Глава 3

,,Лейкемия" , ,,Год" , ,,Прогрессирует" , ,, Я умираю". Мысли полетели одна за другой. До последнего я не хотела в это верить, осознание всей ситуации не приходило. Я сидела в ступоре, уставившись в стену. Не понимая, что мне делать, что будет дальше. Я что правда умру. Нет так не должно быть. Моя жизнь и так отвратительна, а тут еще и рак крови. Где справедливость, где она. Почему в моей жизни только одно разочарование. ,, Господь за что ты так со мной,, подумала я и тут резко из мыслей меня вырвал папин голос. - Как лейкемия. Лейкемия это же рак крови, да? - озадачено посмотрел отец на врача. - Да это так. У Вашей дочери прогрессирующий рак крови. Уже прошло много времени с начала его появления. Нужно начинать лечение. - Монотонно произнес доктор. - Я готов отдать любые деньги, только спасите моего ребенка, умоляю вас. - Отец посмотрел на бейджик. - Доктор Харис, вылечите её, она слишком молода, что бы покидать этот мир. Я вас прошу... - Папа начал плакать и умолять Хариса. - Успокойтесь, я сделаю всё, что в наших силах. Я уверен она справиться. Она победит рак. И тут пришло осознание. У меня рак, я умираю, мне остался всего один год. Паника и страх одолели моё тело. Я начала плакать. ,, А если лечение не поможет и я все таки умру", вдруг подумала я и посмотрела на папу. Он был подавлен не меньше меня. Услышать о том, что его дочь умрет раньше, так и не пожив нормально, сильно отразилось на папе. - Я буду проходить химиотерапию? - Тихим голос произнесла я посмотрев на врача. - Пока точно сказать не могу. Нужно детально изучить ваш организм и ваш случай рака. Тогда я уже смогу подобрать нужное лечение и точно сказать, что вас ждёт. - А есть ещё какие то варианты, помимо этой процедуры, после которой я останусь без волос? - Хоть я и была подавлена, в состоянии шока, саркастический вопрос все же проскочил. Да я очень люблю свои волосы, потерять их и остаться лысой для меня очень серьезно. - Возможна пересадка стволовых клеток периферической крови или костного мозгового вещества, но этот вариант остается самым последним. Он даёт гарантию на полное выздоровление. К сожалению мы не можем им воспользоваться сразу. Поэтому вы подвергнетесь либо химиотерапии либо облучению. - С ухмылкой на лице ответил Харис. - Можете оставить свои контакты? Я как только составлю план вашего лечения, сразу же свяжусь с вами. Нельзя долго задерживать с лечением, ваша стадия этого не позволяет. - Да конечно. - ответила я и продиктовала номер своего телефона доктору Харису. - Я сейчас Вам выпишу препараты, для защиты органов.  Обязательно пейте их и не пропускайте. Иначе дальнейшее лечение, какое бы оно не было, может плохо сказаться на ваших органах. - Произнес Харис, что то записывая на бумаге. - Вы будете оставаться в больнице? - Нет. - резко ответила я. - Как нет, ты что с ума сошла? - нахмурив брови начал чуть ли не кричать отец. - А если тебе будет плохо или вообще станет хуже. Что ты будешь делать в данной ситуации? - Отстань от меня. Это моя жизнь - спокойно ответила я папе посмотрев в его глаза. - Не ты в 18 лет умираешь от рака. Не тебе осталось жить год. Так что будь добр, закрой рот и не лезь. Я сама теперь буду решать, что и как мне делать. Имею полное право отказаться от госпитализации и я не хочу здесь находиться.Встав со стула я направилась в сторону двери, мне не хотелось больше находиться в этом помещении. Я сидела на лавочке возле кабинета. Через какое то время вышел папа, с листом бумаги в руке. Видимо там были написаны нужные лекарства. Не сказав ни слова друг другу, мы направились на выход к машине.Половину дороги нас преследовала тишина. В груди была тоска и опустошенность, где то в уголке забился страх и бушевала тревога. - Никому не говори обо мне. Ни бабушке, ни дедушке, ни ближайшим родственниками, вообще никому. Как придет время я сама всем всё скажу. - Резко начала говорить я. - Хорошо. - Коротко ответил отец. - Пообещай мне, что ни при каких обстоятельствах не проболтаешься. - Обещаю. Дальнейшая наша поездка так же пробыла в тишине. Наконец-то мы приехали домой. Выйдя из машины меня встретила моя собака. Взрослый доберман по кличке Ричи. Он был радостный, прыгал вокруг меня, звал поиграть с ним. В какой то момент он успокоился и своими грустными черными глазками заглянул в мои. Видимо он понял, что то не так, что то произошло. Ричи медленно и без всяких пререканий побрел за мной в дом. Зайдя в свою комнату, я упала на кровать и готова была пролежать так весь оставшийся год. Толку теперь от меня, я никому не нужная больная девка, которая в добавок ещё и умирает. Мысли опять начали забивать мою голову. Я не знала что мне делать, что предпринять. Не хотелось ни есть, ни пить. Только эта изредкая боль в каждой части моего тела, которую вызывала моя лейкемия и боль в груди от обиды на этот мир, на эту гнусную жизнь. Я стала думать о том, как начну лысеть, мне будет всё хуже и хуже, в конечном итоге я просто умру и вот потекли слезы. Их мне ещё не хватало. Прошёл день. Прошёл второй. От врача нет вестей. Я не выхожу из комнаты совсем.  Не помню когда последний раз вообще притрагивалась к еде. Папа ходит беспокоиться за меня, а я лишь повторяю:- Оставь меня одну. И продолжаю лежать, не понимая, что будет дальше. Раздался долгожданный звонок. Это был мистер Харис. Мне назначили лечение, к которому я приступаю уже завтра. Это все же оказалась химиотерапия. Я боюсь, не знаю чего, химиотерапию или умереть. Наконец, собравшись с мыслями, я позвонила Луке:- Нам нужно поговорить.