Глава 2. Геральд

Сначала я просто наблюдала за его родителями, позже я проводила с ним всё своё время. Он не видел меня, зато я видела его. Папа был любимым ребёнком в семье.В роковой день я тоже была с ним. Всё было именно так, как он рассказывал. От родителей у моего отца осталось одеяльце и альбом. Эти предметы спрятала Клариса у себя в комнате. Изменить ход истории я не хотела, поэтому ни к чему не притронулась. Я подслушала разговор Кларисы с Адрианом- Что мы будем делать? - Оставим у себя его вещи, я их спрятала. Я знаю одно- его мать убита, а отец стал оборотнемПосле их разговора я взглянула на фотографии в альбоме. На одной из них был Джеймс. Я перевернула эту фотографию и прочла: «У маленького Геральда теперь есть крёстный папа.» На каждом обороте фотографий была какая-нибудь надпись. Фотографий с Джеймсом оказалось достаточно много. Ещё были очень милые фотографии, когда Геральд улыбался. На одеяльце было написано: «Любимый сыночек». Позже я решила сходить к Геральду. Там я застала Джеймса и отца Геральда. Они явно были уверены, что их никто не подслушивает. - Что произошло? Где Геральд? - На нас напали... Меня превратили в эту тварь, а Эмили... *глубокий вдох*похоже убили вампиры из клана Джефф- Откуда ты знаешь? - Тебя обратили недавно, верно?- Да- Ты неимоверно сильный вампир. Не каждый новорождённый имеет дар и может контролировать жажду- Я питаюсь кровью животных, но мы отошли от темы. Где мой крестник? - У дяди и тёти... А сейчас, прошу выслушан не перебивая - Слушаю- Обрати моего сына, когда придёт время. Поклянись мне- Не могу... Я не могу отобрать у него душу и жизнь - Ради меня. Ради Эмили, поклянись мне - Неееет. Ты не понимаешь! Я могу не остановится и просто убить его!- Ты сильный, ты сможешь. Прошу, пожалуйста. Молю ради меня и Эмили. Во имя нашей дружбы у Джеймса наворачивались слёзы- Я- Джеймс Блэк, сын Регулуса Блэка, клянусь честью и достоинством меня и моего отца... Что когда придёт время я собственноручно обращу моего крёстного сына...Дай мне хоть знак, когда окончательно где-то расположишься, а теперь прощай...