7. Желание угодить

Несмотря на то, что как минимум на 40 процентов такая жизнь была мною желанной, она надоела слишком быстро.

Меня пока что устраивало почти все. Мне было приятно находиться рядом с Чейзом и узнавать его как можно ближе, приятно было «вести общее хозяйство», но только вот свободного времени было слишком много. В отличие от меня, мой жених работал, соответственно, его часто не было дома. Я старалась влиться в образ жизни обычной домохозяйки, но это было крайне сложно. Это было не для меня, и я усекла это сразу.

Я тренировалась вдвойне больше, чтобы скоротать время, я училась получать удовольствие от долгого шоппинга, пробовала новые различные хобби, проводила в несколько раз больше времени с Синтией, что ее несказанно радовало, но от скуки это не спасало.

В это утро я даже с кровати не вставала. Я смотрела за тем, как собирается на работу Чейз, мельтеша по квартире, смотрела за тем, как за окном из-за линии горизонта поднимается солнце. Меня бесило солнце. Гораздо больше мне симпатизировала Луна.

Когда на часах было около десяти утра, я вновь закрыла глаза и погрузилась в сон, накрывшись одеялом. Глаза слипались, но уснуть было крайне сложно. Сложно, но и я не слабачка, так что у меня получилось.

Все звонки и сообщения сегодня были проигнорированы. Там все равно, скорее всего, только Синт. Пусть поволнуется. А то вечно переживаю только я, когда она по пьяной лавочке теряет в клубах телефоны и не отвечает по несколько дней.

Я весь день не подавала ни одного признака жизни, пока в двери не провернулся ключ Хадсона.

Я вынырнула из-под одеяла и посмотрела на время. Шесть вечера. Я даже не знаю, спала ли я все это время, но чувствую себя явно отвратно. Хуже некуда. И чувствую, что выгляжу я тоже отвратно. А я ненавижу выглядеть плохо. От этого портится настроение. Так что у меня сегодня явное бинго - ужасное самочувствие, хреновый внешний вид и плохое настроение.

Я обсуждала с Эрхардами тему работы и того, что я хочу вновь куда-то устроиться, а не целыми днями валяться дома, на что мне ответили четкое «нет». Не знаю, отчего появился такой странный запрет. Видимо, на данном этапе старикам хочется контролировать вообще все. С днём маразма!

- Ты еще в кровати? - обеспокоенно спросил Чейз. Я приподнялась, и только в этот момент поняла, насколько же тяжелой была моя голова. Видимо, это и стало одной из причин моей хандры и нежелания вставать с кровати. - Что-то случилось?

- Настолько много ничего не делала, что уже устала. - лениво ответила я, закрыв глаза и переплетя пальцы своей руки с пальцами Хадсона. - Ерунда какая-то. Еда в холодильнике, квартира сияет от чистоты, я уже перепробовала все занятия, которые только существуют.

Парень мигом понял, что я намекаю на отсутствие у меня работы. Умничка. Я не планировала на это давить и манипулировать, но оно как-то само получилось. Чейз догадливый, чем мне и нравится. Не только этим, конечно, но все же.

- Я поговорю с твоими родителями об этом. Ты до этого кем работала?

Пару минут я думала над тем, что ответить. Если я скажу что-то про офисную работу, о которой так долго врала, меня в офис какой-нибудь и запихают. А что я там сделаю? А ничего я там не сделаю.

- Барменом. - выпалила я. - Только Эрхардами ни слова. Они об этом не знают.

- Настолько все строго, что даже такого не одобряют? - Чейз удивленно выгнул правую бровь.

- Там долгая история. Потом поделюсь, если смогу. Там очень долгая и очень запутанная история, от которой у тебя ещё и мнение обо мне может испортиться. Просто пообещай, что до моих предков это не дойдёт. - я махнула второй, свободной рукой.

Он осторожно кивнул, и я расплылась в улыбке. Потянув парня на себя, завалила его в кровать прямо в уличной одежде. Положила голову ему на грудь. Руки Хадсона зарылись в мои волосы, пропуская пряди сквозь длинные пальцы.

Я взяла в руки телефон и наконец-то соизволила пролистать ленту уведомлений. Несколько звонков от Синтии, сообщения от неё же.

- Твоя подруга весьма неразговорчива и временами странно себя ведёт. - прошептал Чейз. Я выгнула бровь.

- В каком смысле?

- Ну, во-первых, она ко мне настолько хреново относится, что всю дорогу, пока я ее вез, показушно это выражала, а во-вторых, при твоих и моих родителях общалась со мною, как с ангелом, сошедшим с небес. Пахнет чем-то странным. Например... желанием угодить.

Я на секунду задумалась, но из своих дум поняла лишь то, что я очень долго и очень плохо знаю Синт. Ещё поняла то, что она серьезно пытается угодить моим родителям, будто бы они важнее, чем ее.

- Возможно.

