Глава 11

В коридоре повисла гнетущая тишина. Отчётливо прозвучал металлический щелчок, эхом разлетевшийся по помещению. Я вздрогнула от этого звука. Тяжесть момента ощущалась физически. Взгляды присутствующих были прикованы к источнику звука. Дыхание стало прерывистым, словно каждый вдох давался с трудом. В преддверии неизвестного сердца забились чаще. Неопределенность порождала тревогу. Казалось, время замедлило свой бег. И вот, дверь медленно открылась, выпуская узкий луч света в тускло освещенный коридор. Первым вышел профессор Стоун, его лицо, обычно освещенное интеллектуальным блеском, теперь было исчерпано страхом и удивлением. Группа двинулась, и я поспешила за ними. Наши шаги эхом отражались в коридоре. Даже люди внизу перестали говорить, прислушиваясь к нам. Я переступила порог и застыла. На первый взгляд может показаться, что ничего не произошло. Царила абсолютная безмятежность. Неслышно было ни звука, ни шороха. Только легкая дымка летала вокруг нас. Во внутреннем саду царила пустота. Застывшее дерево словно замерло в ожидании. Не шевелился ни один листок. Воздух был неподвижен и тих. Всё вокруг казалось застывшим во времени. Это место словно дышало покоем, но покоем печальным. Это была обманчивая тишина.Мы двинулись по левому коридору. Наши шаги эхом отражались от стен. Мой взгляд бегал по коридору, а потом уткнулся в улицу, и тут я замерла. До этого момента всё казалось обычным, но не тут-то было. Мир снаружи разительно отличался от того, что мы ожидали. Этот контраст между внешним и внутренним миром так отличался. Здесь чувствовалась безопасность, за пределами здания - хаос.

—Что это? — мой голос задрожал. Дыхание сбилось, а горло сдавило невидимой рукой. Кожа покрылась мурашками. Слабость подступила к ногам, делая их ватными. Все чувства словно обострились, воспринимая мир вокруг с необычайной яркостью. Ребята повернули головы влево. Я услышала шёпот недоумения и страха. За окном была не огненная пустошь, не руины, а ... зелёный туман. Он повсюду, густой, вязкий, проникающий в легкие и вызывающий кашель. Он не проникал сюда, разве что совсем немного, и то это незаметно. Небо было затянуто зелёными облаками, словно некая чудовищная буря выплеснула свою ядовитую слюну на землю.Здания были покрыты зеленоватым налетом, деревья скрючились и почернели. Тишина стояла глубокая, необычная, настолько резко контрастирующая с ожидаемым грохотом и криками, что вызывала еще больший ужас. Это была тишина смерти, тишина застывшего мира. Оставалось только догадываться, что же выбросилось в воздух вместе со взрывом. Я двинулась в сторону окна, чтобы рассмотреть все получше.

— Бет Коулдан, что мы говорили? От группы не отходить! — взвизгнул мистер Бекер.

— Но я хочу получше всё разглядеть.

— Мистер Бекер, вы же нас видите, тут недалеко от окна. Я с ней подойду, — сказал Айзек и сделал шаг ко мне.Он поравнялся со мной и кивнул в сторону окна. Подойдя ближе, можно было получше разглядеть изменения. Разрушенная инфраструктура, растения, изменившие свой цвет и форму, и эта удушающая зеленая атмосфера - всё говорило о грандиозности трагедии.

—Людей совсем нет.

—Мы когда шли сюда никого на улице не увидели. Все разбежались.

Парень кивнул.

— Эм… я не думаю, что можно выходить на улицу, — сказала я, разворачиваясь к нашей группе.

— Почему? — спросил Льюис.

— А ты что, не видишь, что творится за окном? И мне кажется, что зелёный туман может быть опасен.

— Не преувеличивай, — отмахнулся он.

— Завод взорвался! Алоо! Какие-то химические вещества вырвались наружу. Ты что, не видишь зелёный туман и небо? — я вернулась в строй. Айзек сделал то же самое. Льюис только закатил глаза. Мы пошли дальше и пришли к дверям, разделяющим один коридор от другого. Мистер Стоун толкнул дверь, и зелёный туман проник внутрь. Мы медленно пошли вперёд. Я немного заколебалась, но всё же двинулась внутрь. Разрушительная сила взрыва оставила свой след. Осколки стекла покрывали землю, словно сверкающий, но опасный снег. Воздух был пропитан пылью и запахом гари. Тишина, нарушаемая лишь скрипом покореженных конструкций, давила на уши. Всё вокруг было покрыто слоем обломков и пыли. Стены зданий зияли пустыми глазницами окон. Эта часть здания сильно повреждена, а вторая часть цела. Под ногами трещало стекло. Я закашлялась от едкого тумана, проникавшего в лёгкие. Мы пошли дальше. С каждым шагом дышать становилось всё тяжелее. Я сильнее закашлялась. Мои глаза заслезились от боли словно что-то попало туда. Такое ощущение, что сейчас задохнусь. Спереди Лиз тоже начала кашлять. На мое плечо упала рука.

