We are the men the world denies.

Прошли два года. У Дио появилась привычка читать стихи, вырывать из контекста некоторые строки и складывать их в что-то новое. Получалось неплохо. (Примечания автора: Давайте считать, что некоторые фразы из текстов песен были использованы в стихах.)Он гнобил Джоджо, но в целом они были в достаточно хороших отношениях. И все благодаря Мике, которая чуток смягчила его сердце. Дио по-прежнему терзался мыслью, что не взял Мику с собой. Винил себя, ведь прекрасно понимал, в какой опасности она оказалась, оставшись без защиты в виде Дио. — Дио, все хорошо? — Спросил Джонатан, выведя его из меланхоличного транса своим неуверенным прикосновением  к его плечам. Дио вскочил. — Мне нужно передать письмо! — Вдруг заявил парень со светлыми волосами, захлопнув исчерканную книгу, строки стихов в которой были либо подчеркнуты, либо зачеркнуты, либо что-то было написано карандашом сверху. Джонатан, будучи крайне напуганным от такой внезапной выходки Дио немного вздрогнул и отскочил. До сих пор он, хоть и мог разговаривать, но любое внезапное действие этого мальчика с необычными глазами заставлял его содрогаться.Дио быстро зашагал в свою комнату, что-то бормоча себе под нос. Джонатан за ним. Дио быстрым и ловким маневром преодолел такое препятствие в виде стула с книгами и сел за стол, макнул перо в чернила и начал быстро строчить. Из-за того что он делал это быстро, почерк был едва разборчив для Джонатана, но вполне читаем для Мики, так как она знает почерк Дио.

Дописанное письмо Дио высушил и облегчённо вздохнул. — Черт. Я так и не смог продержаться шесть лет. — Недовольно шикнул Дио, заворачивая бумагу в конверт.— Продержаться? Дио, о чем ты? — Не скрывая своего едва сдерживаемого любопытства, спросил Джоджо.Дио не ответил. Он сильно нервничал. Но Джонатан не понимал почему.Дио, не увидев ни слуг, ни Джорджа на лестнице и поблизости, быстро скатился по перилам вниз и поспешил надеть свое пальто. На улице была зима. Она не была суровой, но все-таки достаточно холодной. Дио, наплевав на карету и слуг, стремглав пронёсся в город, а там и на треклятую улицу, которую не хотел видеть. Джонатан за ним. Он не совсем понимал зачем Дио побежал в такую метель в город, но все равно посчитал своим долгом следить за ним, как за младшим братом. Дио добежал до узкого переулка, от которого жутко несло пивом и табаком. Они на месте. — Здесь... — Дио снял пальто, оставшись только в шарфе и отдал его Джонатану. — Ты чего творишь?! — Джонатан побежал за ним вглубь улицы. Дио бежал вдоль домов и вскоре остановился около одного из них. — Дио, где мы? — Джонатан выглядел напуганным, а потому прижался к Дио. Оба покраснели и заткнулись.— Отстань, Джоджо. И вообще чего ты за мной увязался? — Слежу за тем, чтобы ты в неприятности не попал. Я ж твой брат как-никак. Недалеко просвистела бутылка и разбилась об стену соседнего дома. Джонатан подпрыгнула от неожиданности и вжался в плечо Дио, заставляя их обоих дико краснеть. Да. Должна признать, Дио заинтересован в Джонатане, но как-то побаивается это говорить. Ведь однополая любовь — вещь богохульная. За неё и казнить могут. Потому Дио скрывал свою влюблённость и такую слабость, как оставленная на Огр-стрит Мика частыми издевками и драками. Он все ещё хотел увидеть Мику, но не мог. Он не мог показать Джоджо причину, по которой так остервенело бежал на ужасную улицу, плод его кошмаров. Дио постучался в дверь. Джонатан крепко обнял Дио и приготовился в случае чего его оттаскивать подальше. Дверь открылась не сразу. На пороге показался парень, одетый в чёрный костюм и сиреневый галстук. Длинные блондинистые волосы были завязаны в пучок на затылке, и лишь некоторые пряди создавали едва заметные очертания чёлки. На лице красовался пластырь, тянувшийся от переносицы до левой щеки. — Вам че... — Парень посмотрел на подошедших гостей, а затем потрепал Дио по голове. — О, ты меня все-таки нашёл! — Роберт, можешь передать это письмо адресату? — Он указал на имя в углу конверта но назвать его не посмел. — С радостью, золотце. — Парень приобнял его, а затем вернулся за дверь. — Я не скажу ей, что ты приходил. Но письмо передам. — Золотце? Ей? — Джонатан сильно удивился. — Нам пора! — Дио махнул рукой и, взяв Джоджо за руку побежал. — Прощай, Роберт! Блондин махнул рукой ему в ответ и закрыл дверь. — Всё-таки этот парнишка изменился... — Парень прикрыл глаза, довольно усмехнувшись. Из соседней комнаты выглянула голова с белыми длинноватыми волосами. — Что-то случилось, Роберт? — Тихо и робко спросила она, не решаясь вылезти из укрытия. — Тебе подарок на день рождения. Запоздалый, правда. — Он протянул конверт.Девочка распечатала его и пробежалась по тексту глазами, а затем заплакала, прикрыв лицо рукой. Она улыбалась. — Дио, я тоже очень скучаю!

