5 Глава Я мечтаю о тебе

Я мечтаю о тебе

5 Глава

Сиенна

Этот придурок взбесил меня с самого утра. День сегодня удачно провален на ура. Его последние слова... Чёртов ублюдок. С таким настроем я точно не смогу работать.

— Хватит. — сказала себе. — Поработаю дома.

Позвонив Маркусу, я велела, чтобы он забрал меня. Он явно удивился: ещё бы, ведь я никогда не ухожу раньше времени. Сегодня у меня была всего одна операция утром, и я её уже провела. Дальше оставалось только заполнить бесчисленное количество бумаг. Этим я спокойно займусь и дома, за своим рабочим столом.

Маркус написал, что ждёт меня у входа. Взяв сумку, я направилась вниз. С сегодняшнего дня начался обратный отсчёт до моего отпуска. Первый день из шестидесяти. Осталось ещё пятьдесят девять. Надеюсь, эти дни будут самыми длинными.

— Добрый день. Вы сегодня рано, — удивился Маркус.

— Да. На сегодня операций больше нет. Только документы, их можно и дома заполнить. К тому же мама с сестрой собираются ночевать у меня. Нужно подготовиться к их приезду.

— Утром по пути я заметил машину Адриана Калистро. Видимо, он был у вас до отъезда?

— Был. И испортил мне всё настроение своим появлением.

— Он что-то сказал?

— Этот придурок велел мне быть «пайнкой», пока его не будет.

— Но вы могли бы отказаться...

— Ты прекрасно знаешь: даже если бы я захотела, отказаться нельзя. В этой игре я проиграла, а выиграл дед. Больше не говори об этом.

— Простите.

Дальше мы ехали в привычной тишине. Я взглянула на часы — было почти время обеда.

— Заедем в ресторан, возьмём еду с собой, — сказала я.

Маркус молча кивнул и повернул в сторону моего любимого заведения. Он знал обо мне всё, даже больше, чем мои родители.

— Приехали. Что вам взять?

— Не надо, я сама. — Я приоткрыла дверь, потом обернулась к нему: — А ты что будешь?

— Нет, спасибо. Я не голоден.

— Я не спрашивала, голоден ли ты. Я спросила, что тебе взять на обед.

— Тогда «Том ям с креветками и рисом». Десерт — на ваше усмотрение.

— Вот так бы сразу, — усмехнулась я. — Ладно, жди.

В ресторане я сделала заказ быстро. Себе — «Яки удон с курицей», торт и свежевыжатый апельсиновый сок.

Маркус встретил меня у машины, открыл дверь.

— Поехали домой. Дома пообедаем, и я сяду за дела.

— Хорошо. — Он выдержал паузу и добавил: — Мы будем есть у вас?

— Да. После поможешь мне с документами. Если у тебя были планы, можешь быть свободен после того, как отвезёшь меня.

— Нет, у меня нет планов.

— Тогда договорились, — ответила я, просматривая телефон и невольно вздыхая.

— Тяжело вздохнули... Что-то не так?

— Просто список операций смотрю.

— Много?

— До отпуска я должна провести пятьдесят операций.

— Берегите себя, — коротко сказал он.

Заезжая на парковку, я заметила машину, которая следила за нами ещё с больницы. Даже возле ресторана она не отставала. Раз заметила только сейчас — значит, слежка началась с утра. Предположительно, это человек того самого, которого я собираюсь прикончить — до брака или после него.

Маркус поймал мой взгляд. Он тоже заметил преследователя.

— Вы тоже заметили? Не хотел вас беспокоить пустяками. Думал разобраться после того, как довезу вас домой, — сказал он, ожидая моей реакции.

— Дай пистолет, — спокойно сказала я, глядя ему в глаза.

— Что?..

— Я сказала: дай мне свой пистолет, — повторила я, уже жёстче.

Он без колебаний протянул оружие.

Я направилась прямо к машине. Водитель заметил меня, но сделал вид, будто ничего не происходит. И это было мне только на руку. Подойдя ближе, я постучала в окно. Ноль реакции. Постучала снова. Опять тишина.

Терпение лопнуло. Я вскинула пистолет, прицелившись прямо сквозь стекло. Видел бы он свое удивленное лицо. Его лицо говорило что он на все сто процентов не ожидал от меня такое. Очевидно, свою цель он изучил плохо. Увидев оружие, он всё же опустил окно.