— Всё в порядке? — спросил Айзек.

— Нет, дышать тяжело, и глаза болят, — я покачала головой.

— Мистер Стоун, я думаю, нам следует возвращаться! Этот туман плохо влияет на людей! — Айзек всё ещё не убрал руки с моего плеча.

— Да, давайте уйдём. Я тоже чувствую, что что-то не так, — он развернулся. Когда я повернулась, рука парня спала с моего плеча. Я сделала шаг вперед, но почувствовала неприятные ощущения. Внезапно возникло странное ощущение в грудной клетке. Легкое покалывание быстро переросло в неприятную щекотку. Тело наполнилось необъяснимой слабостью, словно силы покинули его. Голова закружилась, мир вокруг начал расплываться. Дыхание стало немного затрудненным. Хотелось присесть и отдышаться. Я пошатнулась и зацепилась рукой за толстовку Айзека. Он быстро подхватил меня под руку.

— Надо быстрее выходить отсюда!

Я услышала, как застонала Лиз. Ей тоже было плохо.

— Сможешь идти? Я могу тебя понести.

— Я могу идти! — возразила я, и мы пошли к двери. Подступила тошнота, неприятным комом застряв в горле. В глазах все двоилось, расплывались контуры предметов. Стены и дверь словно колебались, теряя четкость очертаний. Невозможно было сфокусировать взгляд, все сливалось в размытую картину. Тело наполняла слабость, а сознание стремилось куда-то ускользнуть. Но вот мы приблизились к двери. Я вдохнула полной грудью не ядовитый воздух и раскашлялась. Дверь за нами закрылась. Меня подкашивало. Айзек меня до сих пор поддерживал.

—Я хочу сесть.— Я скатилась по стене. Парень поддержал меня, чтобы я не упала.

—Всё-таки мисс Коулдан была права: туман ядовит,— сказал тренер.

—Нам нужно сделать так, чтобы туман не проник в эту часть здания. Он уже проникает, но нужно его остановить, иначе мы задохнёмся,— сказал мистер Стоун. Перед глазами перестало всё плыть, и я сфокусировала взгляд на подруге. Её лицо было бледным, видно, ей тоже было сильно плохо. Остальные тоже были слегка бледноваты.

Я думала сейчас сознание потеряю.

— Мы можем использовать тряпки, чтобы заткнуть все щели, — предложил Лео.

— Это хороший вариант. Сейчас быстро идём в бункер. Уведомляем всех и начинаем работу, — скомандовал мистер Стоун.

— Тебе лучше? — спросил Айзек, сев на корточки. Его глаза так пристально смотрели, что я немного смутилась.

—Да,— я поднялась.

Как-то быстро прошло недомогание.

В бункере состоялся важный разговор. Выражения лиц присутствующих отражали смятение и тревогу. Их взгляды говорили о глубоком потрясении. Создавалось впечатление, что услышанное ими вызывало недоверие. Казалось, они не поверили нам. Информация, которой мы поделились, оказалась неожиданной и неправдоподобной. Последовавшая тишина подтверждала серьёзность ситуации. Но её впоследствии прервали.

— Это всё какой-то бред! Я не собираюсь здесь находиться! — выкрикнула Мия.

— Я тоже! Я не верю вам! — поддержал ее парень.

— Мы уходим! Кто с нами?

Группа не двигалась. Но вот потом двое парней сделали шаг вперед.

— Ребята, вы не можете просто так уйти! Там опасно! — сказал мистер Бекер.

— Вы не можете нам запретить! Шон, Эдгар, пойдемте!— они развернулись и ушли. Их никто не стал останавливать.

— Они вернутся. Там невозможно дышать, — спокойно сказал Майк.

— Ладно, сейчас нужно позаботиться о нас. Используйте тряпки, чтобы заткнуть все возможные щели и отверстия в стенах, окнах и дверях. Возьмите тряпки и идите затыкать все щели, — скомандовал мистер Стоун. Мы нашли много тряпок и пошли наверх. Мы прошлись по коридору, чтобы проверить закрыты ли все окна. Мы закрывали щели плотно, чтобы минимизировать проход тумана. Я всё смотрела на двери в надежде, что ребята вернутся. Но проходили минуты, а они так и не возвращались.

