Отпустить

Тэхён взял чашку с остывшим чаем, которая стояла на столе с самого начала, и осушил её залпом. Горечь напитка едва чувствовалась — горький вкус давно перекрыло то, что он только что узнал.

Чимин медленно покачал головой, стиснув пальцы.

— Тэхён, она мертва. Оставь это.— Прошлого уже не вернуть.

Эти слова повисли в воздухе, как камень, брошенный в пустоту.Ответа не последовало.

Чимин вздохнул. В этот момент он понял: он говорит от человека, который больше не жива.Не его. Не себя.Он говорит от имени Розанны на Техёну сидящим перед ним — всё ещё живым, но уже внутренне раздавленным.

Тэхён молча продолжал перелистывать страницы. Словно цеплялся за последний шанс понять.Найти там что-то, что исправит всё.Но страниц становилось всё меньше.

Вдруг — звонок.Резкий и громкий в тишине комнаты.

Тэхён вздрогнул, поднёс телефон к уху.— Да?

На другом конце — голос Со Минчжоль, его помощника, чёткий и деловой:

— Мистер Ким, я нашёл, куда отправился Чонгук.Он сейчас в уединённом месте — деревня Сончхон, северный округ. Я отправил вам точный адрес.

Тэхён взглянул на экран. Название…Сончхон.Что-то дрогнуло в памяти. Он слышал это.Когда-то. От кого-то. Но когда? И почему это звучит так знакомо?

Он нахмурился и замер с телефоном в руке, будто время застыло.

Чимин наблюдал за ним внимательно.

— Что случилось? — тихо спросил он. — Ты уже минуту молчишь. Всё в порядке?

Тэхён не ответил сразу.Он смотрел в точку, как будто пытался соединить кусочки мозаики.

И только потом, слабо, будто сам себе:

— Сончхон…

Тэхён молча поднялся из-за стола. Его движения были резкими, будто он боролся с внутренним приливом.

— Мне нужно отлучиться. Если что-то случится — свяжитесь со мной по телефону, — бросил он на ходу, не удосужившись обернуться.

Он схватил пальто с вешалки и решительно направился к выходу.

Чимин хотел было спросить, куда он идёт.Но слова застряли в горле, когда он увидел, как Тэхён, стиснув зубы, буквально выходит сквозь тишину.

Дверь захлопнулась за ним с глухим звуком.В комнате остался только Чимин. Он посмотрел на папку с медицинскими отчётами, всё ещё лежащую на столе.Комната вдруг показалась пустой, усталой. Как будто и она знала — кто-то только что ушёл в бесповоротный путь.

Он выдохнул и опустился в кресло.На часах было далеко за полночь.Спать то хотелось. И всё внутри требовало тишины.Он решил остаться — просто закрыть глаза хотя бы на пару часов.

***

Утро. Сончхон.Мрачные облака затянули небо.Влажный туман стелился по холмам, будто скрывая чьи-то следы.Над деревнем повисла тишина — почти мистическая, глухая.

Автомобиль медленно остановился у обочины.

Дверь открылась.

Из машины вышел Тэхён, строгий, бледный, но с решимостью в глазах.Мелкий дождь ударил по плечам. Он даже не сразу заметил это.

Тут к нему подошёл Со Минчжоль укрывая зонт от ветра:

— Мистер Ким

Он протянул ему чёрный зонт.

Тэхён молча взял его, не сказав ни слова.

Тэхён сжал ручку зонта.

Ветер усилился. В воздухе стоял запах сырости, земли и... чего-то знакомого.

— М-м, — коротко кивнул Тэхён, укрываясь под зонт.

Со Минчжоль шагал рядом, указывая путь, параллельно рассказывая:

— Мы отследили маршрут Чонгука. Выяснили, что он приехал именно сюда. И — по данным местных — неподалёку проживает женщина, которая когда-то работала няней Розанны, когда та была ребёнком.

Няня...

Это слово эхом ударилось в виски, и у Тэхёна перед глазами вдруг поплыла картина из прошлого.Мелкий дождь стал гуще, будто усиливая воспоминание.

Вот почему ему показалось, что он уже слышал это название — Сончхон.Он действительно слышал его.