— Здравствуйте. Вам что-то нужно? — заговорил он первым.

— Это я должна задать тебе этот вопрос, а не ты. Кто тебя нанял?

— О чем вы, мисс? Я вас не понимаю, — замешкался он.

— Не надо мне врать.

Он хотел что-то сказать, но замолчал.

— Звони ему.

Он посмотрел на меня с вопросом.

— Кому?

— Адриану Калистро, — твердо ответила я.

— Мисс, я не знаю человека по имени Адриан Калистро, — ответил он.

Я лишь закатила глаза и глубоко вздохнула.

— Хорошо. Наверное, я ошиблась. До свидания, — я сделала вид, что ухожу. Но не успел он закрыть окно, как я резко развернулась обратно и прижала пистолет к его голове.

— Что вы делаете, мисс? — по его виду он не испугался. Видно, он его человек, и ему уже не раз приставляли пистолет.

— Так позвонишь ему или мне нажать на курок? — я внимательно следила за его действиями.

— Ладно. Вы выиграли. Я позвоню боссу, — сказал он. — Но уберите пистолет.

— Нет. Сперва ты, потом я. Так будет правильно, — ухмыльнулась я.

Он достал телефон и позвонил по контакту «Босс». Пошли гудки, и я ждала долгожданного «Да».

Все это время Маркус стоял позади меня. Он знал про мои боевые навыки: что я отлично стреляю из любого вида оружия и хорошо владею ножом. С пятнадцати лет я занималась самообороной, и с каждым годом это нравилось мне все больше.

— "Да," — вот и долгожданный ответ.

— Босс, у нас... точнее, у вас проблемы, — сказал он.

— "Что значит «у вас проблемы»? " — раздался голос с другой стороны.

— Миссис Монкрифф раскрыла меня. Когда я следил за ней.

— "Бестолковый. Вернись. Отправим другого вместо тебя.".

— Кого ты хочешь отправить? — сказала я.

В ответ — мертвая тишина. Не ожидал, значит или решил игнорит меня.

— Так кого именно ты хотел отправить? — переспросила я. У них в семье, видимо, все с первого раза не понимают. Даже их солдаты.

— "Эй, ты не мог предупредить, что она рядом? Как она вообще оказалась возле тебя? " — голос звучал раздраженно.

— Вообще-то я все еще слышу тебя.

— "Говори, что там происходит, ". — спросил он у своего человека, и тот рассказал все в подробностях.

— "Придурок. Не смог уйти, когда она начала приближаться к тебе?". — тяжело вздохнул он. Тот молчал, не зная, что сказать в оправдание.

— У него, видимо, нет ответа. Теперь говорить будем мы с тобой. Зачем ты оставил своего человека следить за мной? Без лишних слов, ответь.

— "Моя будущая жена, ты соскучилась по мне? Я же всего несколько часов назад улетел. Потерпи немного, и мы станем мужем и женой. Тогда ты будешь видеть меня 24/7". — с легкой усмешкой ответил он.

— Я задала вопрос, — коротко сказала я.

— "Хотел убедиться, что ты будешь хорошенькой, как и договорились. Раз уж ты узнала, что я слежу за тобой, я не отправлю второго. Отпусти этого — пусть возвращается. Мне вот что интересно: откуда у тебя пистолет? " — его голос стал любопытным.

— Если я еще раз увижу твоего человека, пристрелю его и отправлю голову тебе по почте. Я надеюсь, все объяснила ясно?

— "С каждым разом ты удивляешь меня все сильнее. Так хочется увидеть тебя с пистолетом в руках.".

— После брака я пристрелю тебя, и тогда увидишь. Прими это как мой подарок на свадьбу.

— "Думаю, я не посмею отказаться от такого подарка. Но убивать меня не надо, нам еще детей сделать надо. Я найду для тебя другую цель.".

— Кто сказал что я с тобой буду делать детей? Меня другие цели не интересуют. Только ты. Хочу тренироваться стрелять на тебе. Так интереснее. — по моему голосу было слышно раздражения.

— " Детей будет и не один. А вот тренироваться вместе заманчивое идея.".

— Мечтай и дальше.

— "Я мечтаю о тебе с тех пор, как надел кольцо на твой палец. Сейчас кольцо у тебя на руке? "— спросил он.

— А ты попробуй угадай.

