый гоночный заезд и мне было интересно, кто победил. Мой палец застыл над экраном телефона, когда я увидел Аврору в новостях Камморы. Аврора приняла участие в гонках и заняла третье место.

   В груди разрывались два странных ощущения между гордостью и злостью. Одна часть меня сказала «Да, это моя Рори, которая надерёт задницу любому» и на минуту я снова пожалел о своём отъезде, зная, что никак не смогу подарить ей мою форму вознаграждения за хорошо проделанную работу.

   С другой стороны она невероятно рисковала собой и своей жизнью, потому что все знали, что на гонках не существуют правила дорожного движения. Как её вообще допустили на гонки? Не только я был такого мнения, Фабиано с Леоной были намного радикальнее в этом плане. По душе скреблись кошки, а в ушах отдавал неприятный звон мыслей, что с ней могло что-то случится, а я даже не смог бы помочь ей или узнать об этом с отключенным телефоном.

Я увидел её фотографию на пьедестале в гоночном костюме. Её хвост был завязан в высокий хвост, а лицо было чистым, без косметики. Его украшало только её искренняя улыбка, которая создавала морщинки вокруг глаз.

   Чёрт, вся кровь прилила к моему члену.

   Я подумал поздравить её с победой или наоборот пригрозить, чтобы она в жизни не смела подобным заниматься, но это так и осталось желанием, которое я заглушил выключением телефона. Моя поездка создана не в целях развлечения, а с целью поменять себя.

   Я сомневался, что может быть что-то, что заставит меня перестать быть одержимым Рори, но даже если я не смогу полностью выкинуть её из головы, то я намеревался направить свою одержимость в полезное русло. Для этого мне нужно было в прямом смысле избегать её, чтобы перестать избегать её в будущем.

   Я услышал, как ручка моей двери повернулась, заставив моё тело напрячься, а руку положить на пистолет, который был всегда спрятан под моей подушкой. Дверь открылась и в темноте я увидел женский силуэт. Я включил прикроватный свет и увидел, что там стояла Лайла, завёрнутая в один белый, шёлковый халатик.

- Что ты здесь делаешь? - я приподнялся, прикрывая свой пах одеялом, хоть и был в трусах, но сомневался, что они могли скрыть мою эрекцию после просмотренных фотографий Рори.

- Я пришла к тебе, - протянула девушка, будто смаковала каждое слово, как описывала б дорогое вино.

- Кажется, девочкам в твоём возрасте пора уже ложиться спать, - я поднял брови на её комичную версию флирта.

Это точно не то, чего я ожидал от перелёта в Италию. По крайней мере, не от родственницы.

- Мне будет восемнадцать через пару недель, - сладко парировала она.

   Лайла закрыла дверь моей комнаты и сделала шаг вперёд.

- Тебе лучше не делать второй шаг, если ты не хочешь понести за этим последствий, - мой холодный голос заставил её остановиться, как заставил бы любого человека вне зависимости от пола, возраста или статуса.

- Невио, не будь смешным, - её руки стали развязывать слабую верёвочку её халатика, демонстрируя кружевное, белое бельё.

   Я поднялся с кровати, потому что моя эрекция прошла к тому времени и подошёл к ней ближе, заставив её затаить дыхание. Её глаза мне напоминали глаза Авроры, они были такими же наивными, но такими же тёмными, как у меня.

- Ты знаешь, что мы родственники, Лайла? - я наклонился ближе к ней, будто шептал секрет.

- Родственники? - она фыркнула. - Мой отец твой двоюродный дядя? Я даже не знаю, кто мы друг другу.

- Зато я хорошо осведомлён, - я схватился за её пояс, притягивая её на пару сантиметров ближе к себе.

Она смотрела мне в глаза, закусывая нижнюю губу, видимо, желая возбудить. Шлюхи в наших клубах часто пользовались похожим методом.

- Брось, я не хочу ничего серьёзного. Просто развлечения перед тем, как я вступлю в семейную жизнь, - она закатила глаза. - Не переживай из-за девственности. Ты не будешь моим первым.

- Не боишься, что твой будущий муж узнает, что ты не настолько чиста, как ему рекламировали? - я наклонил голову, будучи заинтересованным в её мотивах.

- Наличие девственности трудно не заметить, а вот её отсутствие - практически невозможно обнаружить, - усмехнулась она, будто была мастером в таких вопросах. - Приходиться верить девушке на слово.

   Трахнуть её было бы просто. Она мне дальняя родственница, которая предлагала именно того, чего я хотел. Но я не мог. Хоть я не был ничем обязан Авроре, я знал, что этим трахом просто опять пойду на поводу у своих демонов, чтобы забыться. В этой поездке по самопознанию мне нужна была трезвая голова.

- Я в доме твоих родителей. Представь, что мне сделают за связь с тобой? - я начал завязывать её пояс, прикрывая ничего не скрывающее бельё.

Я мог только представить скандал каких масштабов я бы вызвал. Они бы, наверняка, потеряли своё дерьмо и убили бы меня и мой отец пошёл бы на них войной, дробя остатки Камморы на мелкие куски.

- Нам необязательно делать это в доме, - возбуждённо прошептала она. - Можем пойти в сад или в веранду.

- Найди себе другой член, Лайла, - усмехнулся я, заставив девушку покраснеть от таких грубых слов. - Если ты подойдёшь ко мне ещё раз, я вынужден буду сказать твоему отцу, что ты предлагаешь мне себя на блюдечке.

   Возможно, я не сдержался сегодня и уталил часть своей одержимости, посмотрев на фото Авроры. Но другой первый шаг я сделал. Я подумал головой, а не инстинктами.

———————————————————————Вот и двадцать четвёртая глава🏁

Узнали более упорядоченно мысли и противоречивость Невио на протяжении всей истории. И да, Аврора будет участвовать в гонках в следующей главе🏎️

Делитесь своими оценками и комментариями 💙🖤