***

Сколько раз...Сколько раз за три года их брака Розанна подходила к нему, слегка сжав руки, словно набираясь смелости. И тихо спрашивала:

— Тэхён, скоро праздник. Можно я съезжу в Сончхон? Мне нужно кое-что сделать…

А он?Он даже не поднимал глаз от бумаг.Словно её просьба была чем-то досадным и неважным.

— Иди, куда хочешь, — холодно бросал он. — Мне всё равно. Ты не обязана отчитываться.

Он даже не спрашивал почему она туда едет.Не интересовался, что она там делает.Он просто не хотел знать.

Теперь — с запоздалой тяжестью — он вспоминал каждую её просьбу.И каждый раз, когда пренебрегал ею.Каждый её взгляд — полный надежды на участие, на тёплое «А можно с тобой?», — и каждый свой ответ, пропитанный равнодушием.

Словно всё это — теперь — догнало его под этим проливным дождём.

Он вдруг остановился посреди мокрой дороги.Дождь стекал по его волосам, по рукавам, по глазам.Он не замечал.

И всё же, несмотря на его холодность, Розанна каждый раз сообщала ему, когда уезжала.Она не была той, кто исчезает без слов.Даже тогда, когда он откровенно давал понять, что ему всё равно, — она всё равно писала короткое сообщение:«Я уезжаю в Сончхон. Вернусь вечером».

Розанна не любила уходить из дома.Для неё поездки куда-то были чем-то редким, почти тревожным.И если уж она и выбиралась, то почти всегда — именно сюда.

***

Теперь же перед Тэхёном и Со Минчжольом возвышался старый, полуразрушенный кирпичный дом.

Покосившаяся крыша. Плесень на стенах.Словно само время забыло это место.

— Вот он, — кивнул Минчжоль. — Дом, где когда-то жила её няня.

Он шагнул к двери и толкнул её.Она не поддалась.

— Заперто? — нахмурился он. — Не должно быть...

Он обернулся на Тэхёна, и тот молча подал знак.Без слов, точно и властно.

Телохранители тут же выдвинулись вперёд.Один повертел замок, другой резко толкнул плечом — дверь с хриплым скрипом распахнулась внутрь, открывая вход.

— Ждите снаружи, — глухо сказал Тэхён, не дожидаясь реакции.

— Понял, — коротко отозвался Минчжоль, и вместе с остальными остался под дождём.

Тэхён вошёл.Сразу обдало сыростью, будто всё здание пропиталось влагой насквозь.Он замер на пороге, вдыхая тяжёлый запах затхлости, старых стен и запылённых воспоминаний.

Внутри было тихо.Ни звука, кроме капель, что пробивались сквозь щели в крыше.Пол скрипел под ногами, а стены будто шептали — о прошлом, о времени, которое здесь застывало.

Комната была убогой. Старая кушетка. Плетающийся ковер. Выцветшая фотография в треснувшей рамке.

Но в этом запустении — что-то было.Что-то очень личное.

Он подошёл ближе.Словно здесь осталась часть Розанны.Забытая. Незамеченная.Та, которую он никогда не пытался узнать.

— Розанна жила здесь… когда была маленькой? — произнёс Тэхён, словно не веря собственным словам.

Он медленно прошёлся по комнате, и взгляд вдруг зацепился за что-то на старом квадратном столе.Фотография.Чёрно-белая. В вытертой деревянной рамке.

Тэхён замер.Зрачки сузились.Он потянулся и взял её в руки.

На снимке — Розанна.Та самая, но совсем другая.Светлая улыбка, тёплая... и какая-то неправдоподобно спокойная.Слишком спокойная .

Но в глазах — то, что пронзило Тэхёна до глубины души.Грусть. Бесконечная. Безмолвная. Настоящая.

Он вглядывался в её лицо, будто стараясь прочесть всё то, что никогда не замечал в ней раньше.Рука, державшая фотографию, начала незаметно дрожать.

Он стиснул челюсть.

— Какой спектакль, — прошипел он. — Очень хорошо ! Пристарались к актерству , да ?! Он не хотел, чтобы голос сорвался. Но дрожь всё же выдала его.