— "Надеюсь, оно у тебя на пальце. Ты должна носить его, не снимая, ведь мы теперь почти муж и жена. Кстати забыл спросить, тебе понравилось кольцо? Мне говорили, что ты любишь золото.".

Я посмотрела на руку — там сияло золотое кольцо с бриллиантом. Да, это правда: я люблю золото. Но я не думала, что этот парень обратить на это внимание. Прервав свои мысли, я просто ушла, оставив его без ответа.

Заходя домой, я направилась к себе в комнату. Маркус зашел на кухню с пакетами еды. Я быстро переоделась в удобную домашнюю одежду. Боже, как же я обожаю домашние вещи.

Зайдя на кухню, я почувствовала запах еды — Маркус уже накрыл стол.

— Садитесь, — он отодвинул стул, показывая на мое место, где стояла еда, которую я заказала. — Всё уже готово.

— Спасибо. — Почувствовав запах, я осознала, насколько голодна. — Приятного нам аппетита.

— Спасибо, — он тоже сел на своё место, справа от меня.

Мы ели в тишине, просто наслаждаясь едой.

— После ужина что вы будете делать? Мне что прикажете? — спросил он.

— Я немного поработаю. Ты можешь отдохнуть, помощь понадобится позже.

— Когда приедет госпожа и миссис Кассандра?

— Где-то ближе к семи.

— Что будете готовить? — поинтересовался он.

— Закажу. Сейчас совсем нет желания готовить.

Время пролетело быстро, и я не заметила, как за окном стало темнеть. Взяв телефон, я заказала суши, бургеры, пиццу — всё, что можно назвать вредной едой.

— Вы уже заказали? — послышался голос Маркуса.

— Да. Заберёшь и принесёшь нам. Потом свободен, мама с сестрой останутся с ночёвкой.

— Хорошо. Скажите адрес я заберу и принесу вам.

— Еда в разных местах. Позвони кому-нибудь и скажи, что я велела помочь тебе. Там много всего, вдвоём или втроём будет правильнее.

— Хорошо. Позвоню парням и передам ваши слова дословно, — сказал он и ушёл.

Я отправила ему адреса ресторанов, откуда нужно было забрать еду, и пошла в душ освежиться. Времени ещё хватало до приезда мамы и сестры.

Высушив волосы, я решила надеть пижаму. Всё равно дома будем только мы — что-то вроде ночёвки. Но у меня никогда не было подруг, поэтому ночёвка будет лишь с мамой и сестрой.

Подруг у меня нет по многим причинам. Во-первых, у меня нет времени. Во-вторых, я не такая общительная, как все думают. В-третьих, как найти правильную подругу? Из-за этих причин у меня никого нет. Хотя иногда мне хочется дружить с кем-то, делиться секретами, устраивать ночёвки и гулять. Но моя жизнь — совсем не моя.

Медицину я полюбила из-за бабушки. Она хотела, чтобы я стала доктором. Я её не знала и не видела так как она умерла когда я была в животе у мамы. Но когда она была жива она, сказала маме, что было бы хорошо, если внучка станет хирургом. Мама, конечно, не хотела, чтобы за меня кто-то решал, но отказать не смогла — слишком сильно уважала её.

Когда мне исполнилось десять, мама рассказала, что бабушка мечтала, чтобы именно я стала хирургом. Она даже оставила письмо, где писала, что сама хотела стать хирургом, но её выдали замуж за дедушку. Теперь она хотела, чтобы её мечту исполнила я.

Сначала я возмущалась: почему я должна исполнять чужую мечту? Но той же ночью мне приснился сон: я спасаю отца и брата, делаю операцию своими руками. После этого я задумалась и начала изучать медицину, и со временем это стало моим интересом.

Мне было интересно до определённого момента... Всё началось в девятнадцать лет. Я перестала спать и есть, только училась. Когда болела голова, пила таблетки на голодный желудок, делала себе уколы для сил. Пока однажды не упала в обморок прямо на лекции. Это повторялось неделю. Я умоляла никого не вызывать — ведь дедушка говорил, что если я покажу хоть малейшую слабость, он выдаст меня замуж, как сестру. Я боялась, но в итоге всё равно показала. Преподаватели устали, что я каждый день теряю сознание, и вызвали дедушку.

Он сразу сказал: что он предупреждал меня, и теперь заберёт меня домой. Я умоляла его не делать этого, клялась исправиться. В итоге он взял с меня обещание, от которого я не могла отказаться.