***

Вскоре Джоджо и Дио вернулись домой и быстро пробежали в свои комнаты. Начали греться. Отец так ничего и не заподозрил. Дио зарылся в одеяло, довольно улыбаясь.  В комнату вошёл Джоджо. — Что происходит, Дио? Кто этот человек? Почему ты так спешил в этот кошмар? — У него было много вопросов, и на этот раз от Дио он не отвяжется, пока не получит ответ хотя бы на один вопрос. — Это очень важный для меня человек. — Дио нехотя заговорил. Но раскрывать все карты не собирался. — И только он знает кому и куда надо доставлять письмо. Всё? Ты удовлетворён? Джонатан вздохнул. — Ты походу никогда мне ничего не расскажешь. — Он грустно посмотрел на Дио, затем нагло лёг рядом. — Зато я тебе скажу очень много. И мне будет плевать, будешь ты меня гнобить дальше или нет! Дио вылез из-под одеяла и вопросительно уставился на Джоджо. — Ну, чем порадуешь, нахлебник? Джоджо покраснел и сжал кулаки. — Я странный. Я отличаюсь от мира. — Начал он мутно. — Таких, как я, мир отвергает. — Ну и? — Ты мне нравишься! И я хочу быть рядом с тобой. — Джонатан сжал кулаки до крови. Он был готов ко всему. Хоть Джоджо и Дио могли спокойно общаться, Дио все равно был в глазах Джостара младшего извергом. Они могли поддержать диалог, но рядом Джоджо мог находиться только когда понимал, что должен. Обязан. Он не понимал что сделало Дио таким. Но все равно лез к нему и пробовал начать все по новой. Но все возвращались в прежнее русло: Дио продолжал дарить Джоджо подзатыльники или грязные шутейки. Дио не хотел становиться его братом, пока тот не познает жизнь на Огр-стрит во всей её красе.

Джонатан прекрасно понимал, что Дио вряд ли примит его таким. Ведь это Дио. Он найдёт способ подколоть, хотя Джонатан говор т на полном серьёзе. Не скрывает свои чувства. Дио остолбенел. Просто примерз к полу. Слова вертелись на языке, знакомые такие слова, до боли знакомые им обоим: "Тупица ты, Джоджо, с чего ты взял, что я, Дио, буду слушать твой никчёмный лепет?" Но Дио просто стоял, раскрыв рот и пытаясь сказать хоть что-то. Сказать, что он в шоке нельзя. Он никогда не ждал, что найдётся тот, кто на полном серьёзе будет говорить подобные вещи. Он прекрасно знал, что Джонатан врать не станет, а шутить на такую тему уж тем более. Он был поражён его смелости и даже не заметил, как сам стал красным, а щеки будто пылали огнём. — Ты... Что ты сейчас сказал?! — Не веря своим ушам сказал Дио, сжимая руки в кулаки. Джонатан весь сжался и под натиском этой страшной ауры начал пятиться к выходу, как вдруг Дио все же сорвался с места и схватил его за руку, резко потянул на себя. Джонатан вырваться не успел. Темноволосый парнишка едва мог переставлять ноги от страха, и потому он просто упал на Дио. — Ты гей? — Спросил Дио, держа Джонатана за воротник. Джонатан робко кивнул. Назад пути нет. — Мы люди, которых мир отвергает. Готов к испытаниям? — Дио хищно сверкнул глазами, уставившись в глаза Джоджо. — Ты тоже мне нравишься. Хоть и бесишь своей пугливостью. Джоджо смутился. — Но, черт, я бы и сам не выдержал и сказал это. — Он обнял Джоджо. Впервые. Обнял по-настоящему. Джонатан был шокирован, но обнял в ответ. — Ты хоть и пугливый, но чертовски милый. — Н-не смущай ты так. — Идиот. — Дурище.