Он резко отдёрнул руку, и рамка с глухим стуком упала на пол. Стекло треснуло.

— Памятная фотография? Ха! Что за плохая шутка!

Его тон был полон насмешки. Но в глазах плескалось отчаяние.

Он не понимал, почему его так задел этот снимок.Почему он чувствует вину.Почему сердце вдруг начало болеть.

***

Дом был крохотным.Две спальни. Узкий коридор. Кухня и обшарпанная гостиная.Осмотреть всё можно было за пять минут.

Но в каждом углу, в каждой трещине на стене, чувствовалась чья-то жизнь .

В доме царила тишина.Кроме потрёпанной мебели и одной разбитой рамки с фотографией, здесь не осталось ничего.

Тэхён обошёл комнату за комнатой, заглянул в каждый шкаф, в каждую тумбочку, даже под кровать.Пусто.

Ни писем. Ни заметок. Ни одного намёка на то, что здесь действительно жили.И уж тем более — что когда-то здесь росла Розанна.

Гром грохнул с новой силой, и вспышка молнии осветила старую гостиную.На мгновение фотография на полу вновь вспыхнула белым светом, словно напоминая о себе.Лицо девочки с потускневшего снимка будто посмотрело на него вновь — укоризненно.

Тэхён стиснул челюсть.

Он вытащил телефон:

— Минчжоль — коротко бросил он, — узнай, где сейчас находится няня Розанны. Найди её как можно скорее.

— Да, мистер Ким

Когда помощник ушёл, Тэхён вышел к охране, мокнущей под навесом:

— Вы тоже свободны. Я останусь.

— Один? — переспросил один из охранников, явно удивлённый.

Тэхён не ответил.Просто вернулся внутрь и закрыл за собой дверь.

***

Дом словно выдохнул.Остался только он и тишина.

Ожидание оказалось гнетущим.Ветер, дующий через щели в окнах.Капли, падающие с крыши.Шаги, которых не было.

Время тянулось.Час. Второй. Третий.

***

К полудню дождь прекратился.Солнце так и не вышло — только серые тучи над деревней, но в воздухе стало легче дышать.

Тэхён стоял у окна, когда вдруг услышал голоса.

— …говорю тебе, это точно он!— Богатенький, видно по машине…— А говорят, девушка с этого дома давно умерла…

Соседи.

Он отступил от окна.Сердце застучало чуть сильнее.

— Бедная Ён Хи… — донёсся первый голос откуда-то с улицы, за оконным стеклом.— У неё ведь не было собственных детей… А ту девочку, которую она вырастила как родную, — та просто ушла. Без слова. Без прощания.

— Разве не позор? — поддержал другой.— Я до сих пор помню Розанну — такая умная, добрая, воспитанная. Кто бы мог подумать, что её жизнь закончится так… так рано.

— Деньги — не всё. Ты видела её в последний раз? Худая, как палка. Ветер подуй — и унесёт.

— И всё твердили, мол, какой у неё замечательный муж... — третий голос звучал горько.— Три года в браке, а он ни разу не приехал её навестить. Ни разу! Да что это за любовь?

Тэхён застыл.Он сидел внутри, в этом запущенном доме, а слова — простые, бытовые, произнесённые чужими — впивались в него острее лезвий.

Он сжал кулак.В груди будто застрял тяжёлый, расплавленный камень.

Разве это неправда?

Разве он действительно хоть раз по-настоящему выслушал её? Заглянул ей в душу?

***

Целый день тянулся мучительно медленно.Ни Розанна, ни Ён Хи так и не появились.

Тэхён сидел, прислонившись к старому деревянному стулу.Сквозняк гулял по пустому дому, пахло пылью и влажной древесиной.Он чувствовал, как веки тяжелеют, голова клонится — и погрузился в дрему, неглубокую, тревожную.

Вдруг...

Треск ветки за окном.Скрип половиц.

Он был разбужен .

Ему снова приснилась смерть Розанны.

Тот самый сон — бесцветный, глухой, как будто из другого мира.В нём он держал её за руку, а она становилась всё холоднее… и тише…А потом исчезала. Словно рассыпалась в пепел.