Тот день

— Я ведь предупреждал тебя. Найду тебе хорошего мужа, — сказал он. В палате были только мы вдвоём.

— Умоляю, не делай этого! Я всё исправлю, обещаю! — стоя на коленях перед ним, слёзы предательски текли сами собой, и я не могла их остановит.

— Как ты можешь давать обещания? Даже сейчас ты стоишь передо мной на коленях и плачешь. Ты слабая! — последний слова ударили сильно.

Я быстро стёрла слёзы. Встала на ноги. Ноги еле держали меня, я и вправду была слишком слабая.

— Но, дедушка... Я правда всё исправлю. Умоляю тебя, я сделаю всё, что ты скажешь. В будущем, если прикажешь выйти замуж — выйду. Но только не сейчас. Дай мне шанс...

— Не давай обещаний, которые не сможешь сдержать.

— Я говорю правду! Я выйду замуж, если ты дашь мне проявить себя.

— Тогда слушай. У меня есть друг в Сицилии. Когда-то мы поклялись, что наши внуки поженятся. Я дам тебе время закончить учебу. После этого ты выйдешь замуж за внука моего друга. Если согласна — получаешь второй шанс.

— Да, я согласна, — не раздумывая, ответила я.

После того обещания дедушка отправил меня в психиатрическую клинику. Я сопротивлялась, кричала, что не хочу туда, но никто не слушал меня. Что я не больная, что со мной всё в порядке.

— Ты должна лечиться. Это тебе необходимо, — сказал дедушка.

— Нет! Я должна быть на лекциях. Я здорова!

— Сиена, доченька, послушай нас, — начал папа. — Мы все хотим, чтобы ты стала нормальной.

— Папа, я нормальная! Прошу тебя, вытащи меня отсюда! — снова эти слёзы. Эти предатели. Я ударила себя по щеке. Ещё раз. И ещё. Так продолжалось, пока брат не удержал меня.

— Что ты делаешь? Перестань немедленно! — закричал он, схватив мои руки.

— Брат, умоляю, вытащи меня отсюда. Я не больная! — снова эти слёзы.

— Кто сказал, что ты больная? Ты просто отдохнёшь здесь от всего этого. Потом мы сами тебя заберём, — пытался убедить меня брат.

— Нет... Вы все врёте мне! Вы считаете меня больной. Если это не так, зачем тогда я здесь?! — кричала я в истерике. Истерика оборвалась, когда дедушка дал мне пощёчину.

— Папа, что ты делаешь?! Она же ещё ребёнок! Как ты смеешь поднимать на неё руку?! — папа встал передо мной. Я стояла, прижимая руку к щеке, как статуя, не понимая, что только что произошло.

— Дедушка, ты переходишь все границы дозволенного, — сказал брат.

— Вы ещё спасибо мне скажете, когда она вылечится и выйдет отсюда, — ответил дедушка, сверля меня своим ледяным взглядом.

— Ты позор для нашей семьи. Ты совершила столько ошибок. Ты слабее уличной собаки, — бросил он и вышел.

Папа с братом, обняв меня, тоже вышли. Я осталась совсем одна. Я плакала без конца. Винила себя за слабость, била себя до боли. Отказывалась принимать лекарства, которые мне давали. Из-за этого, меня усыпляли уколами. Я истерила, била себя. Так и прошли восемь месяцев моей жизни. Учёба, стажировка — всё осталось позади.

Когда меня выписывали, меня встретил дедушка. Он был холоден. Его голубые глаза были — ледяные, как айсберг. В моих же глазах жизни не было.

Я молча села в машину. Дедушка пристально следил за каждым моим движением.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он.

— Как видите.

— Если ты ещё раз проявишь слабость и не сдержишь своё обещание, которое ты мне дала, я закрою тебя здесь навсегда. Я сделаю это, если замечу хоть что-то. Ты меня поняла? — холодно сказал он. Он не просто сказал, он предупреждал меня.

— Я поняла вас. И помню, что именно я обещала. — в моей голосе не было не жизни, не эмоции. Они все сломали мне жизнь.

Он хотел что-то добавить, но промолчал. Я хотела плакать, винить его во всём, что пережила в этой клинике. Но за восемь месяцев я научилась сдерживать свои эмоции и слёзы, которые рвутся наружу.

Когда я пришла домой, меня ждали мама и сестра. Маму я не видела больше года. Я хотела расплакаться в её объятиях, но сдержала слёзы.

