42 // лучшее ощущение из всех

Я не знала, как это назвать и почему это произошло, но прошло порядка двадцати минут прежде, чем я покинула пределы ванной комнаты, где провела все это время в немом одиночестве. И под одиночеством я не имею в виду то, что я была там одна. Я имею в виду отсутствие мыслей в моей голове. Были только эмоции, не подкрепленные никаким основанием. Я плакала не из-за обиды на папу, а из-за свалившихся на меня событий и их последствий, виновником которых была я одна.

Я это понимала головой и сердцем. Но брать на себя ответственность все еще не была готова, хотя по сути эта самая ответственность давно наступила. 

— Эби, все в порядке? — послышался голос Блейка из-за двери — Простого "да" мне будет достаточно

— Да — ответила я, понимая его обеспокоенность моим молчанием

Я слишком долго пребывала в состоянии "могу сделать с собой все что удобно", потому что пребывала в неконтролируемом состоянии. Неконтролируемом самой собой. И все из-за слабого духа. 

В следующую минуту я сделала глубокий вдох за которым последовал выдох и поворот дверного замка ванной комнаты. 

В комнате был только Блейк, Энтони и папа. Блейк с отцом сидели на краю кровати, а Энтони опирался на стену у выхода из комнаты. 

— Я выйду — подал первым голос Ривз и покинул комнату

— Думаю я тоже — решил последовать его примеру Блейк 

Я безумно хотела его остановить, сказав, чтобы он никуда не уходил и остался на разговор со мной, а еще больше хотела, чтобы он сам это предложил. Но он не предложил, а мой язык отчего-то не повернулся. Дверь за Блейком закрылась, и мы остались с папой один на один. 

— Как живется взрослой жизнью? — спросил он в привычной ему манере 

— Будешь читать морали? — приготовилась я к лекции в его исполнении о моей безответственность и незрелости

— Да нет же, понял, что девочка выросла. Просто интересуюсь, как человек, которому ты не безразличнее всех

— Правда? Помнится ты просил не называть себя больше моим отцом — с присущим мне сарказмом выдавила я, скрывая безумную боль за улыбкой 

— Будем припоминать друг другу старые обиды или поговорим нормально?

— Ты готов все забыть? Ты знаешь, что я натворила?

— Если я услышу от тебя обещание, которым я привык верить, о том, что это никогда не повторится, и ты близко к этой теме не подойдешь, я готов тебе простить все на свете и устроить твою лучшую жизнь в любом городе мира. Но я все же надеюсь, что ты ограничишься штатами

Папины слова подействовали, как спусковой курок. Как только я их осознала, я не резко, но очень уверенно встала со своего места и заключила папу в объятия. Или, точнее было сказать, позволила папе заключить в объятия себя.

— Обещаю, пап. Памятью мамы клянусь, что такого больше не повторится 

— Я верю, дочь — прошептал он мне в макушку дрогнувшим голосом 

Мы сидели так какое-то время. Молча. Не говоря друг другу ничего, но передавая нечто большее объятиями. 

— Ты себя хорошо чувствуешь? — наконец-то прервал тишину отец

— Так хорошо я себя не чувствовала давно —  пробубнила я ему в грудную клетку, не желая прерывать объятия 

— Тогда полагаю, что нам стоит спуститься вниз. Нас там ждут Блейк и твои друзья. Представишь меня всем? 

от лица Блейка

Прошло около получаса прежде, чем Эби и ее отец спустились вниз, хотя я предполагал, что их разговор займет как минимум пару часов.

Эби шла в обнимку с отцом, будучи словно под его крылом, но подойдя к нам отпрянула от него и точно также встала под мое крыло.

— Хорошо себя чувствуешь? — спросил я ее

— У вас один вопрос на всех? — спросила она в своей когда-то привычной саркастичной манере

— Похоже мисс язва возвращается

— Она никуда и не уходила, просто брала отпуск

После этих ее слов я наклонился, чтобы поцеловать ее в губы, но Эби оказалась проворнее и укусила меня за нос.

— Ауч 

— Чтобы не расслаблялся — сказала она и сама, проявив инициативу, поцеловала меня

— Ребята — привлек внимание всех отец Эби — Я не могу себе позволить остаться здесь на долго, поэтому буду вынужден уехать даже не переночевав здесь ночь, но познакомиться с друзьями моей дочери я бы очень хотел. В Лос-Анджелесе есть какой-нибудь круглосуточный хороший ресторан? Я угощаю — сказал он с теплой, но все еще немного скованной улыбкой на лице 

— В Лос-Анджелесе есть все! — первым среагировал Брайс — Сейчас сделаю пару звонков и сможем выезжать, но — Брайс не успел договорить, потому что был перебит мной 

— Но угощаем мы. Как самые гостеприимные парни 

— И самые скромные — съехидничала Эби, в которой я с каждой минутой все больше и больше узнавал ту самую девушку, что спала на диване в моей комнате в нашу первую встречу 

— Смотря как посмотреть — прошептал я ей прямо на ухо, заметив, как мурашки побежали по ее коже

Брайс отошел с телефоном в руках, а мы расположились в гостиной на диванах. Я сидел в обнимку с Эби, которая болтала с отцом и Джошем о своих успехах в карьере, пока моя рука покоилась на ее пояснице, поглаживая ее круговыми движениями. Часть парней, которым было необходимо привести себя в порядок поднялись наверх переодеться. Остальные же болтали о чем-то между собой.

— Веранда на крыше лучшего стейкхауса в городе в нашем распоряжении до самого утра — сообщил Холл, возвращаясь к нам — Мы должны вполне поместиться в машинах или закажем дополнительное такси?

— Я закажу, чтобы не теснились — сказал Кио — Езжайте, мы с Квинтоном и Ноа дождемся тачки и доедем, только сбросьте адрес

Следующие 4 часа до рассвета мы провели в самой теплой за последние месяца атмосфере за огромным столом во главе которого сидел папа Эби. Мужчина практически сразу сбросил свою маску строгого и не имеющего ни до чего дела отца и стал "своим" для всех. 

Он проявлял искренний интерес в общении со всеми и задавал вопросы по темам, которые заводили ребята, а также с удовольствием отвечал на те, которые задавали ему. 

Узнав о планах Нао на жизнь, Ричард предложил парню приехать на следующей неделе в штат на трехнедельную стажировку с обеспечением проживания и рекомендательного письма для ВУЗа, от чего парень в прямом смысле сперва подпрыгнул на месте, а затем подлетел к отцу Эби с объятиями. 

Девушка же наблюдала за этим как завороженная. Она явно не была привыкшая к такому взаимодействию отца и друзей. Она скорее всего вообще не привыкла к тому, что ее отец хоть как-то взаимодействовал с ее друзьями. По крайней мере после смерти матери. И сейчас наблюдать за этими блестящими от скопившихся в уголках слез радости глазами человечка, чья щека так уютно прижималась к моему плечу, было самым лучшим ощущением из всех.