Он резко открыл глаза.

Темно. Тихо.Он один.

Комната, пропитанная сыростью, не изменилась.Только сердце билось громче, чем обычно.Рядом её не было, и в эту минуту он впервые по-настоящему поверил, что Розанна больше не вернётся.

***

Поздним вечером, примерно в десять, у кирпичного дома Ён Хи началось странное движение.

Соседи привели троих пожилых мужчин и женщин — местных жителей, что жили по соседству.На узком крыльце их встретили телохранители, одетые в чёрное. Они молча расступились, и те неуверенно вошли внутрь.

Дом стал ещё теснее.

Тэхён сидел во главе комнаты — величественный, холодный, чужой.В его взгляде читалась не ярость, а ледяное молчаливое давление.Люди не смели поднять головы.

— Где они? — голос прозвучал спокойно, но беспощадно.

Один из стариков, ссутулившись, пролепетал:

— П-позавчера… я услышал, как Ён Хи плакала. Было уже поздно, за полночь. Я… постучал, зашёл...

Он сглотнул:

— Тогда я и узнал, что… что Розанна умерла.

В комнате воцарилась мёртвая тишина.

— Мы подумали… — женщина рядом с ним говорила дрожащим голосом. — Когда уходит молодой человек — это… это не к добру.Поэтому... они кремировали её. И… похоронили той же ночью. Тихо. Без огласки...

Тэхён не двигался.Он даже не моргнул.Но пальцы, лежавшие на колене, сжались в кулак.

Ночь. Без никого. В спешке. Как будто её не существовало.

— Похоронили… той же ночью… — прозвучало как приговор.

Глаза Тэхёна мгновенно потемнели, в них вспыхнула острая, почти жгущая боль.Он не отреагировал внешне, но воздух вокруг него, казалось, стал холоднее.Он откинулся на спинку стула, глядя в пол, как будто хотел провалиться в ту самую ночь, в то мгновение, где её можно было спасти.

— После похорон Ён Хи исчезла на следующий день, — добавил один из соседей с виноватым видом.

Остальные молча кивнули.Было видно, что они и сами до конца не понимают, что произошло.

Минчжоль шагнул вперёд, обращаясь к собравшимся:

— А Чонгук? Где он сейчас?

Соседи переглянулись между собой растерянные.

— Мы… мы не знаем.Он ведь был сиротой, — наконец кто-то проговорил.— Его забрала когда-то вырастила . Но… он не вернулся после ухода.

***

Полночь.

Снаружи лился холодный дождь, как будто небо скорбело вместе с теми, кто остался.

Гром сотрясал землю, а редкие вспышки молний выхватывали силуэты телохранителей, молча стоящих у забора.Грязь на узкой деревенской дороге хлюпала под ногами, превращая путь в сплошную трясину.

— Мистер Ким— тихо сказал Минчжоль, подходя ближе. — Может, нам стоит пойти на кладбище… утром?

Тэхён не ответил сразу. Он смотрел в окно, за которым размывались очертания мира, будто тот начал тонуть в своей скорби.

Только спустя долгую паузу он произнёс, не отрывая взгляда от ливня:

—Хочу знать, где её положили. Сейчас .

После нескольких дней непрерывной беготни по холодным деревням, слякоти и бесконечным разговорам с угрюмыми сельчанами, Минчжоль начал ощущать, как из него уходит вся энергия. Веки наливались тяжестью, а ноги будто налились свинцом.

Он украдкой взглянул на Тэхёна, и тут же отвёл взгляд, поймав на себе его острое, пронизывающее выражение лица.

Тэхён не говорил ни слова, но в его тишине ощущалась ярость, напряжённая как струна.

Минчжоль, с зонтом в руке, лишь сжал губы.Он не мог не думать:"Зачем всё это, мистеру Киму ? Он же сам говорил, что не любит её. Почему тогда сейчас, когда уже поздно, он срываеться с ног всех, чтобы найти её?"

***

Машина остановилась у подножия пологого холма.Дождь стих, оставив после себя только влажный, сырой воздух, будто сама природа затаила дыхание.

