Coffee

Мы развелись с Джинни три месяца назад. Все получилось довольно банально, она еще с порога заявила, что уходит к Дину Томасу. С ним и жить проще, и работа у него не такая скверная (надо же, мракоборец, по ее мнению, - скверная работа). Держать я ее не стал, хочет уходить - пусть уходит. Она молча собрала вещи в чемодан, а я стоял рядом и наблюдал за каждым ее движением, путаясь в смешанных чувствах.

Сначала было немножко трудно, но потом я понял, что в жизни холостяка больше плюсов, чем казалось. Во-первых, я перебрался в дом на площади Гриммо-12, который Джинни так люто ненавидела еще с четвертого курса, во-вторых, я мог делать все, что мне вздумается, не слыша никаких порицаний. Все было так, как я хотел. Я был счастлив.

До одного странного дня, который перевернул всю мою спокойную холостяцкую жизнь.

***

Часы на тумбочке громко тикали. Я сидел на старой софе в гостиной и перечитывал отчеты о проделанной работе. Чёрт, надоело уже таскать все эти бумажки домой, я уже и в пятницу вечером отдохнуть спокойно не могу! Мало того, что меня на работу могут вызвать в любой момент, мне еще и на выходных не дают расслабиться и забыть о всех темных заклинаниях, книгах, зельях и прочей галиматье.

В дверь кто-то громко постучал. Сначала я опешил, обескураженно моргая и судорожно соображая, кто мог ко мне заявиться. Наверное, это Джордж, опять что-то в магазинчике пошло не так, опять нужна моя помощь...

Встав с софы, я пошел открывать. На пороге стояла Гермиона в черном плаще и красном берете. Растрепанные волосы разметались по плечам, а щеки раскраснелись. Сразу понятно, что она замерзла. Конечно, такая холодрыга на улице...

- Привет, Гарри! Можно я войду? - тихо спросила она, и я кивнул, отходя в сторону и пропуская нежданную гостью.

- Как поживаешь? - спросил я, чтобы хоть как-то скрыть удивление. - Почему Рона с собой не взяла?

Гермиона глубоко вздохнула и опустила глаза.

- Мы на грани развода, Гарри. Рон обиженно ходит по квартире, на которую мы наскребали два года, а я даже не хочу туда возвращаться... я... я не знаю, что делать.

Она крепко зажмурилась и отвернулась от меня. Ее плечи стали вздрагивать от рыданий.

- Гермиона...

Я положил руку ей на плечо и развернул к себе лицом. Она отвела взгляд, по нежной щеке катились маленькие прозрачные капельки, оставляя за собой мокрые полоски.

О, нет... Я совершенно не умею утешать людей, а ей так необходима поддержка! Лучше бы она пошла к Джинни. Я признаю, что в этом Джинни лучше меня. Намного.

- Мы же с Джинни развелись и... ничего страшного не случилось, - сказал я, пытаясь выдавить что-то наподобие улыбки.

Гермиона на секунду прекратила плакать, посмотрела на меня взглядом "Гарри Поттер, ты идиот" и снова разрыдалась. Ну и глупость я сморозил...

- Давай выпьем что ли, - совсем отчаявшись, предложил я. - У меня есть огневиски. Не сомневаюсь, что тебе станет лучше. Можешь даже остаться у меня на ночь, если тебе так не хочется возвращаться домой.

- Заливать горе алкоголем? - переспросила Гермиона. - А это не вредно?

- Ну, ты же не каждый день его заливаешь, - улыбнулся я. - Не вредничай. Тебе нужно расслабиться.

Я направился к "бару" и достал оттуда большую бутыль огненного виски.

- Я читала, что заливать стресс алкоголем плохо... Идет обман организма, а потом сердце начинает биться слишком быстро это плохо влияет на...

- Гермиона! - перебил ее я, извлекая с полочки два хрустальных фужера. - Не самое время для лекций о вреде алкоголя. Ты же не выдуешь всю бутылку разом, правильно?

Я наполнил фужеры огневиски и вручил напиток Гермионе. Она посмотрела на него с таким отвращением, будто я всучил ей дохлую крысу.

Свой фужер я осушил в несколько глотков, а Гермиона все еще боязно косилась на напиток.

- Пей, не бойся! - подбодрил ее я.

- Ну ладно, - пробормотала она и выпила все огневиски залпом.

Отвращение с ее лица исчезло. Она улыбнулась.