Жизнь с Чейзом за несколько мгновений стала для меня чем-то обыденным. Я ненавидела себя за то, что так легко поддавалась любым чувствам, хотя вечно зарекомендовывала себя, как серьёзную и жесткую девушку, но в то же время мне нравилось то, как я чувствовала себя. Окрылённой, свободной. Свободной я на самом деле-то и не была, да и крыльев у меня не имелось, но ощущения мне нравились.

На следующий день

- Зачем ты так много тренируешься? - спросил парень, когда увидел на моих смарт-часах количество активности за день.

- До своей хандры из-за отсутствия работы я тренировалась вдвое меньше. - проговорила я, опять начиная давить на любимую тему. - Да, это все равно многовато для человека, который «просто следит за собой», но раньше мне это было нужно. Раньше было нужно, а теперь вошло в привычку. Мне нравится, меня все устраивает.

- Я поговорил с твоими родителями. Они дали добро. Ищи работу, Тори. - вдруг неожиданно сказал Чейз. Я застыла на месте и удивленно округлила глаза.

- Серьезно? - воскликнула я, похлопав в ладоши. - Спасибо, Чейз!

Я обняла сидящего за столом парня и потрепала его по волосам. Больше всего я наверное сейчас радовалась тому, что могу проявлять эмоции рядом с ним. Для меня это бывает сложно. Не со всеми людьми я могу быть искренней, и это чертовски сложно контролировать.

Устроиться на работу было не так сложно, когда у тебя есть довольно влиятельные родители. Да, когда мне нужно, я могу и воспользоваться ими. Надо же мне иметь хоть какую-то выгоду.

Слово «родители» всегда давалось мне слишком трудно. Я не могла думать об этих людях, как о своих родителях, я не могла их так называть. Иногда мне приходилось, и это были худшие дни моей жизни. Я лучше вообще буду молчать, чем назову Эрхардов своими родителями. Пусть скажут спасибо, что ещё не дошло до того, чтобы я поменяла фамилию.

До моих семи лет мы были идеальной семьей. Иногда они пропадали на работе, но я не обращала на это большого внимания и никогда не злилась. Я с детства была довольно развитым ребёнком, который понимал, что так устроена жизнь - чтобы быть в достатке, необходимо некоторое время посвящать работе.

Дальше все пошло по наклонной. Во многих с этого возраста растили синдром отличника, во мне же вообще ничего. Мне не помогали с учёбой, списывая это на то, что я «и так умная, сама справлюсь». Да, может я и справлялась сама, но мне были важны внимание и помощь.

Лет с четырнадцати я сбегала из дома, и это ни разу не вскрылось. Многие говорят о том, что Эрхарды якобы «знали об этом, но мне не говорили», но это было явно не так, и я сама это знала.

Я отличалась от многих одноклассников своими способностями до самого окончания школы, и это было моей погибелью. Да, меня хвалили, мои старания поощрялись. Но тем не менее, чем больше меня хвалили, тем больше родители отдалялись. «Ты ведь самостоятельная, сама справишься» - эту фразу я слышала почти ежедневно.

А после выпуска из школы меня упекли в университет, на ту специальность, на которую я учиться не хотела. У меня была другая мечта. Впрочем, о ней пришлось забыть, и я настолько вбила себе это в голову, что, кажется, реально о ней позабыла.

За те несколько лет в университете я отдалилась еще больше. Понимала, что, может, Эрхардам было до меня дело раньше, но я уже это упустила. Мне все еще не хватает от них внимания, но теперь я уж точно не в том возрасте. Если уж меня в 14 лет считали самостоятельной и посылали далеко и надолго со своей заботой, то в 18 и дальше на меня точно забили.

Когда мне было 17, я познакомилась с Нейтом Хакером. По-отцовски заботливый мужчина сразу пронюхал, что я обижена на своих предков и солью ему все, что он захочет, поэтому и «приютил». Со временем мы и вправду сблизились, как «отец и дочь», но выгода остаётся.

В 18 я стала на него работать. Трудолюбивая, симпатичная, аккуратная, сильная и выносливая девушка - кому такая вообще не нужна?

Но одновременно с работой мне пришлось учиться и скрывать должность от предков. Они бы растерзали меня, серьезно. Иногда мне кажется, что им плевать на наши родственные связи, когда я перестану приносить какую-то выгоду, меня будет даже не жалко прибить. Так что я работала на два фронта. Улыбчиво врала родителям о работе и расспрашивала о делах, а затем пересказывала все Нейту.

А Хакер старший просто умело дернул за удочку. Я попалась ему в момент своего юношеского максимализма, когда главным для меня было - «отомстить» Эрхардам, уже не важно, как и с кем.

Хакер и Эрхарды не были конкурентами, ибо развивались немного в разных отраслях, но были «врагами». Не знаю, откуда пошла эта вражда, ни разу не задавала этот вопрос ни предкам, ни Нейту.