Тэхён первым вышел. Его взгляд тут же упал на свежую могилу — новую, одинокую, с ещё не устоявшимся холмиком земли.Без имени. Без плиты.Лишь табличка с датой.

Он замер.

В горле защемило, будто кто-то сжал его изнутри.Пальцы судорожно сжались в кулаки.

Прошло несколько долгих, мучительно медленных секунд.

И потом, его голос, низкий и хриплый, прорезал тишину:

— Раскопайте её. Сейчас же.

Минчжоль вздрогнул:— Сэр?..

— Я сказал, выкопайте могилу! — повторил Тэхён, глядя в землю, как будто хотел прожечь её взглядом.— Если она жива — я хочу это увидеть. Если она мертва — я должен увидеть её лицо.— Я не поверю, пока сам не увижу.

В его голосе не было сомнений.

В густой, гнетущей темноте, под низким небом, затянутым облаками, Тэхён стоял, словно статуя.Его лицо оставалось бесстрастным, но глаза неотрывно следили за каждым движением — за тем, как телохранители осторожно, слой за слоем, выкапывали свежую могилу.

Каждый звук — хруст лопаты, шорох земли — резал по нервам.Сердце замирало то и дело.Он не знал, чего боится больше: найти Розанну мёртвой... или не найти её вовсе.

И вот, спустя мучительные минуты, один из телохранителей вышел вперёд, в руках у него была тяжёлая урна из тёмного металла.

— Мистер Ким... — проговорил он уважительно, слегка склонив голову.

Тэхён выпрямился. Его лицо было скрыто полумраком, но в глазах — отражался мрак сильнее, чем в самой ночи.

— Отнесите её обратно, — глухо произнёс он, не дотрагиваясь до урны. — Пусть останется там, где она хотела быть.

***

Обратный путь был пропитан тишиной.

Даже Минчжоль, обычно находивший, что сказать, не проронил ни слова.Тэхён сидел, откинувшись на спинку кожаного кресла, молча глядя в окно.

Он никогда не скрывал свои чувства, но сегодня — в этом ледяном молчании — никто не знал , что лн чувствует .

Никто не знал, что творилось у него внутри.

Несмотря на бессонные ночи, он не ощущал ни усталости, ни желания закрыть глаза.

Перед ним проплывали улицы Сончхон, деревня, где Розанна провела своё детство.Но в его сознании мелькало только одно: её лицо, бледное, слабо улыбающееся.Её голос, зовущий его из глубины памяти:

— Тэхён... можешь обнять меня? Мне так холодно...— Тэхён, если я умру, ты будешь грустить?..— Тэхён... я всегда желала тебе счастья...

Эти слова эхом отдавались в его памяти, обволакивая сердце тяжёлым свинцом.Грудь сдавило — так, что стало трудно дышать.

В свете уличных фонарей на стекле машины отражалось лицо Тэхёна — всё такое же красивое, как всегда, но сейчас...в уголках глаз теплился еле заметный румянец, как будто он пытался сдержать что-то гораздо сильнее, чем просто усталость.

Мир за окном был всё тем же — город шумел, люди спешили по делам, никто не замечал, что мир одного человека только что развалился.

В этом мире, как бы горько это ни звучало, никто не был незаменим.

***

Когда Тэхён вернулся с урной с прахом Розанны, все, кто знал её, приняли: да, она действительно ушла.

А когда позже нашли Чонгука, результат оказался таким же — подтверждение, печаль, и... тишина.

Ненадолго они вспоминали, грустили, говорили пару сочувственных слов. А затем — каждый вернулся к своей обычной жизни.

Словно Розанна никогда и не существовала.

Но Тэхён… он не мог вернуться.

Он не мог забыть её голос, не мог перестать видеть её глаза.

Он не мог отпустить.

Прах стоял в его комнате, окружённый белыми лилиями, и с каждым днём тишина в его душе становилась всё громче.

Всё в нём протестовало против финальности происходящего.Она не могла вот так просто исчезнуть.

Он чувствовал это каждой клеткой.

А вот и уже сегоднящая вторая глава .Приятного чтение 💛 . Поддерживайте 💬 и ⭐.