—Разложите тряпки или другие подручные материалы на уровне пола, чтобы создать дополнительный барьер для тумана. Это может помочь замедлить его распространение!

—Повесьте влажные тряпки на окна или разместите емкости с водой. Влажный воздух может помочь снизить концентрацию едких веществ в тумане.

Преподаватели командовали нами, а мы их слушались и не осмеливались ослушаться. На кону стояла наша жизнь. Ведь никто не знал, что могло произойти. Студенты суетились, пытаясь как можно быстрее всё выполнить.Я выдохнула и встала возле окна, смотря на улицу. Там до сих пор был ядовитый туман, и нельзя было понять, когда он рассеется. А может, он вообще не уйдёт? Но в таком случае, что делать дальше, как выбраться отсюда? Я прищурилась, пытаясь рассмотреть хоть кого-нибудь, но улица была совершенно пуста.Как же они так долго находятся там?

— Кого высматриваешь? — спросил за моей спиной Льюис.

— Хоть каких-нибудь людей. Хотя я знаю, что это практически невозможно.

— Почему невозможно?

— Ты что, забыл, как туман на нас действует?

— Не забыл.

Сердце сжимается от тревоги, при мысли о том, что ребята не вернутся. Мысли кружатся в голове, рисуя самые разные картины. Время тянется мучительно медленно, каждая минута кажется вечностью. Невозможно сосредоточиться ни на чём другом, всё вокруг теряет смысл. Надежда всё ещё теплится, но с каждой минутой становится всё слабее. Страх постепенно заполняет всё пространство внутри. Остаётся только ждать.

***

Парень посмотрел в сторону двух людей стоящих возле окна. Он выдохнул и перевел глаза на друга. Тот пытался впихнуть тряпку в щель. Выражение его лица было серьезным. Губы плотно сжались, словно скрывая мысли. В его взгляде читалась какая-то тревога. Он явно погрузился в раздумья. Воздух вокруг него словно сгустился, создавалось впечатление, что его беспокоит нечто важное. Айзека это беспокоило; было ясно, что друг что-то скрывает. Тогда он и решился разузнать всё. Предстоящий разговор казался неизбежным. Молодой человек решительно подошел ближе. Другой, погруженный в свои мысли, не обратил на него внимания. Прикосновение к руке заставило его вздрогнуть. Взгляд, полный решимости, встретился с удивленным. Наступал момент объяснения. Айзек сжал его локоть и повёл ничего не подозревающего друга в безлюдное место.

— Эй, ты чего?

Молодой человек отпустил его, когда они отошли на приличное расстояние от людей.

— Ты ничего не хочешь рассказать? — спросил Айзек, сложив руки на груди. В воздухе повисло напряжение, словно натянутая струна. Слова повисли в тишине, ожидая ответа. Взгляд, казалось, проникал в самую душу, ища там правду. Любая попытка уйти от ответа была бы тщетной. Лео оттянул воротник, словно ему было жарко. Похоже ему оставалось лишь одно - говорить искренне. Каждое слово имело значение, каждый жест был под пристальным вниманием.

—Кха-кха... о чём ты? — Лео отвел взгляд.

—О том, что, блять, произошло?

—Взрыв, ты что, не видел?

—Лео... ты что-то скрываешь. И я знаю, что это связано с заводом, а точнее, с лабораторией.

— Тише! — тот пихнул его, чтобы он перестал говорить. — Не надо так громко!

— Тогда рассказывай.

—Ладно... Я недавно подслушал разговор родителей. Они говорили о новом эксперименте. Они нашли какой-то элемент, который может всё изменить, и они должны разработать его и ввести в подопотный предмет. А что это за предмет, я не знаю. Мне эта идея совершенно не понравилась. Как ты знаешь, я читал запись, и ничего хорошего там нет. Рассказать об этом нельзя, иначе меня могут убрать. Там завязаны какие-то большие шишки.

—Так из-за этого ты так яро просил нас прийти в университет?

—Да, так как здесь есть бункер.

—С чего ты был уверен, что должен произойти взрыв?

—Я не знал, что будет взрыв. Родители делали какой-то вирус или болезнь. Не знаю. Они были так уверены в чём-то, что это меня насторожило. Из-за этого хотелось быть ближе к безопасному месту.

—Понятно.

— Об этом никому. Иначе с ними может произойти беда.

— Ладно. — Айзек лишь пожал плечами. Ему, естественно, вся эта ситуация крайне не нравилась, но поделать с этим ничего нельзя. Оставалось только наблюдать.