- Не так уж и плохо, - заметила Гермиона.

- Вот именно, - кивнул я. - Давай еще выпьем.

Я снова налил ей огневиски, и мы выпили за справедливость в этом мире.

Она повеселела, скорей даже, разомлела от выпитого и с удовольствием разговаривала со мной, от души хохотала и вела себя так, будто у нее на носу свадьба, а не развод.

- Гарри, - прошептала она, наклоняясь ко мне. - Ты сегодня такой красивый... Новый одеколон? Или прическа?

- Ничего не изменилось, - удивленно сказал я. - Тебе пора спать.

- А мне кажется, что веселье только начинается...

Она игриво подмигнула и плеснула себе еще виски. Нет, больше ей нельзя! Если ее понесло после двух фужеров, то третий будет просто ударным и тогда она будет жалеть...

- Тебе хватит.

Я попытался забрать у нее бутыль огневиски, но она с хохотом спрятала ее за спину.

- Забери ее, Гарри, - хихикнула она.

Я вздохнул и попытался отнять огневиски, но она ловко поставила бутыль на пол и схватила меня за руки. В глазах играли озорные огоньки. Она медленно провела кончиком пальца по моей руке и снова посмотрела мне в глаза.

- Что ты...

Не успел я даже опомниться, как Гермиона впилась поцелуем в мои губы. Я быстро отстранился и отскочил на другой конец софы.

- Ты ч-ч-чего?! - выкрикнул я, пытаясь прийти в себя.

- Мне просто захотелось тебя поцеловать, - спокойно сказала она. - Иди ко мне.

Я замер. Мне не был неприятен ее поцелуй, как ни стыдно было бы мне себе в этом признаться. Но нельзя же! Она с Роном, у нее есть муж, я не могу увести жену у своего лучшего друга. Так не поступают. Или поступают?

Меня словно свело судорогой, я не мог пошевелиться. Просто наблюдал за Гермионой.

Она медленно приближалась, потом положила руки мне на плечи и нависла надо мной, щекоча длинными каштановыми волосами мои щеки.

- Ты сегодня прекрасно выглядишь, Гарри, - прошептала она и страстно прижалась своими губами к моим.

Я обнял ее, притянул к себе. Ее настойчивый язык врывался в рот. Так горячо, так страстно, так... необычно. Ее язык скользил по моей нижней губе, она закусывала ее. Меня просто выкручивало. Я наслаждался этим поцелуем, но мое сознание кричало во все горло, чтобы я немедленно прекратил. ЧТО Я ТВОРЮ?!

Она медленно опустилась и стала целовать мою шею, слегка покусывать кожу. Я запутывался пальцами в ее волосах, гладил их... Чёрт, чёрт, чёрт, как стыдно, но до боли приятно...

Гермиона начала медленно расстегивать на мне рубашку, покрывая поцелуями кожу, открывшуюся из-под ткани. Если не остановлю ее сейчас, то не остановлю и потом... ВСЕ! Стоп! Стоп! Стоп!

- Н-не надо, - пробормотал я, отталкивая ее от себя и поспешно застегивая рубашку.

Я посмотрел на Гермиону. Зацелованные губы, горящие желанием и страстью глаза, растрепанные волосы... это невыносимо. Она прекрасна, но я не могу. Потом она будет жалеть об этом, нельзя поступать так с ней только потому что мне захотелось!

- Гермиона, не надо, - твердо сказал я.

- Тебе неприятно?

- Ты будешь потом об этом жалеть... не хочу, чтобы ты страдала. Я пойду спать.

***

Утром я проснулся от легкого запаха кофе. Странно...

Приподняв голову, я прислушался. Дома, казалось, никого не было. Куда Гермиона делась?!

Пройдя в кухню, я увидел чашку только что сваренного горячего кофе и записку:

Надеюсь, ты сможешь меня простить. С утра за мной зашел Рон и извинился за все... Гарри, не говори ему, что вчера было. Умоляю. Пусть это будет наш маленький секрет...

P.S. Кто-то из нас любит кофе, а кто-то умеет сделать так, чтобы оно не остыло. Доброго тебе утра! Спасибо, что остановил то, что нужно было остановить.

Солнце струилось сквозь желтые занавески, наполняя кухню светом.

Разочарование? Нет, скорее, просто легкая грусть. Такая хорошая, милая, добрая, отзывчивая Гермиона. Жаль, что не моя.