Точка кипения

Через месяц Вася преобразился в настоящего зверя, утратив всякое сходство с забавным мемом, которым его считал Глеб. Его мышцы налились силой, шерсть потемнела, а клыки вытянулись до пяти сантиметров, блестя, как лезвия. Весом в сорок килограммов, он стал машиной для разрушения, чьи оглушительные вопли разносились по дому, заставляя дрожать стены. Открытые нараспашку двери, выломанные его лапами, стали его визитной карточкой, символом неукротимой мощи. Глеб, привыкший видеть в бабуине лишь источник контента, недооценил его. Однажды, когда Вася в очередной раз завладел банкой пива, Глеб решил поставить его на место. "Вася, отдай, это моё!" — рявкнул он, резко дёрнув банку из лап бабуина. Ответ был молниеносным: Вася, не издав ни звука, вцепился зубами в руку Глеба. Кровь хлынула на пол, боль пронзила до костей, а Глеб, скорчившись, заорал от шока.

Пошатываясь от боли, Глеб всё же нашёл в себе силы доползти до клавиатуры и выдать пост в тред на форуме: "Вася — как босс в Elden Ring: агрится без предупреждения, но стиль на уровне. 10/10". Тред тут же взорвался реакциями. "Бро, это что, реально кровь? Похер, снимай дальше!" — писал один аноним. "Вася — альфа, Глеб — его бета, лол," — подхватил другой. Кто-то добавил: "Зови его на сходку, пусть IRL покажет, кто тут главный!" Посыпались комментарии вроде "Василий, насри ему в пекарню!" и "Глеб, не ссы, это контент года!". Некоторые комментарии предостерегали: "Ты дебил, это ничем хорошим не закончится, держишь в закрытом помещении дикого зверя!", "Подожди брачный период, станешь его самкой!". Форум бурлил, требуя новых подробностей, пока Глеб, морщась от боли, перевязывал руку и с мрачной ухмылкой читал, как его страдания превращаются в очередной вирусный хайп. Вася же, равнодушно жуя остатки банки, смотрел на хозяина с холодным презрением, словно предчувствуя, что их игра только начинается.

"Глеб, что с рукой?" — спросила Светлана на следующий день, увидев повязку.

"Вася поиграл," — отмахнулся он.

"Поиграл?!" — взвизгнула она. "Он тебя покалечил! А что с моими туфлями?! Он их тоже "поиграл"?"

"Не покалечил," — упёрся Глеб. "Он мой друг."

"Друг?" — мать чуть не подавилась кофе. "Это зверь, а не друг! И он, кажется, скоро съест нас вместе с домом!"

"Ты просто не шаришь," — бросил Глеб. "Он умнее вас обоих. Он понимает настоящую свободу, в отличие от вас, вечно гоняющихся за новыми айфонами."

Последней каплей стал платок Gucci. Вася не просто порвал его — он обмазал его дерьмом и засунул в вентиляцию. Дом пропах, как скотный двор.

"ГЛЕБ!" — заорала Светлана, ворвавшись в его комнату, закрывая нос рукой. "УБЕРИ ЭТУ МЕРЗОСТЬ! Я не могу дышать в собственном доме!"

"У тебя 24 часа," — добавил Игорь, держа виски, его лицо было землистого цвета. "Или я беру ружьё и делаю из него чучело. Или вызываю службу по отлову диких животных. Выбирай!"

"Вы ничего не понимаете," — огрызнулся Глеб. "Мы с Васей против мира. Вы просто боитесь всего настоящего."

"Против мира?" — фыркнул отец. "Ты против здравого смысла! Ты просто инфантильный придурок, который не может повзрослеть! Докажи, что ты мужик, или я всё решу. Раз и навсегда!"

Глеб заперся с Васей в комнате. Он бормотал что-то вроде: "Они нас не сломают, братан," поглаживая бабуина. В ту ночь Глеб решил устроить "стрим века", поставив перед Васей шесть банок энергетиков и тетра-пак крепкого пива. "Пей, Вася, покажем им всем, кто здесь король!" – командовал он, его глаза безумно блестели от предвкушения. Вася, с рычанием, вгрызся в банки, жадно выпивая таурин, сахар и хмель.К этому моменту Вася уже не был просто животным. Постоянное нахождение в замкнутом пространстве, непривычной среде обитания, непривычная еда и, возможно, даже отсутствие самки, вызывали у него необъяснимую злобу, которая накапливалась с каждым днём. Теперь же, под воздействием энергетиков и алкоголя, его глаза налились кровью, а шерсть встала дыбом. Бабуин снёс дверь и рванул в дом. Начался настоящий ад.