— Доченька! Как же я скучала по тебе. Ты совсем исхудала. Лица на тебе нет. Я сейчас покормлю тебя, а сегодня буду спать рядом с тобой, — говорила мама.

— Не надо. Я не маленькая. Буду спать сама. Я привыкла к одиночеству. Я же не умерла, просто меня не было некоторое время.

Она не успела ответить — я сразу ушла к себе. Я знала: если хочу держать себя в руках, мне надо уехать из этого дома. Так и я переехала к себе к квартиру.

Наше время.

Позвонили в дверь. Я поспешила открыть. На пороге стояли мама и сестра.

— Встречай нас! — радостно сказала сестра, заходя домой. Она всегда входит, как к себе.

— Привет, мам, — я крепко обняла её, будто это наша последняя ночевка вместе.

— Как ты? — обнимая в ответ, спросила мама.

— Хорошо. Сама как?

— Всё хорошо. Так рада тебя видеть.

— Так что ты наготовила? — сзади, обняв меня, спросила Кассандра.

— Заказала.

— Окей, спасибо и на этом. — закатив глаза отпустила меня.

Снова позвонили. Наверное, привезли еду. Открыв дверь, я убедилась — так и есть.

— Мисс, вот ваши заказы, — сказал Маркус.

— Заходи, Маркус. Поставь на кухню, — сказала я, пропуская его.

Он вошёл с ещё одним парнем — похоже, охранником из дома дедушки.

— Здравствуйте, госпожа Монкрифф, мисс Блэйк, — поздоровался он с мамой и сестрой.

— Здравствуй, Маркус. Как ты? — спросила мама с улыбкой.

— Я ведь тоже Монкрифф, — дразня сказала сестра.

— Когда-то была, — ответила я.

— Ты тоже скоро станешь Калистро, — специально добавила она.

— Не дразни её. Ей и так нелегко, — защитила меня мама.

Маркус вышел молча. Он знал, что дальше мы справимся сами.

Мы распаковали еду и разговаривали обо всём, кроме моей свадьбы. Я видела: они хотели затронуть эту тему, но не смели. По маме было видно, что она хочет спросить о многом. После того «лечения» я слишком отдалилась от них.

В конце концов сестра легла спать. Мы с мамой остались убирать на кухне. Я видела — она хочет что-то сказать, но боится.

— Говори, мама, — спокойно сказала я.

— Что? О чём ты? — чуть растерявшись, ответила мама.

— Мама, не надо меня обманывать. Весь вечер ты хочешь поговорить со мной о чём-то другом. Я вижу это.

Она тяжело вздохнула и села. Я тоже села напротив.

— Я боюсь, боюсь за тебя. Ты и так слишком много пережила. А теперь этот брак... У меня чувство, будто если я отпущу тебя туда, потеряю навсегда. Это не даёт мне покоя, — первая слеза скатилась по её щеке.

У меня то же чувство. Если я уйду, кажется, я больше не смогу вернуться домой — к папе, маме, брату и сестре. Даже сегодняшний вечер — как наша последняя встреча.

— Не говори глупостей. Я же не на войну иду. Там тоже будет охрана, как здесь. Не расстраивайся, давай лучше пойдём спать.

— Если ты так говоришь — я спокойна. Но всё равно береги себя там, — она встала и направилась в комнату.

— Мама, — тихо сказала я. Мама мягко улыбнулась, посмотрела на меня.

— Что такое?

— Могу ли я сегодня спать с тобой? — очень тихо спросила я.

Мама мягко улыбнулась мне и раскрыла объятия. Я, как маленькая девочка, подбежала к ней. Она обняла меня так крепко, будто боялась потерять.

В следующую минуту мы уже лежали вместе. Она пахла, как в детстве, — родным и тёплым. Это были самые тёплые объятия в мире. Впервые за пять лет я лежала с мамой в обнимку. Оказалось, я так сильно по ней соскучилась, хоть она всегда была рядом.

— Мама, я так сильно люблю тебя. Я не хочу уезжать. Я тоже чувствую, что если уйду, то потеряю вас. Я так устала быть сильной, — я дала волю чувствам, и одна лишь слезинка упала.

— Маленькая моя доченька. Мама всегда будет рядом, где бы ты ни была. Мы, мамы, чувствуем всё, что связано с нашим ребёнком. Не волнуйся, если потеряешься где-то, потому что я буду светом для тебя во тьме.