Белая глава

Мои руки потные, а в горле будто застрял комок. Мне страшно, да так, что сейчас взорвусь.

— Рори, не переживай. Уже взрослый мальчик, пятнадцать стукнуло недавно, а боишься летать на самолете, — Лив, оживленная сегодняшним перелетом, посмеивалась надо мной. Хоть я видел — ей тоже страшно, но, в отличии от меня, она хорошо сдерживала эмоции.

— Ничего я не боюсь, — ответил с дрожью в голосе, взглянул в иллюминатор и тут же вжался в сиденье. Мы еще не взлетели, а у меня уже зуб на зуб не попадает. Взглянув на сестру, опять увидел насмешку. — Отстань, Лив. Я же не тыкал тебе под нос гусениц, которых находил под шифером возле сарая? — на это сестра поморщилась. Я знал, что она не любит всех этих насекомых, пауков и прочую мелочь.

— Прости, Рори, но пойми: я не могла не поиздеваться над тобой. Видел бы себя — тоже последовал бы моему примеру! — она примирительно улыбнулась, а потом принялась рыться в своей сумочке. Через пару десятков секунд выудила оттуда своё любимое зеркальце и протянула его мне.

Я даже не удивился, увидев плотно сжатые губы, заметив испарину на лбу, посмотрев в выпученные глаза. Уши начали предательски краснеть — выглядел я действительно паршиво. Взглянул на сестру, которая не была на меня похожа вовсе, а трехлетняя разница в возрасте еще больше всё усугубляла. У меня был большой нос, у Лив же он был маленьким и курносым, и широкая шея, сестре же досталась чуть ли не лебединая. Единственное, что нас объединяло — серые глаза, словно грозовая туча поселилась в каждой из радужек.

— Да, ха-ха, у меня ужасный вид. Ты довольна? — в словах было больше гнева и иронии, чем я рассчитывал показать, но Лив не обратила на это ни малейшего внимания.

— Вполне, — невозмутимо вымолвила та, выхватила зеркальце из моих потных ладоней и бросила его обратно в сумку.

Я же принялся рассматривать других пассажиров. Все поголовно были невозмутимы, будто они не на самолете, а на обычном автобусе решили прокатиться.

Мои наблюдения прервала стюардесса, предупреждающая всех о ремнях безопасности и рассказывающая о правилах поведения в самолете.

Спустя несколько минут начали заводиться двигатели, и появился незначительный шум в салоне самолета, который лично мне напомнил рык льва, что вот-вот проглотит всё и вся. Когда самолет начал набирать высоту, у меня заложило уши, и это продолжалось довольно долго. Я покрепче вцепился в подлокотники и перевел взгляд на Лив:

— Видимо, я уже не могу попросить остановиться и выйти? — попытался улыбнуться, но из-за дрожи ничего не вышло.

— Боже, Рори! Тебе еще не надоело? — укоризненно взглянула она. Эта возможность досталась Лив от мамы, которую мне так и не удалось воспроизвести, а потом взяла мой подбородок и повернула моё лицо к иллюминатору. — Помнишь, как маленькими мы мечтали попробовать облако на вкус? — её губы оказались возле моего уха. — Сейчас мы как никогда близки.

— Я уже не ребенок. Да и ты, надеюсь, тоже. Сейчас есть дела поважнее: я хочу вылезти из этой летающей консервной ба... — я прикусил язык, ведь мимо проходила стюардесса. Не то, чтобы я боялся обидеть её. Нет, именно сейчас мне было на это плевать. Я боялся, что она ко мне подойдет и начнет успокаивать, как видел это в фильмах. У меня уже есть две сиделки — Лив и мама, которая мгновенно уснула. Я тоже был бы рад заснуть, да вот только панически боюсь закрыть глаза.

Я отвернулся к иллюминатору, как говорят, клин клином вышибают, и принялся рассматривать облака, к которым мы так быстро поднялись.

Вдох-выдох, вдох-выдох. Я постепенно начинаю успокаиваться. Белые барашки окутывали меня и защищали от страха:

— Прости, — все еще не отрываясь от крыла самолета, разрезающего облака, произнес я и на ощупь нашел руку сестры. Наши пальцы переплелись. — Спасибо.

Я всё не отрывал взгляда от окна и стал медленно погружаться в сон. Вот уже веки решают окончательно закрыть пейзаж, словно занавес в театре, как салон самолета содрогается. Не будь я удержан надежным ремнём безопасности, то, думаю, был бы отличной кандидатурой на роль мяча для пинбола*.

Переведя взгляд на окно, я ужаснулся: двигатель дымился, закрывая серой дымкой белые облака. Придвинув лицо вплотную к окошку, стал недоверчиво разглядывать горящее крыло, пытаясь поверить в то, что происходит.

Меня тут же охватила паника. Хотелось отстегнуть ремень безопасности и попросить выйти. Хотелось выть от беспомощности. Где же Супермен, комиксы по которому я просто обожаю, который должен нас спасти?

Я не успел оправиться от тряски, как новый толчок заставил меня удариться головой об иллюминатор.

В глазах потускнело, и только обрывистые выкрики донеслись до моего сознания в последний момент присутствия в реальности.

Пинбол* — тип аркадной игры, в которой игрок набирает игровые очки, манипулируя одним или более металлическими шариками на игровом поле.